"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Гореликова Алла - Страница 704

Иоганн наконец отвернулся от окна и взглянул на свою собеседницу.

— Среди ваших подопечных имеется одна блаженная девица, невинная, как ангел, и столь же чистая духом… Думаю, вы понимаете, о ком я говорю.

— Малышка Эвиэль, — кивнула Ирен, еще не подозревая, куда клонит инквизитор.

— Она самая. Ее участие потребуется в обряде воплощения.

Воплощение? Крамольное и богохульное действо, нарушающее все мыслимые правила и законы, черное, как бездна греха?

— Но как можно… послушнице… прикасаться к скверне?..

— Все во имя Отца небесного, — благоговейно поднял взгляд к потолку брат-инквизитор. — К тому же кто, если не чистая дева, ведомая верой и благословленная наставницей, способна поразить врагов рода человеческого?

Пожалуй, никогда еще Конрад не чувствовал в себе столько злости, как сегодня, быстрым шагом направляясь к аббатству в надежде застать там приезжего церковного следователя. Что нежить? С ней можно было справиться и малой кровью. А вот с ее пособниками так легко разобраться не получится. По своему опыту сквайр знал, с какой ужасающей воображение скоростью подобная зараза способна расползтись среди людей.

Главное, не требуя бескорыстного подчинения. Все за определенную плату, сам выбирай, какую. Кому-то достаточно будет посулить несколько монет, кто-то не удовольствуется и баронством, но истинная власть, которую способны предложить верные слуги Мортис, заманчивее многих обещаний.

Мертвецам не нужна одежда, не нужен кров, и даже пища ни к чему, если перерождение прошло так, как полагается. Самые желанные солдаты для любого полководца, ведь оружие, стальное или магическое, не лишает их жизни. Только полное измельчение костей или огонь, оставляющий после себя лишь золу, способны остановить мертвое войско. Зато противники, павшие на поле боя, только усиливают твою собственную армию! Послушные исполнители хозяйской воли, подчиняющиеся мановению руки, безмолвные, равнодушные и неутомимые. Конрад знал по меньшей мере одного правителя близлежащих земель, который не устоит перед предложением такого господства. И если злоумышленник доберется до него…

Сквайр ударил кулаком по дереву, ненароком оказавшемуся на пути. Только этого не хватало! Весь многолетний труд пойдет насмарку. Но что еще хуже — сорвутся переговоры с эльфами, а их луки не менее страшны для всего живого, чем чумные мертвецы. Понадобится лишь небольшая группа остроухих разведчиков, чтобы вырезать подчистую не только работников поместья, но и всех окрестных селян.

Разве смогут местные жители оказать хоть какое-то сопротивление бесстрастным убийцам, снисходящим до разговоров с людьми только в самых крайних случаях? Ни малейшего. И луга Амменира вновь покроются бездыханными телами.

Хотелось разразиться отчаянной руганью, но Конрад не мог выбрать, кого помянуть. А начинать нужно было бы и вовсе с Отца небесного, который наплодил на земле легионы своих верных слуг, но почему-то не надоумил, что служить они должны людям, а не самим себе.

Принесет ли смена верховной власти хоть какие-то изменения? Многие соратники фальшивого сквайра искренне верили, что да. Полагали, будто свежая кровь на престоле окажется более сильной и решительной, нежели ее предшественники, и разрубит узел противостояния императора и церкви. Сам Конрад придерживался иных взглядов, о которых, впрочем, никогда не говорил вслух.

Хотя, зачем говорить, если все и так, словно на ладони, только никто не желает присмотреться и задуматься? В пределах одного небольшого отряда со сменой командира еще может что-то произойти, но если таковых отрядов тысячи, а новое лицо появится лишь на самом верху? Далее среди нескольких человек необходимо согласие, чтобы что-то сделать. К примеру, пень выкорчевать или валун с поля убрать. Вот если на миг предположить единодушие среди хотя бы половины жителей Империи…

Конрад занес кулак, но подходящего дерева поблизости не оказалось. Собственно, лес закончился, уступив место полям, за кромкой которых уже были видны стены аббатства. Бывший ассасин знал, что способно объединить людей, но, видит Всевышний, он не пожелал бы возникновения такого повода. Никогда. Никому.

Война. Общий враг. Жестоко, но предельно просто. Когда ты и твои соседи окажутся перед лицом угрозы, одной на всех, придется и соглашаться, и совместно трудиться, и даже жертвовать собственной жизнью. Те же эльфы вполне могли бы сойти за подобную угрозу, только не продвинутся дальше Амменира, не возродят среди людей прежнюю глубинную и горячую ненависть. И о демонах пока ни слуху ни духу. С одной стороны, оно и к лучшему, Империя хоть вздохнула спокойно, детишек народилось — будет кому и пашни возделывать, и мечами махать. Зато обманчивое мирное время принесло другую беду. Рознь в мыслях и делах. Рознь между людьми от самых низов до горних престолов.

Конрад подумал, что ему война куда больше по душе. В череде сражений хотя бы есть цель — победа над врагом. И ради такой цели можно пойти на любые жертвы. Но когда на трон взойдет император Мередор, войны не будет. Слишком сильны бароны, слишком причудливы границы имперских земель, чтобы можно было пройти по ним вдоль и поперек маршем тяжелой конницы.

Все стремления и надежды погрязнут в бесконечных переговорах, пока одна из сторон не отчается или не наберется достаточных сил, чтобы не просто заявить о своем праве на власть, но взять и удержать бразды правления в своих руках. Вот тогда-то и начнется боевая потеха! Впрочем, сквайр не верил, что сможет дожить до грядущих боев. А если и доживет, вряд ли окажется еще на что-то годен. Нет, если в бой — то здесь и сейчас!

Сестра Лионелла, второй десяток лет подряд исполняющая обязанности привратницы аббатства, очнулась от дремоты, услышав требовательный стук по толстым доскам калитки. И кого это принесло демоновыми заботами в час, когда на всех добропорядочных людей нисходит послеобеденный сон? Женщина неторопливо покинула место своего отдыха и заранее строго поджала губы, чтобы дать несносному просителю соответствующую отповедь, но когда увидела за приоткрытым окошечком мрачное лицо амменирского сквайра, тут же забыла обо всех своих обидах.

У сестры Лионеллы было доброе сердце, неспособное гневаться на тех, кто обделен милостью божьей. Конечно, любой мало-мальски сведущий в карах господних священник легко объяснил бы причину рождения увечного ребенка незамоленными грехами его родителей, но в чем виновато само дитя? И монахиня, улыбнувшись со всей теплотой, на какую была способна, спросила:

— Что привело вас в святую обитель, сударь?

Сквайр, не взглянув на привратницу, ответил вопросом:

— Приезжий инквизитор все еще здесь?

Сестра Лионелла хотела было гордо сказать, что не шпионит за нежеланными гостями аббатства, но в глаза монахине снова бросилось увечье, которым был отмечен молодой человек, и старое сердце смягчилось:

— Он водит разговоры только с матушкой.

— Значит, она знает, где его можно найти?

— Значит, так.

Сквайр тревожно потер пальцами уголок рта:

— Она сможет принять меня сейчас?

Монахиня поспешила отвести взгляд, чтобы не выдать себя невольной лукавой улыбкой.

Примет ли? Будет только рада. Для Лионеллы, да и для многих других обитательниц аббатства не было секрета в том, что матушка Ирен питает к увечному мужчине определенные чувства. Разумеется, ничего недозволенного, упаси нас всех Отец небесный! Впрочем, на сквайра любили поглазеть не одни только монахини. Он вообще почитался в здешних краях завидным женихом, и если бы не его мрачное поместье, кто-то из сельских красавиц давно бы уже затащил хозяина Амменира под венец.

В самом деле, ведь ни чрезмерным питием, ни разгулом не опорочен, да и от работников, которые оказывались разговорчивыми, ни одного дурного слова про сквайра никто не слышал. А что спина не прямая, так это пустяки. На нее можно и не смотреть. Особенно, когда целуешься.