Медведь по завещанию - Полянская Катерина - Страница 14

– Я не знаю, что именно тут происходило, но я из-за этого всю ночь не спала, – заговорила как можно спокойнее. – И Никлас не покидал дома. Ни на миг не выходил.

– Или ты его покрываешь. – Иззи, очевидно, считала, что в Глэдшире мог быть лишь один злодей, и это звание она уже отдала моему мужу. – Ночью кто-то пытался выманить моего фамильяра. Защита даже не дрогнула. А бедный Зефирчик будто взбесился. Я почти весь резерв истратила, чтобы удержать его. Теперь он лежит совсем без сил, даже от молока отказывается.

Картина происходящего ночью была дополнена.

Вряд ли у Иззи после всего хватит сил на приличную пакость.

– Проверь меня. – Кажется, я приняла решение мгновением позже, чем озвучила его.

– Что?.. – Ведьма удивленно распахнула черные глаза.

– Должно существовать заклинание, которое позволяло бы проверить, говорит правду человек или врет. – Не знаю, с чего я это взяла, но почему-то была уверена, что без такого заклинания ведьме не обойтись.

Иззи медленно кивнула.

– Допустим.

– Тогда колдуй уже!

Кожу слегка пощекотало. Никакой тебе вспышки или видимого плетения. Соседка оказалась права, ведьминская магия воспринималась совершенно иначе. В особенности тем, кто сам ею не обладал. Но все же я почувствовала правильный момент и еще раз уверенно повторила главное: мой муж был дома, и он ни в чем не виноват.

Магия никак не отреагировала.

Ведьма недовольно поджала губы.

– Ну что? – решила напомнить ей, что мысли читать не умею.

– Попытавшись меня обмануть, ты бы вся покрылась прыщами, – мрачно буркнула эта зараза.

Учесть на будущее, что она пакостная.

– Тогда, наверное, хорошо, что я сказала чистую правду. – Когда нет собственной магии, не остается ничего иного, кроме как очаровательно улыбаться.

– По крайней мере ты в это веришь, – устало вздохнула Иззи.

– А ты не умеешь признавать ошибки!

Бесит. Хоть и жаль ее.

И обзавестись порчей совсем не хочется.

– Ты можешь чего-то не знать. Многого. Вы же с Алавеном едва знакомы! – не пожелала сдаваться соседка. – Или ты думаешь, я свихнулась, и никто не пытался украсть моего фамильяра?

– Думаю, что пытался. – Вот мы и добрались до сути. – Я кое-что видела ночью.

Верить мне Иззи казалось чем-то близким к тому, чтобы поверить ненавистному Никласу Алавену. Однако порча, вернее, ее отсутствие подтвердило мою честность, и ведьме пришлось преодолеть себя.

– Что именно?

– Кристаллы на дереве мерцали, когда это началось, но их будто накрыли покрывалом из ночи. Лучше не объясню. – Я облизала губы. – И еще был мужчина. Он пришел в самом конце, стоял на улице и смотрел. А потом пропал.

– Ты его, конечно, не узнала? – прозвучало как обвинение.

– Я в Глэдшире недавно и почти никого здесь не знаю, – напомнила забывчивым.

Ведьма окончательно сникла. Думаю, ей было страшно, и она прилагала немыслимые усилия, чтобы казаться разозленной, а не напуганной.

– Мы поймаем его. – Я осторожно положила ладонь поверх ее сцепленных пальцев. – Ты можешь расставить ловушки. И мы могли бы пойти в патруль и все рассказать им.

– Мы? – Тонкая черная бровь изогнулась змеей.

– Меня ночные события тоже напугали. К тому же хотелось бы очистить доброе имя мужа.

– А если бы он оказался виновен? – Глаза соседки провокационно сузились.

– Я бы не стала его покрывать.

И это тоже была чистая правда – порча опять не сработала.

Разговор с ведьмой отнял прорву сил, будто целый день прожит, но я вернулась к блинчикам, которые собиралась испечь. Если намерена существовать рядом с магией, надо привыкать.

Мед и печеное яблоко. Выбор начинок невелик, но то, что нашлось, вполне годилось.

А попаду в город, куплю каких-нибудь сиропов, сметаны… и ободок с цветами. Я видела такие на многих женщинах в Глэдшире и больше не могла сопротивляться соблазну. О ночных странностях тоже не забывала. Надо рассказать о них мужу, а потом и городским хранителям порядка. В конце концов, это их работа.

Мечты и планы не только отвлекали, успокаивали, но и придавали сил. Я улыбалась, грелась в лучах утреннего солнца, льющихся сквозь окно, мурлыкала себе под нос позитивный мотивчик.

Совершенно расслабилась.

Переложила очередную порцию свернутых конвертиками блинов на большое блюдо, прикрыла белоснежной салфеткой и чуть не подпрыгнула, уловив движение за спиной.

Повернулась.

Наткнулась удивленным взглядом на незнакомого типа, как-то просочившегося в кухню.

Между прочим, звонок на двери не для красоты приделан.

И как охранные чары пропустили чужака?

Следующей мыслью было что-то возмущенное, потому что незнакомец вдруг криво усмехнулся, шагнул ко мне… и его руки стиснули мою талию. Мысль, и без того не отличавшаяся ясностью, превратилась в раскаленную вспышку.

Опережая разум, рука схватила сковороду за ручку и нанесла удар.

Наглые конечности с меня мгновенно сдуло.

Ушибленный и немного обожженный враг зашипел.

– Бьянка, ты умом тронулась?!

– Вы кто? Откуда вам известно мое имя?! – После ночных странностей и домогательств, со времени которых не прошло и месяца, на появление в доме незнакомца и попытки меня облапать я реагировала нервно. – Му-у-уж! На помощь! В дом кто-то забрался!

Зато теперь я понимаю, на кой приличной женщине нужен муж.

От таких вот… защищать.

– Я и есть он, – с мрачным ехидством сообщил незнакомец.

– Кто? – растерянно переспросила и на всякий случай перехватила сковороду поудобнее.

Остывает, жаль. В случае чего бить придется сильнее.

– Никлас Алавен! – рявкнул мужчина.

Молодой и привлекательный. Его волосы были не только аккуратно подстрижены, но и уложены по современной моде. На лишнюю растительность на лице ничто не намекало. В ее отсутствие стали заметны четкие контуры лица, линии губ, и нос выглядел как-то по-другому. Впрочем, до сих пор я попросту не разглядывала его нос. Глаза смотрели пытливо и самую капельку лукаво. Разве что брови казались чуть тяжеловаты для «нового» лица, но это удачно смазывало идеальность и придавало мужественности.

Одежду он тоже сменил. Брюки и рубашка не были новыми, но смотрелись на нем отлично.

От виска и вниз по щеке алел ожог. Это уже благодаря мне.

– Ой, – пролепетала, пытаясь поверить увиденному.

– Уже жалею, что сбрил бороду, – буркнул муж.

А голос звучал знакомо!

Праматерь, как неловко вышло!

– Не жалей, с ней ты был похож на дикаря.

– А набросилась на меня за то, что теперь не похож? – Спускать мне оплошность никто не собирался.

– Я не узнала тебя! И испугалась! – Полыхнула на него взглядом, но я не ведьма, у меня там угли не тлеют. – Ночью на улице творилась какая-то магия, было очень страшно. Я все еще немного не в себе. Кстати, ты ничего не видел?

Цели отвлечь внимание я не имела, но муж неожиданно стал серьезным.

– Нет.

– И не чувствовал? Как такое можно было не почувствовать?!

В его взгляде промелькнуло что-то неуловимое, и маг честно признался:

– Я больше не чувствую подобных вещей.

– Не чувствуешь магию? – Мои глаза недоверчиво распахнулись.

– Да.

– Но…

– И я бы просил тебя не распространяться на этот счет.

Небольшая пауза потребовалась, чтобы свыкнуться с новыми деталями ситуации. Я заполнила ее возвращением сковороды на место. А то муж слишком уж подозрительно поглядывал на утварь в моих руках! Теперь многое стало понятнее. С его даром что-то случилось, поэтому он ушел со службы и спрятался в глуши. Если верить принятому в обществе мнению, выгоревшим магам редко удается найти свое место в дальнейшей жизни.

Поступок брата уже не казался таким уж странным.

– Можешь не беспокоиться, – кивнула.

– Замечательно.

Мы почти не знали друг друга, и в моменты, когда не говорили по делу, нам было совершенно нечего сказать. Ладно, в любом случае общения у нас получалось больше, чем то задумывалось вначале, так что я не жалуюсь. Но повисла очередная пауза…