Якорь секретов (СИ) - Хейл Тесса - Страница 42

— Говори, — приказал второй мужчина.

Глаза Патрика вспыхнули серебром, но он быстро подавил это.

— Как вы знаете, было большое беспокойство по поводу наших будущих лидеров. Они попали в ловушку похоти и искушения…

— Нашей парой, — прорычал Ронан.

— Тихо, мальчик, — рявкнула Марджори. — Настанет твоя очередь.

Ронан резко закрыл рот.

Легкая ухмылка заиграла на губах Патрика, как будто этим он выиграл очко.

— Они становятся жертвами этого искушения, которое может повести их по опасному пути. Девушка не может их заякорить. В ней нет никакой магии. Это приведет к смерти для всех них. Им нужно приказать привязаться к достойному якорю. К Хлое.

— Чертовски маловероятно, — пробормотал Трейс.

Второй мужчина Ассамблеи пристально посмотрел на Трейса.

Хлоя буквально просияла.

Мне стало дурно. Что я делала? Могла ли я стать источником гибели для всех нас.

— Мы уже знаем все это, — протянула Дельфина.

Взгляд Патрика посуровел.

— Девочка еще не достигла совершеннолетия. Она все еще находится под опекой своей матери. И ее мать не хочет, чтобы она была здесь.

Толпа начала дико перешептываться.

— Тишина! — рявкнула Дельфина. Толпа мгновенно повиновалась. — У тебя есть доказательства этого?

Патрик ухмыльнулся.

— У меня ее мать.

Тошнота разлилась у меня в животе.

— Предъяви ее, — потребовал второй мужчина.

Секундой позже Мэриенн пошла по проходу, и когда ее глаза встретились с моими, по ее лицу расплылась злобная улыбка. И я знала, что тогда она получит то, чего всегда хотела. Украдет у меня каждую крупицу счастья.

— 49~

У меня скрутило желудок, когда Мэриенн двинулась по проходу. Все уставились на нее с откровенным любопытством. Все, кроме моих парней, которые смотрели на нее с неприкрытой ненавистью.

Она изобразила на лице скорбь, и я должна была отдать ей должное; это было чертовски правдоподобно. Мэриенн остановилась рядом с Патриком, сложив руки перед собой.

— Вы мать? — спросил второй мужчина.

Изучив его более внимательно, я поняла, что его размеры означали, что он должен был быть драконом или волком. Когда я присмотрелась повнимательнее, что-то подсказало мне, что это волк. В нем была какая-то приземленность, которую я чувствовала рядом с Колтом и Дариусом.

Мэриенн склонила голову.

— Да.

Третья женщина прищурилась, глядя на Мэриенн, но ничего не сказала.

Это сделал вампир Рафаэль.

— Вы хотите, чтобы ваша дочь жила среди нас?

Мэриенн еще ниже опустила голову.

— Нет. Я не хочу проявить неуважение, но ее отец не хотел, чтобы она жила в этом мире, если она не проявит себя. Я должна выполнить его пожелания после того, как он ушел.

Толпа зашепталась между собой.

Я впилась ногтями в ладонь с такой силой, что пошла кровь. Последнее, что волновало Мэриенн, — это желания моего отца.

Дельфина откинулась на спинку скамьи.

— И все же ваша дочь им пара. — Она указала на нас. — Разлучить ее с ее связьи было бы сродни смерти души.

Боль пронзила мою грудь. Именно тогда я поняла, что она была права. Если меня оторвут от пятерых парней, окружавших меня, я не выживу.

Мэриенн заскрежетала зубами.

— Но она будет жива.

Дельфина пожала плечами.

— Может быть, а может и нет.

— Я знаю, что лучше для моей дочери, — отрезала Мэриенн.

Зеленые глаза Дельфины стали суровыми, и Патрик сильно сжал плечо Мэриенн.

Он прочистил горло.

— Мать девочки просто беспокоится за свою дочь.

Мне понравилось, что для него мы даже не оправдывали использование наших имен.

Патрик продолжал:

— Мы понимаем это беспокойство, потому что чувствуем то же самое к нашей молодежи.

При этих словах Деклан издал сдавленный звук.

Взгляд Патрика метнулся к нему и загорелся насмешкой, но к тому времени, когда он снова повернулся, его лицо превратилось в спокойную маску.

— Мы должны уважать желания матери.

— Это правда, — согласился Рафаэль. — Семья превыше всего.

— Я просто беспокоюсь за свою дочь, — жеманно улыбнулась Мэриенн. — Я скучаю по ней. Я хочу, чтобы она вернулась ко мне.

Я не могла этого вынести. Я вскочила на ноги.

— Она лжет!

Члены Ассамблеи повернулись и уставились на меня.

— Мы не потерпим твоего неуважения, — прорычал вампир.

— Разве лгать вам не является большим неуважением, чем говорить без очереди? — потребовала я.

— Я бы никогда не стала лгать Ассамблее, — отрезала Мэриенн.

Я даже не потрудилась взглянуть на нее. Я не сводила глаз с Ассамблеи.

— Она никогда не любила меня. Никогда не заботилась обо мне. Она избивала и издевалась надо мной. Ее единственной радостью в жизни были мои мучения.

— Я бы никогда! — взвизгнула Мэриенн.

— Какие есть доказательства этого? — спросила Марджори жестким голосом.

Я шагнула вперед, ребята встали у меня за спиной. Мое сердце заколотилось о ребра, когда я поняла, что должна сделать. Сначала я сняла свитер и протянула его Дэшу. В его глазах была боль, но он слегка ободряюще кивнул мне.

Я оставалась лицом к лицу со своими парнями, черпая силу из того, как они любили меня. Затем я задрала футболку с длинными рукавами, обнажая спину.

Раздался вздох и несколько шепотков.

— О-она лжет, — заикаясь, пробормотала Мэриенн. — Она получила ожоги в результате несчастного случая, когда ей было шестнадцать.

— Моя так называемая мать обожгла меня кипятком и кастрюлей, когда мне было шестнадцать. Потому что она была не в себе под кайфом и искала мою метку связи. Преисполненная решимости выжечь из меня дьявола.

— Врешь! — взвизгнула Мэриенн. Она сделала выпад, но Трейс рванул вперед, сильно толкнув ее. Мэриенн наткнулась спиной на Патрика.

Трейс оскалил зубы на Патрика.

— Держи своего безумного питомца в узде.

Патрик свирепо посмотрел на него, но продолжал удерживать Мэриенн, которая все еще кричала о том, что я лгу.

— Тишина! — закричала Дельфина, и Мэриенн ничего не оставалось, как подчиниться.

— Выйди вперед, дитя.

Я с трудом сглотнула, но направилась к сцене. Я поднялась на одну ступеньку, затем на другую.

Глаза Дельфины были добрыми.

— Повернись. — Я так и сделала. — У меня есть особый дар. Я могу увидеть причину любого шрама.

Лицо Мэриенн смертельно побледнело.

Рука Дельфины зависла чуть в стороне от моих ожогов, когда она начала петь на том же языке, который использовал Дэш. Внезапно она замолчала.

— Ты можешь повернуться, — тихо сказала она.

Когда я это сделала, мои глаза встретились с ее.

— Мне так жаль, дитя мое. За то, что ты пережила. — Дельфина перевела взгляд на толпу. — Она говорит правду. Мы не допустим, чтобы ее вернули ее обидчику.

Мэриенн закричала, но появились два охранника и потащили ее обратно к парковке.

Патрик заскрежетал зубами.

— Это не меняет нашей первоначальной проблемы. Она не может заякорить их.

— Мы найдем способ, — прорычал ему Колт.

Патрик усмехнулся.

— Выдаешь желаемое за действительное.

— Подойди ко мне, — пропел женский голос. Это было так прекрасно, что почти больно было слышать.

Это была третья женщина. Та, кто ни разу не произнес ни слова во время собрания. Та, с янтарными глазами. Ее лицо избороздили глубокие морщины, а густые седые волосы были заплетены сзади в косу.

— Сирша, — упрекнул волк-оборотень.

Женщина просто бросила на него уничтожающий взгляд, и он захлопнул рот.

Она поманила меня к себе, и это было так, будто мои конечности были под ее контролем. Я двинулась вдоль стола, пока не оказалась перед ней.

— Дай мне свою руку, — сказала Сирша.

Я протянула ее ей.

Она помедлила, прежде чем взять ее.

— Это будет больно. Но это единственный способ.

Затем ее руки сомкнулись вокруг моих.

Горячая, обжигающая боль пронзила меня, и я закричала. Ребята закричали у меня за спиной, но потом меня отпустили, и на меня снизошло облегчение.