"Фантастика 2023-148. Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Динаев Дино - Страница 658

Внезапно в пустом как гробница Тутанхамона отеле заработал лифт.

— Подожди, тут ко мне кто-то поднимается! — сказал Картазаев.

Гном только успел сипло крикнуть, но полковник оставил зип и кинулся к лифту. Ему показалось, что он бежит слишком медленно, и створки лифта откроются раньше, чем он добежит, но успел даже чуть раньше. Створки распахнулись прямо перед носом, в кабинке мелькнуло что-то светлое, у Картазаева возникла уверенность, что его выцеливают, и он прыгнул прямо на неизвестного. Раздался хлопок, в лицо пахнуло нечто вроде озона, по которому он и распознал открывшийся Парус, и фигура исчезла, а сам полковник со всего маху влепился в стенку. Он лежал на полу и смотрел на качающееся над собой радостное и смущенное одновременно лицо Раисы Томлевой. Он не видел ее всего несколько часов, но девушка сильно изменилась. Черты лица обострились, усталые глаза словно выцвели.

Решив, что негоже боевому офицеру смотреть на влюбленную женщину лежа внизу, а должно все быть с точностью наоборот. Когда он встал, девушка вжалась в него со словами "Я так ждала!" Он подумал, что если она не проконтролирует и случайно включит Парус, то размажет его по стенке.

— Как же ты тут уцелела? Почему не уехала? — он ужаснулся при мысли, что девчонка эти часы провела в разоренном городе, где не действовали никакие законы, кроме пули патруля.

— Я тебя ждала, — призналась она.

— Что с дочкой Закатова?

По ее виду он понял, что случилась беда.

Как и можно было предполагать, едва они с бароном отчалили, Закатов рванул к дочери. На даче он появился с грузовой машиной в сопровождении грузчиков. Неразборчивость в выборе его и погубила. Скорее всего, это были промышляющие в городе мародеры, и они сразу решили Закатова ограбить.

Погрузив больную дочь профессора, они поехали в аэропорт, где их ждал личный самолет Закатова, укомплектованный экипажем. По приезду выяснилось, что профессор не подумал, что элефанта в пассажирский лайнер им не погрузить.

Томлева могла бы с ним не ездить, но во-первых, у нее был приказ Картазаева. Во-вторых, она видела, как четыре здоровых мужика нехорошо переглянулись.

Возможно, она взяла бы ситуацию под контроль, если бы Закатов не отослал ее на поиски транспортного самолета. Не успела она отойти, как услышала выстрелы.

Нелюди не стали церемониться с больным элефантом и пристрелили девчонку, а сейчас били Закатова, чтобы вытрясти из него оставшиеся деньги.

— Я убила их всех, одного за другим, — всхлипнула она. — Не смогла остановиться, когда увидела, как они мучают профессора, а он молча смотрит на них. После убийства дочери, он сам словно умер. Как он мог так довериться этим нелюдям?

Картазаев знал. Он так сильно напугал профессора тюрьмой для его дочери, что когда он исчез, тот обезумел от радости. Ослепленный близкой перспективой исчезнуть вместе с больным ребенком, он не видел ничего. Так что как ни крути, опять вина на нем. И отмазка, что вина косвенная, не греет. Все в мире косвенно. Даже когда стреляешь в человека, убиваешь не ты, а пуля.

Томлева прислушалась и обеспокоено сказала.

— Там кто-то кричит.

— Это Гном, я зип не выключил, — махнул рукой Картазаев.

Они вернулись в номер, он еще посмотрел в окно, где вразнобой расположилось его голое воинство, кто сидел, кто лежал. Сотня голых больших по большей части безоружных людей.

Казалось, что он видит картинку из сборника сказок, и на лицо норовила выплыть глупая улыбка, но она растаяла, когда он услышал, что орет Гном:

— Немедленно уходи из гостиницы! Сейчас там такое начнется!

Глава 8

Картазаев с Томлевой сбегали по лестнице, и лестничные пролеты гудели точно провода высокого напряжения. Низкий утробный вой вдавливался вязкой сжимающей перепонки массой. Пространство вибрировало. Стены сотрясала крупная дрожь, местами уже начинала отваливаться штукатурка, когда лестница, наконец, кончилась, и, распахнув дверь, они выскочили на улицу. Элефанты оглянулись на шум и, увидя предводителя, начали подниматься. Картазаев открыл рот, чтобы скомандовать всем рассредоточиться, понимая, что уже опоздал.

Из-за угла крайнего дома на проспекте Мира вывернулось звено "Скорпионов", обвешанных картриджами с кассетными бомбами. Следом еще одно. Элефанты загалдели, словно группа детсадовских детей, собирающихся на прогулку, и в этот момент вертолеты дали первый залп. Кассетные ракеты рассыпались точно шутихи, устремляясь вразнобой к целям, в которые по большому счету не нужно было даже целиться. Ракеты выделывали кульбиты точно стая сбесившихся зайцев, они кувыркались, переворачивались, выписывали немыслимые кривые, оставляя черные дымные следы, и ни одна не прошла мимо. В стороне элефантов, оказавшихся с краю площади, ударили первые взрывы и вверх взметнулись клочья толстой серой кожи. Волна великанов отшатнулась, сбиваясь в неорганизованное стадо, уже готовую бежать сломя голову, но еще не решившую куда. Следующий залп проделал в ней новые прорехи. Ракеты с легкостью пробивали по нескольку тел и летели дальше, окровавленные и страшные, чтобы разорваться уже на излете толпы, но все равно в толпе, чтобы унести с собой еще элефантов, убить, уничтожить, исковеркать.

Да, элефанты мало походили на людей. Большие неуклюжие мишени. Но боль они чувствовали точно так же. Они гибли десятками с криком на окровавленных устах:

— Аев!

После третьего залпа на ногах оставалась едва ли половина от начального количества, и тут уж они ринулись прочь, не разбирая дороги, чисто слоны Пирра, узревшие свою смерть в виде подосланных врагом крыс и досок, унизанных гвоздями. Десятиметровые раздавливали пятиметровых, чтобы в следующую секунду самим умереть под ногами двадцатиметровых. Впрочем, самых больших расстреляли первыми. Площадь полнилась предсмертного ора. Картазаев пихнул Раю в сторону, на минусовой этаж, и бесстрашно встал на дороге беснующегося людского стада. Из него наверняка бы выдавили кишки, если бы бегущим первым элефант не проявил сноровку и не закинул полковника на плечо.

Картазаев, ухватившись за ухо, встал и замахал руками, и на него отреагировали бегущие первыми. Они пристроились следом. За ними пошли остальные, образовывая правильный клин. Картазаев направил "коня" в нужном направлении, увлекая колонну под прикрытие здания гостиницы. Каждый шаг элефанта имел многометровую протяженность, и полковник соскальзывал и повисал на ухе, рискуя сверзиться вниз прямо под ноги остатков своего воинства. Далеко внизу на минусовом этаже промелькнуло растерянное лицо Томлевой. Промелькнуло и пропало. Опять разошлись их пути дорожки.

Вертолеты, отбомбившись, ушли на разворот, пропуская вторую волну. Им на смену появились еще два звена "Скорпионов", утыканных кассетными боезарядами, словно рождественские елки. Пилоты были в курсе успеха первой волны и летели как на праздник. Обнаружив пустую площадь перед отелем, они поняли, что теряют зрителя.

Третье звено на малой высоте проследовало за угол здания, и тут за них взялись по настоящему. Оставшиеся в живых элефанты были разбиты на пары, каждая из которых держала на весу некоторый груз, начиная от бетонных плит и заканчивая легковыми авто. Руки были заблаговременно отведены назад, и стоило вертолетам появится из-за укрытия, как в них немедленно все и полетело. Под градом разношерстных орудий третье звено погибло мгновенно. Одному из пилотов удалось катапультироваться, но на него тотчас мстительно наступили.

Четвертое звено, предупрежденное о печальной участи предшественников воплями по радио, благоразумно заняло верхний эшелон, появляясь над площадью на недосягаемой для самодельных пращей высоте. "Скорпионы" стали расстреливать элефантов, как и в первый раз, свинцовые струи косили людей рядами, дело кончилось бы полным крахом, если бы не сработали элефанты, заблаговременно посланные Картазаевым на крышу. Причем, они залезли наверх, не пользуясь лестницами. Не поместились бы на них в любом случае.