"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Гореликова Алла - Страница 181

– Ну, не знаю, не знаю. Если цирюльник не придет…

– Да придет, он придет. Завтра же.

– А ты завтра дежуришь?

– Так точно.

– Ну, договорились.

Мормидо явно успокоился и сказал:

– А я уж за могилками присмотрю, не извольте беспокоиться.

– За какими могилками?

– Да за вашими. И место хорошее подберу. На самом кладбище, конечно, нельзя будет, а вот где поближе к ограде – это мы устроим.

– Ну, брат, утешил.

Мормидо ухмыльнулся.

– Так на то мы и сострадарии.

– В вашем заведении, я смотрю, кого ни возьми – все милейшие люди.

Мормидо неожиданно сконфузился.

– Да чего там! Это ж первейшая заповедь: довел человека до смерти, так уж утешь напоследок, не будь скотиной. Только и вы уж за меня тоже словечко замолвите.

– Это кому?

– А там, – тюремщик показал в потолок. – Пресветлому. И святому Корзину от меня того… тоже кланяйтесь.

Мартин энергично кивнул.

– Сразу, как только встретимся, обрат. Первейшее дело!

– Не люблю позерства, – сказал Фань. – Особенно перед смертью. Неприятно как-то, знаете.

Мартин зачем-то принялся полировать браслеты наручников.

– Лю, как вы полагаете, этот наш Мормидо когда-нибудь слышал, что сжигать людей нехорошо?

– Не только он, но и дед и прадед его, царство им небесное, ничего не слышали о такой странности.

Фань вдруг подскочил.

– Ох, сожгут! Как пить дать – сожгут, мракобесы пресветлые! Что же делать-то, что делать, а? Только не говорите, что не знаете!

– Знаю. Ешьте. Нужно накопить сил.

– Ох, аппетит к человеку приходит только вместе с надеждой.

– Попробуйте заставить себя.

– Да зачем?

– Чтобы достойно встретить свой конец, – громко сказал Мартин.

Потом прекратил свои полировальные занятия, наклонился к Фаню и тихо добавил:

– После побега с питанием может быть плохо. Некоторое время. Да и убежать-то далеко не убежишь, если ноги от голода подгибаются.

Судовладелец обвел безнадежным взглядом каменные стены, дубовую дверь, железные решетки и изумленно прошептал:

– Вы надеетесь на побег? Иллюзии.

– Прошу вас, еще кусочек, – громко сказал Мартин.

– Вы серьезно?

– В отношении кусочка?

– Прошу вас, не дурачьтесь.

– Я серьезен, как приговоренный к смерти.

Фань наклонился к уху Мартина.

– И которым же способом вы собираетесь бежать? Под землей? По воздуху?

– Нет, через дверь.

– Кто же ее откроет?

– Надзиратель.

– Надзиратель? Какой еще надзиратель?

– Ну… Разве не помните? Завтра дежурит Мормидо.

– Странно. Я начинаю верить.

– Вот и хорошо. Еще кусочек, пожалуйста.

– Так и растолстеть можно. Что я должен делать?

– Сохранять убитый вид. У вас неплохо получается.

Фань, звеня цепями, лихорадочно забегал по камере.

– Тише, вы мешаете спать охране.

Торговец схватился за голову.

– Послушайте, если это шутка, то она жестока больше, чем костер.

– Никаких шуток.

– Точно?

Мартин привлек его к себе и тоже зашептал на ухо.

– Ваш судейский друг…

Фаня затрясло.

– Только не называйте его моим другом!

– Да, слово в коммерции редкое.

– А вот тут вы ошибаетесь. Без нормальной человеческой взаимопомощи торговать в этой стране немыслимо. Ни тебе сколько-нибудь устойчивых законов, ни арбитражного суда, ни защиты полиции. Брр! Полиция…

– Вам не нравится полиция его величества?

– Я обож-жаю полицию его величества. А точнее – его люминесценция.

– В самом деле?

– Представьте себе. Честнейшие люди! С ними всегда можно договориться… за умеренную сумму.

– Тогда что же вам не нравится?

Фань в очередной раз схватился за голову.

– О, Мартин! Ваша мудрость и житейский опыт вызывают подлинное восхищение. Но иногда, извините, вы кажетесь белой вороной, каким-то пришельцем из иных миров. Я пять лет втолковывал Мармилю, местному эскандалу, что ордену выгодно позволить купцам богатеть. Да всем – выгодно. Для наглядности предоставлял весьма убедительные аргументы. И что же? Ухмыляющаяся скотина спокойно все брала, а потом заявляла, что из богатства произрастает гордыня, а это ордену без надобности. И добавлял: примерно так же, как вам орден.

– Любопытный человечек. Похоже, он был прав.

– Абсолютно.

– И даже пытался дать совет.

– Не сомневайтесь, это доброе дело не осталось без награды. Но речь о другом. Я понял, что ордену действительно не выгодно позволять людям жить лучше. Чем богаче человек, тем больше у него возможностей прикупить себе свободы. А чем он свободнее, тем труднее принудить его к покорности.

– Разумеется, ордену это ни к чему.

– И не только ордену. В Магрибе ничуть не лучше.

– Вы там были?

– Ага, сподобился. Так когда мы бежим?

– Я же говорил: завтра. Глупо ждать последней ночи. Побреемся вот, чтоб на людей походить. После этого и сбежим.

– О! Так и баню вы для этого потребовали?

– Не только для этого.

– А зачем?

– Как – зачем? Грязным быть надоело.

Цирюльник давно ушел. Огромный дворец эпикифора тихо погружался в праведный сон.

– Не пора?

Мартин зевнул.

– Рано. Спите, я разбужу.

В четвертом часу утра за узким окном башни начало сереть. Со стороны бухты донеслись первые крики чаек. Мартин сбросил тюремное одеяльце, растолкал Фаня и подошел к двери.

На стук отозвались не скоро. Явился отекший, заспанный Мормидо.

– Что за… твою мать! Чего беспокоите? И цирюльник был, и рубашки чистые. Поскорей бы вас… Чего еще надо?

– Ничего. Но мы видели лохмаку, – испуганно сообщил Мартин.

– Кого?

– Лохмаку.

– Это еще кто?

– Подземный дух.

– Дух? Где? Да откуда он в башне-то?

– То-то и странно, как он сюда забрался.

– Врешь ты все, небесник.

– Не вру. Лохмака – дух особый. Только в зеркало и виден. На, глянь.

Мартин подставил полированные браслеты под свет фонаря.

– Не видишь?

– Нет.

– А ты присмотрись, присмотрись. Что там?

Мормидо старательно уставился в тусклое металлическое зеркало.

– Вроде шевелится кто-то.

– С хвостом?

– Ну да. С хвостом.

Мартин задрожал.

– Так и есть. Лохмака. Наручники старые?

– Ну да.

– Из подвала?

– Откуда ж еще?

– Что ты натворил! Через старые, да из подвала они и выползают! На, полюбуйся еще!

Мормидо еще раз взглянул.

– Ох! Ну и харя…

– Его нужно убить. Он очень опасен, понял?

– Дык как?

– Быстро расстегивай наручники. Иначе лохмака сначала меня сожрет, а потом за вас, дураков, примется.

Мормидо изумленно уставился в глаза Мартина.

– Че-чего?

Выражение его лица медленно менялось.

– Расстегни наручники, – раздельно повторил Мартин. – Тебе очень хочется расстегнуть наручники. Прямо мочи нет удержаться.

И Мормидо послушно выполнил требование.

– Так, – сказал Мартин. – Теперь эти наручники вместе с лохмакой надо утопить. Он воды боится.

– Где утопить?

– В параше, где еще. Быстро!

Мормидо утопил и закрыл крышкой. Мартин тут же уселся сверху.

– Теперь возьми у часового мушкет.

– Не даст.

– Стукни по голове.

– Часового?

Мартин вновь посмотрел ему в глаза очень долгим взглядом.

– Делай, что говорю, – гнусавым голосом затянул он. – Делай, что тебе говорят. Я этого беса долго не удержу.

И вдруг заорал:

– Всех, всех пожрет, всех! Ну?! Чего стоишь?! Ждешь, когда из тебя кишки повыпустят?! Живо!

Надзиратель попятился к выходу в коридор. Вскоре там глухо упало тело. Держа на вытянутых руках ружье, глядя прямо перед собой стеклянными глазами, Мормидо шагнул в камеру.

– Молодец! Расстегни кандалы у меня на ногах, сейчас мы этого лохмаку скрутим. Да быстро, быстро!

Но лохмака оказался зверюгой сильной, все время вырывался. Параша выла и скакала. Пришлось снять наручники и с Фаня. Втроем они кое-как опять загнали нечисть в гадость, а сверху придавили скамьей.