"Фантастика 2023-152". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 720

Получив от ворот поворот в одних вопросах, Зерона не унывала и тут же переключалась на другие или на её любимую тему о взаимоотношениях. По десятому кругу расспрашивала, как мы познакомились с её мамой, как я признался ей в вечной любви, как стоял на коленях и умолял дать мне шанс, как носил Виолу на руках.

Чтобы понять, какая каша в голове у Зероны, я применил военную хитрость и дал ей немного выговориться под Шорское вино. Так и узнал, что будучи Зеро, я, оказывается, безумно, самозабвенно, до беспамятства любил Виолу. Перебил для неё тысячи врагов, положил всего себя к её ногам, а в постели нежно шептал слова любви, уделял много времени романтике, но и о страсти не забывал и регулярно трахал желанную возлюбленную, как отбойный молоток.

Как все эти противоположные личности уживались в несчастном Зеро, оставалось только гадать. Очевидно, что Виола придумала для дочери приятную сказку, чтобы у неё сложилось хорошее отношение и воспоминания об отце, но зачем в эту сказку надо было вставлять интимные подробности постельных игрищ, я никак не мог объяснить. Где проходила черта между реальными словами Виолы и фантазиями самой Зероны, было очень сложно понять.

У моей уже давно зрелой и добившейся больших высот в обществе и магии дочурки имелись большие проблемы с головой, и скоро это начало проявляться всё чаще и в более диких формах. Не только в маниакальном желании всюду следовать за мной, но и презрении к личному времени, пространству и полном игнорировании просьб, оставить меня одного.

Она начала врываться в мои покои, когда я мылся или прокрадывалась, когда я прилег отдохнуть. Если просил её уйти, дула губы, капризничала, даже плакала, стоя обиженную моську. Женщина желала потереть мне спинку, грудь, помочь помыть голову, а сама, якобы невинно обнажалась передо мной, забиралась в одну бочку, тёрлась об меня грудью, ягодицами, и приходила в особый восторг, непонятное оживление, если этими действиями ей удавалось вызвать мою эрекцию и заставить краснеть.

Она зашла так далеко, что однажды ночью я застал её забравшейся сверху и мастурбирующей промежностью об мой живот. Я был в шоке, не знал, как мне реагировать, а пока думал, старательно делал вид, что крепко сплю. Её горячее дыхание, постанывания и само трение сделало своё дело, вскоре в ягодицы захваченной безумной страстью "дочурки" стало тыкаться нечто твердое и горячее, и разумеется, Зерона тут же оседлала мой джойстик. Двигалась неумело, невпопад, но с завидной настойчивостью и напором.

Дальше притворяться спящим было особенно трудно, но я выдержал, доиграл сонное неведение, даже когда волна удовольствия пронзила моё тело. Почувствовав, что дальнейшие движения приносят мне болезненные ощущения, просто повернулся на бок, заборомотал, заёрзал ногами, изображая, что начинаю просыпаться. Зерону сдуло с кровати, но уже через десять минут она вернулась!

В этот раз я не дал ей опять меня возбудить, сделав вид, что только проснулся и выгнал её, сославшись на то, что не могу нормально восстановить ману, когда меня будят среди ночи. Весь следующий день Зерона пребывала в отличном, приподнятом настроении. Порхала на крыльях, будто с ней случилось нечто восхитительное.

Я понял, что Зерона повернута на героях и имеет нездоровое желание совокупляться со своим отцом. А делать это порочно, скрытно, во сне, доставляло ей особое наслаждение. Конечно, отцом полуэльфийки я являлся лишь формально, на основании факта связи с её матерью в другом аватаре. Мы никогда ранее не встречались, я не растил её ребёнком, не носил младенцем на руках, не был настоящим родителем. Моё тело, время, раса — всё было другим, но я всё равно чувствовал себя как-то гадко, а у моей дочурки ещё сильнее поехала крыша. Пережив первое шальное удовольствие в постели со мной, она уже не могла остановиться.

Если я закрывался на засов, она стала прокрадываться в мои покои заранее, прятаться под кроватью, в шкафу, за гардиной, под подушками или в ногах, чтобы дождаться пока я усну, выбраться из укрытия и опять возбуждать меня во сне с целью заняться сексом. Дальше это продолжаться не могло, и пережив ещё два таких ночных нападения, я прекратил притворяться спящим, когда меня очередной раз разбудили при попытке оседлать окрепший орган. Я схватил Зерону за плечи, тряхнул, чтобы привести в чувства, и строго спросил:

— Что ты творишь?!

— Папа, прости, — виновато опустив голову, захныкала полуэльфийка, но лишь на мгновение остановилась, а когда я ослабил хватку, продолжила двигать бедрами.

— Прекрати! — потребовал я.

— Не могу, прости, не могу, — прижавшись к моей груди лицом и крепко обхватив руками за спину, запротестовала женщина, не желая покидать мою кровать.

— Но ты же моя дочь!

— Нет! Неправда, ты уже не мой отец. Может, ты был им, когда любил мою мать, но ты же погиб. Сейчас ты другой герой. Мой герой. Разве теперь между нами есть родство? Ты даже не эльф. Почему мы не можем быть вместе? Я люблю тебя.

— Прости, — извинился уже я, — но я люблю другую.

— Другую? Кого? Неужели эту вертихвостку принцессу Альбину! — поливая мою грудь слезами, взвыла женщина.

— Нет. Не выдумывай. Ты же со мной была все эти дни и видела, что между мной и принцессами ничего нет, — поспешил я развеять претензии магессы, понимая, что могу подставить несчастную девушку, которую просто убьют в порыве ревности.

— Тогда кто тебе милее меня?

— Прости, Зерона. Встань с меня.

— Не встану.

— Я чувствую себя плохо, изменяя своей любимой. Ну, пойми же ты.

— Кто она?!

— Ты её не знаешь. Я прибыл в этот мир только ради встречи с ней. Умолял богов дать мне возможность вернуться. Ждал четыреста лет. Я, наконец, здесь, а ты ранишь моё сердце, не давая мне сохранить верность и чистоту чувств для любимой.

— Четыреста лет? Она эльфийка, да? Кто она?! Чем она лучше, чем я?! — кричала на весь замок Зерона.

Поняв, что уговаривать и просить бессмысленно, я решительно встал и стянул с себя, обвившую меня руками и ногами женщину. Я был физически сильнее полуэльфийки, как человек, мужчина и герой с повышенными характеристиками силы и выносливости.

— Папа, папа, прости, — изменив тактику, взмолилась женщина, когда я за руки выволок и выкинул её в коридор в чём мать родила.

Я сказал, что больше не желаю её видеть и закрыл перед носом дверь на засов. Всю ночь Зерона прорыдала под дверью, не давая сомкнуть глаз не только мне, но и всем соседям по этажу, а утром ушла и вскоре пропала из замка и, похоже, вообще из Северной Шилдарии. Вначале я вздохнул с облегчением. Ну, наконец-то. Свобода. Никто не дежурит за стеной, не слушает каждый шорох, пока я пытаюсь сходить в туалет и не задает по тысяче вопросов, заставляя голову распухать в поиске ответа. А потом начал беспокоиться за неё. Как бы чего плохого не вышло.

Глава 27 Милость богини

Уход Зероны вернул моё душевное равновесие. Эта неугомонная женщина столько моего времени и сил забирала, что к вечеру каждого дня я, буквально, валился в постель без ног. Так уставал от постоянных эмоциональных качелей, бесконечных расспросов, что почти перестал заниматься своей главной целью — поисками Длинноушки.

Магесса так запудрила мне мозги своими рассказами, как она трепетно мечтала о нашей встрече, как долгие годы готовилась, собирала редкие кристаллы, училась в Звездном Храме ритуалу призыва, что мне было неловко признаться, что вернулся я в "Перекрёсток" совсем из-за неё. У меня даже появилось и с каждым днём росло и крепло чувство вины, что я обрюхатил Виолу и больше о ней и её ребенке ни разу не вспомнил. С одной стороны, я погиб, а с умерших взятки гладки, а с другой, факт на лицо — бросил Виолу одну. Девочка росла без отца. Поэтому при неприрывно липнущей ко мне "дочери" я не мог нормально вести поиски, даже просто поговорить с королем Финкришем.

Вернув себя целиком себе, я мог спокойно и вдумчиво продолжить собирать информацию о том, не живет ли где-то в королевстве или по соседству моя возлюбленная. Зерона сильно повлияла и на мою дальнейшую прокачку. Из-за её просьбы воскресить короля Штромвуда, я подстроил весь месяц под эффективное применения "Жезлов воскрешения".