"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Гореликова Алла - Страница 479

– Ну еще бы. Знаете ведь уже, да?

Они потрясли головами. Я обратил взгляд на последнего – Прита, сына Балахира. И он метнул в меня целую тучу стальных шипов. Все это смертоносное облако замерло между нами. Этот мерзавец проверял меня, даже предполагая, что может за этим последовать. Краем глаза я заметил, как побледнели остальные.

– Неплохо, – заметил я. – А как у тебя с защитой?

– Не так хорошо, – признал Прит, в голосе его еще слышался вызов.

Я улыбнулся.

– Но ведь это ты можешь давно, – произнес я. – А чему ты выучился за эти три дня?

Он смешался.

– Сможешь повторить? – я кивнул на каменную бабочку.

Через миг перед нами лежала еще одна.

– И что это? – полюбопытствовал я.

– Бабочка, – в досаде отозвался он.

– А из чего она?

Прит нахмурился.

– Гранит…

– А у Сторма из чего?

– Я не знаю, как называется камень…

– Разве его вчера не зазвали?

– Я забыл.

– Это агат. Сможешь превратить гранит в агат?

– Нет, – он глянул на меня. – Зачем нам это?

– Если у вас снова будет преподавать Авориэн, спроси ее после урока. Можешь на темном наречии – она его знает.

Мальчишка с изумлением уставился на меня.

– Ладно, закончили с этим, – я махнул рукой, и шипы все еще висевшие в воздухе, разлетелись брызгами воды, окропив нас всех.

Я миг думал. Хоть я и отослал большинство моих нечаянных учеников, знал, что об уроке им станет известно все до последнего слова.

– Однажды, семь лет назад в мирах я повстречал одного странного огненного мага, – начал рассказывать я. – Я всегда полагал, что все они немного чокнутые. Но этот…

– Вы убили его? – встрял один из мальчишек.

– С какой стати? – я бросил на него грозный взгляд, и он смолк. – Мы посидели с ним в трактире, выпили вина, и он рассказал, как странствует по мирам в поисках… смысла жизни.

Детишки недоуменно переглянулись.

– Так вот, в чем, по-вашему, вы видите свой смысл жизни?

– Мы должны стать магами, получить каждый свой амулет, – начал довольно бойко один из них.

– Отлично, а дальше?

– Вы говорили, что мы в Закатной обители… – начал осторожно Прит.

– Да, мы в Закатной обители. И что?

– Она принадлежит темным магам…

– Светлые – одни из нас, только больше блюдут мораль.

Я поставил их в тупик.

– Если наша цель, не захват обители, то что тогда?

– Цель и смысл жизни – вещи довольно-таки разные. Правда кое-кто частенько подменяет понятия, следуя какой-то одной цели… К примеру у нас у всех есть цель не допустить сюда врагов. Я вам уже об этом говорил. Но вряд ли это смысл нашего существования. Жить ради обороны обители – звучит несколько сомнительно…

– Но тогда что же…

– Даже Игниферос не смог ответить на этот вопрос, – сознался я. – Однако это не значит, что ответа не существует, не так ли? Когда Закатная обитель разрушили, слишком многое исчезло безвозвратно.

Я указал на кучку песка перед нами.

– Слова и знания могут обратиться в прах и исчезнуть из памяти, но не наоборот. Если хотите, я покажу вам…

– Иллюзию? – прошептал Сторм взволновано.

– Нет. То, что произошло на самом деле. Вы ведь слышали о гипномагии?

Они испугались, но любопытство оказалось сильнее страха.

– Садитесь, – я указал им на скамьи. – Закройте глаза. У некоторых может болеть голова. Но это исправимо. То, что вы увидите, происходило в действительности. Это знание я получил от Игнифероса. А он – единственный оставшийся в живых свидетель тех событий…

Сначала они увидели нашу обитель – над куполом библиотеки парил ястреб. Сияло солнце, сверкало море. Точно так же как сейчас. А потом птица сорвалась вниз с немыслимой высоты, скользнула вдоль каменных стен и влетела в окно библиотеки. Там внизу разгорался спор между двумя братьями. Раскол уже царил между народом колдунов – за спиной Игнифероса стояло несколько сотен, как и за спиной Ментепера. Все маги с мрачной решимостью прислушивались к словам своих повелителей. Сомнения я не заметил ни на одном лице. И именно из-за отсутствия сомнения в своей правоте все когда-то и уничтожили…

Атаковали они друг друга примерно одновременно. То же, что началось следом, можно было назвать только истреблением друг друга. В порыве гнева и ненависти они применили самую смертоносную магию. Но она уничтожала не одних колдунов… Следом всеразрушающей мощью отозвалась стихия. Задрожала земля, черными морщинами по ней зазмеились трещины, и какие-то стены и башни обители не устояли, крошась, словно это был не камень, а хрупкие пастельные мелки. В провалы крепости ворвался вихрь, такой сильный, что нес по коридорам фигурки магов, а потом швырял о камни и волочил дальше уже безжизненные тела, с той легкостью, с которой осенью сметает опавшее листья. Вокруг потемнело, хотя время едва перевалило за полдень, и в черном небе горел раскаленный белый шар солнца, а вокруг светили звезды. Море покрылось коркой льда, ветки деревьев, заледенев, рассыпались осколками от дрожи в земле. И тела убитых магов тоже обращались в снежную пыль.

Обитель, покрывшись изморозью, стояла в стылой мертвой тишине посреди белой пустыни под таким же мертвым черным небом.

Мальчишки очнулись еще в более худшем состоянии, чем когда-то я. У них из глаз текли слезы. У всех, даже у Прита. Их трясло одновременно и от холода, и от ужаса. Я же неторопливо перелистывал свой альбом для рисования, ожидая, когда они немного придут в себя, пока не добрался до картинки Рубежа.

– Хотите, чтобы это повторилось? – жестко спросил я.

– Нет! – испуганно выкрикнули они.

– Тогда перестаньте задаваться вопросом, кто в этой обители главнее. Однажды мы потеряли все за какие-то три часа. Но сейчас… сейчас этот мир стал настолько хрупок, что его можно разрушить всего за минуту…

На меня взирали с ужасом и вместе с тем с надеждой. Я развернул альбом к ним. Дрожащие, они чуть подались вперед, чтобы разглядеть, что я им показываю.

– Это Рубеж – последний из Закатных миров. Он ничего вам не напоминает?

– Он… – Прит хрипло закашлялся, словно задохнувшись, и, отдышавшись, продолжил. – Он похож на наш, когда Закатная обитель была повержена, только… словно крошечный и за ним… пропасть.

– За ним пропасть, – подтвердил я. – Холод пустоты и смерти, украшенный светом звезд… Этот мир настолько мал, что его можно пересечь за полчаса, неспешным шагом. Но главное не это. Он не всегда был таким – его таким сделали… Еще немного и таким же стал мир Закатной обители, а то и вовсе исчез, превратившись в пыль в этой бесконечной черной пустоте…

– Кто сделал? – прошептал кто-то сдавлено.

– Один из древних повелителей Закатной обители. Рубеж – это довольно неширокая дверь, охраняющая Закатные миры. Но об этом я расскажу вам в следующий раз. Сейчас же я хочу, чтобы вы уяснили одно – вы должны стать не просто сильными магами, а магами мудрыми, чтобы та катастрофа больше никогда не повторилась. Все – на сегодня хватит.

Они поклонились на прощанье и ушли. Только Прит задержался на миг.

– Я хочу попросить прощенья, Учитель – произнес он.

– За что?

– За то, что усомнился в вас, – едва слышно выдавил он.

Я подошел к нему, чуть поднял подбородок, ища встречного взгляда. Все-таки мальчишка оказался совсем другой, чем Балахир. Он был честен. Я чуть ласково скользнул пальцами по его щеке, а он воззрился на меня с изумлением.

– Я должен тебе кое-что сказать, малыш, – мягко сказал я. – Твоя мать жива?

– Нет, умерла, когда… я не помню, точно, но когда произошел раскол в темной обители и когда… захватили Мидл. Мне тогда было три… Но, что вы мне хотели сказать?

– Отец Балахира приходился мне сводным братом. По линии Ментепера разумеется.

Он открыл рот от изумления.

– Отец знал?! – воскликнул он.

– Конечно, знал. Странно, что он не сказал тебе.

На лице Прита отразилась боль.

– Он…

– Не надо вспоминать, – я вновь потрепал мальчишку. – И еще, пусть этот разговор останется между нами.