"Фантастика 2023-155". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Дворник Андрей - Страница 215

– Чего орешь, как сквернословящий призрак? – говорил обычно Смуга, даже не поворачивая ко мне головы.

Сквернословящий призрак был легендой и своеобразной достопримечательностью Нижних Пределов. Иногда демоны упоминали о нем в разговоре. Судя по тому, что я смог заключить из этих упоминаний, он был единственной тенью, которой по неизвестной причине оказалась доступна вполне внятная речь. Он летал всюду в Нижних Пределах и яростно ругал всех, кто только попадался ему на пути. Мое отчаяние было столь велико, что иногда я мечтал о том, чтобы появился сквернословящий призрак и принялся поносить всех и вся, и даже меня, беспомощного перед силами тьмы, но из стен являлись только его бессловесные собратья – они разевали в беззвучном крике рты и уносились прочь. Некоторые из них выглядели совершенно растерянными, иные казались просто омерзительно жалкими – они лили серые слезы и хлопали себя по щекам – правда, хлопков этих тоже не было слышно.

Кормили меня нечасто, омерзительной серой жижей, в которой плавали куски жирного мяса вперемешку с клоками бурой шерсти. Поначалу я испытывал острые приступы тошноты, поглощая это варево, приготовленное из неизвестных мне существ (может быть, они даже были не животными, а какими-нибудь человекоподобными тварями), но потом убедил себя в том, что нет никакой разницы, чем набивать желудок, ведь главная моя задача – выжить. Я нашел в себе мужество съедать все без остатка. Я должен был поддерживать силы, чтобы не упустить подходящий случай, и в нужную минуту, презрев опасность, принять бой. Я отжимался на левой руке от пола, качал пресс, делал упражнения на гибкость суставов, выворачивая конечности, пока они не начинали ныть от боли. Немало времени я уделял фехтовальному мастерству, сконцентрировавшись, разумеется, на упражнениях для левой руки. Раньше я работал левой, но не столь часто и куда менее успешно, чем правой. Мои физические упражнения укрепляли не только тело, но и дух. По крайней мере, я обрел уверенность, что, если мне в руки когда-нибудь попадет оружие, я смогу двигаться во время боя не менее проворно, чем раньше.

Демоны наблюдали за мной с неудовольствием и крутили пальцами у виска, время от времени похохатывая, – мол, непонятно, зачем этот живой труп тренируется, все равно вскоре станет бесплотным духом. Я старался не обращать на их смешки никакого внимания и упорно шел к своей цели. «Мне известен смысл жизни… Мне известно мое предназначение…»

Когда красные лапы протягивали через решетку миску с похлебкой, Гырга вечно сшивался рядом, поскуливая от вожделения. Должно быть, нас с ним кормили одной и той же пищей – и ему омерзительная каша казалась лучшим блюдом из всех, что он когда-либо пробовал. Поначалу я не обращал на демонического пса никакого внимания. Пока я осторожно зачерпывал жижу куском прелой лепешки, он ронял в песок ядовитые слюни, шлепал себя длинным змеиным хвостом по бокам и жалостливо вращал красными навыкате глазами. Продолжалось все это довольно долго, пока в голове моей не зародился хитроумный замысел…

Я свистом подозвал Гыргу. Демонам не было до меня никакого дела, один из них храпел, подложив руки под голову, другой ковырял в зубах и громко рыгал. Недавно оба плотно пообедали и теперь чувствовали себя как нельзя лучше. Животы у них раздулись до немыслимых размеров.

«И почему Заклинатель не появится прямо сейчас и не попинает немного мерзавцев?» – подумал я.

– Эй, Смуга, – гаркнул Рурк, – я не понял, ты чего, спишь, что ли…

Смуга махнул на товарища лапой и демонстративно перевернулся на другой бок.

Проклятый пес никак не хотел обратить на меня внимание.

– Гырга, – шепотом позвал я, – пойди-ка сюда, мерзкая тварюга.

Демоническое создание наконец услышало мой призыв, хрюкнуло и подбежало к самым прутьям. В миске еще оставалось немного похлебки, и, когда я приблизил металлический край к решетке, длинный язык мгновенно вылизал миску, загреб остатки мяса и отвратительный мутный бульон в зловонную пасть. Пес с удовольствием заурчал и запрыгал по песку, довольный случайным угощением.

– Какой молодец, – сказал я, но погладить его не отважился – чего доброго, тяпнет за руку, а она у меня всего одна.

Гырга замер, немного подумал, вращая тупыми глазами, и решил проявить ко мне недоверие – заворчал и отправился к демонам. Похоже, я интересовал его только во время еды.

«Ну что ж, – подумал я, наблюдая, как он сворачивает длинный хвост вокруг шеи и устраивается возле Смуги, – начало положено. Я обязательно выберусь отсюда с твоей помощью, тупое адское животное»…

С тех пор я стал подкармливать Гыргу регулярно, и, хотя мне приходилось обделять себя, урезая и без того скудный рацион, вскоре я добился того, что Гырга, заслышав мой свист, радостно бил хвостом по крепким бокам и бежал за угощением. Доверие его со временем зашло так далеко, что иногда он прислонялся к решетке, чтобы я почесал его увесистое пузо.

Рурк поначалу очень сердился на Гыргу и раз даже запустил в пса булыжником, но Смуга осадил его:

– Да пусть играется, чего тебе-то? Может, башку этому оттяпает как-нибудь…

– И то правда, – обрадовался Рурк и больше не мешал мне общаться с Гыргой, надеясь, наверное, что демонический пес осуществит его давние мечты…

Правда, как только появлялся Заклинатель, пес убегал подальше, забивался в самый дальний угол – он боялся страшного человека больше всего на свете. Глядя на Гыргу с явным отвращением, Заклинатель говорил демонам:

– Этот вам зачем? Выкиньте его.

– Да скучно без него совсем, хозяин, – оправдывался Смуга, – пусть останется, а? Нам хоть какое веселье.

– Ну ладно, только глядите, чтобы он вас ночью не слопал, больно страшный пес, – довольный шуткой, Заклинатель хохотал, и демоны эхом вторили ему, счастливые тем, что сегодня хозяин, похоже, в хорошем расположении духа и не поколотит их…

– Видишь, Рурк, – говорил потом Смуга, – от этого пса нам одна только польза: он такой уродливый, тупой и трусливый, что хозяин сразу начинает нас ценить…

– Ага, – откликался Рурк, – ты – голова, Смуга. Как только ты можешь такие умные вещи выдумывать?!

– Погоди еще, – отвечал Смуга, – я еще не то придумаю, я еще придумаю, как нам отсюда выбраться…

Тут он прикладывал ладошку к пасти и в страхе озирался – не слышал ли его Заклинатель…

Некоторое время я мерил свою клетку шагами, тщательно запоминая расстояние, потом лежал на песке, щупая рукой крепления. Я наткнулся на шляпки массивных вколоченных в твердую глину и камень костылей. На магию не похоже. И все же это глина, а не камень, а значит, при желании костыли можно вывернуть. Я ощупал шляпку, стараясь схватиться за костыль.

– Эй ты, там! – прикрикнул на меня Рурк. – Чего делаешь?!

План мой с каждым днем казался мне все более и более несовершенным. Я совсем не был уверен, что он приведет к успеху, возможно, все пойдет совсем не так, как я себе рисую. Несмотря на сомнения, я тем не менее намеревался осуществить задуманное. Отчасти потому, что был совсем не уверен, что Заклинателю в ближайшее время не удастся завладеть моим разумом, отчасти потому, что совсем ничего не терял. Признаться, я очень хотел, чтобы мой разум остался при мне. Быть не в своем разуме мне как-то не улыбалось. Да и кому понравится быть не в своем разуме? Разве что какому-нибудь писателю, претендующему на оригинальность, или художнику, который хочет продать свои полотна подороже и потому делает вид, будто у него ум за разум заехал. Нет, мне расставание с разумом не подходит, положительно план требовал осуществления в самое ближайшее время…

И это время наконец настало. Больше ждать я не мог, чувствуя, что если промедлю еще, то просто лишусь рассудка от самой мысли о том, что мне предстоит…

Сожрав новую порцию похлебки, Гырга издал счастливый рык, громко рыгнул, повернулся и потрусил прочь от решетки. Того, что может произойти, он явно не ожидал. Я же действовал продуманно и четко – ухватил его длинный хвост и, продев конец через решетку, затянул на одном из прутьев петлю. С моей единственной левой осуществить подобное достаточно быстро было не так просто, и все же я справился, потому что неоднократно просчитывал все движения, повторяя их раз за разом. Демонический пес с явным неудовольствием на глупой морде обернулся, и тут я почти повис на его хвосте, изо всех сил упираясь ногами в песок.