"Фантастика 2023-155". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Дворник Андрей - Страница 505

Мокрый захохотал.

– Тебе удалось заинтересовать меня, Снегурка. Но если шутка окажется плохой, твой авторитет в моих глазах упадет.

– Шутка не будет плохой. Правда, я не уверена на сто процентов, что фокус удастся… Но мы попробуем.

Мокрый припарковал катер у входа в «Быстроед» - на бесплатной стоянке. Диана удовлетворенно кивнула.

– Как раз то, что надо. Сейчас еще найду какого-нибудь смышленого паренька… Или девчонку. Вы можете погулять, а еще лучше - не выходите из катера. После того как я найду нужного человека, надо будет сразу улетать.

– Мы посмотрим, что ты станешь делать, - заявил Мокрый.

Девочка лет тринадцати, без родителей и подруг, вышла из «Быстроеда». Под мышкой она держала синего кролика - продукт генной инженерии. На шее зверька болтался розовый поводок. Девочка грызла жареную картошку, доставая ее из красного пакетика, и время от времени протягивала кусочек своему питомцу. Тот брезгливо воротил от угощения мордочку. Юбочка на девочке была короткая, но лучше бы она носила джинсы - такие кривые ноги не стоит выставлять напоказ. Белые большие банты качались в такт шагам.

– Здравствуй, девочка! - широко улыбнулась Диана. - Какой у тебя милый кролик!

– Обычный кролик, - не особенно доброжелательно буркнула та.

– Давно его держишь?

– Час назад купила.

– Вот как? Поздравляю. Какая порода?

– Не знаю.

– Как же так - не знаешь?

– А так. Моему удаву все равно, какая у него порода. Лишь бы пожирнее был.

Лицо Дианы вытянулось. Впрочем, именно такой ребенок и был ей нужен.

– Хочешь заработать? - без обиняков обратилась она к девочке.

– Сколько?

– Десять рублей.

– Смотря за что.

– Зайдешь в контору, дашь моему парню телефон - я с ним поговорю, он кое-что тебе отдаст, и ты вынесешь мне.

– Погавкались?! - проявив удивительное для такого возраста понимание, спросила девочка.

– Точно. Настоящие женщины всегда помогут друг другу, правда? Вот, возьми телефон - отдашь ему. И мешок бери - он должен вернуть мне кое-какие вещи.

– А не проще позвонить ему на коммуникатор или на мобилу? - для своего возраста кроха отличалась удивительной разумностью.

– Этот придурок все время меняет номер. Параноик. Знаешь такое слово?

– Да уж не с Пич-рича приехала…

Диана густо покраснела.

– К тому же это его телефон. Надо вернуть.

– Ладно. Но деньги вперед, - решительно заявила девочка.

– Ну уж нет. После задания.

– А я тебе кролика в залог оставлю.

– Кролика я подержу. Но деньги получишь после. Вот, - Диана продемонстрировала девчонке красную купюру.

– Уломала. Куда идти?

– Подойдешь к парню за стойкой, под вывеской «Наличные расчеты», - Диана кивнула на банк, сияющий огнями через дорогу.

– И работа у твоего парня придурошная! - фыркнула девочка. - Как ты с таким связалась? Вроде классная деваха, прикид у тебя симпотный…

Через огромный стеклянный витраж с улицы можно было спокойно наблюдать за тем, что происходит внутри банка. Лысоватый мужчина лет пятидесяти скучал за своей стойкой - противников электронных платежей было крайне мало, но любой уважающий себя банк, который не хотел обвинения в неполиткорректности, содержал служащего, который мог произвести выплату наличными - без использования терминалов, кредитных карточек и прочих высокотехнологичных штучек.

Девочка подошла к мужчине, окинула его презрительным взглядом и, опершись на стойку, заявила:

– На вот тебе телефон. Послушай, что подруга хочет сказать.

– Чья подруга?

– Твоя, дятел бумажный!

Мужчина автоматически взял трубку, которая тут же зазвонила - так громко, что он ее едва не выронил.

– Алло? - растерянно произнес он.

– Слушай, придурок, ты на мушке у снайпера, - заявила Диана. - Он держит твою лысую макушку в перекрестье прицела. Если не хочешь лишиться последних мозгов, быстро выгребай всю кассу в мешок - и отдавай девчонке.

– Да вы врете, наверное… - голос клерка дрожал.

– Тебе лучше поверить. Выстрел будет один - и о том, что я не врала, ты уже не узнаешь. И не чеши свой нос - рукой от пули не закроешься.

– У нас стекла пуленепробиваемые…

– Ты полагаешь, мы этого не знали? Кумулятивная пуля прошивает танковую броню насквозь - а уж ваше стекло для нее что яичная скорлупа.

На лице банковского служащего отразилась мучительная борьба, но инстинкт самосохранения победил. В конце концов, отдавая деньги, он рискует только работой. А ведь его и правда могут убить… Он поспешно взял у девочки мешок, бросил в него несколько денежных пачек.

– Телефон тоже в мешок, - подсказала Диана. - И не вздумай пугать ребенка - пристрелим как собаку. Сам сиди десять минут как вкопанный. Потом можешь звонить ментам. Снайпер будет на позиции до последнего.

Девочка взяла мешок и, весело помахивая им в предвкушении получения десяти рублей, направилась к выходу. Диана встретила ее на полдороге к катеру - отдала кролика и купюру, взяла мешок и побежала прочь.

– Вольтанутая, - девочка покрутила пальцем у виска. - Еще и связалась со старым плешивым козлом. Но десять рублей не лишние, это точно.

Мокрый все это время слушал переговоры Дианы с клерком через коммуникатор и теперь пребывал в легком ступоре. Когда Диана прыгнула на переднее сиденье и швырнула мешок на колени Вове со словами «пересчитай повнимательнее», парень даже бровью не повел.

– Полетели! Он может и не ждать десять минут! - закричала Диана.

Мокрый вздохнул и потянул на себя штурвал. Глаза его оставались такими грустными, что, казалось, он сейчас заплачет.

– Семьсот рублей, босс, - радостно объявил Вова. - Две рублевые пачки, одна трехрублевая и еще несколько крупных купюр. Не очень-то много, но совсем неплохо.

– Чему радуешься, сволочь?! - выкрикнул Мокрый в гневе. - Мы с тобой только и делаем, что шмаляем, лупим кого-то по черепу, прессуем, взрываем стены, курочим замки… А тут приходит девчонка и берет на понт чувака, даже не имея в кармане пушки! Мир устроен неправильно и несправедливо! Наша профессия скоро никому не будет нужна.

– Это называется «блеф», - потупила глазки Диана. - Он мог и не испугаться. Но, видите, сработало на этот раз.

– Ты сама придумала такой фокус?

– В книжке прочитала.

– Опять книжки, - Мокрый помрачнел еще больше и сделал вывод: - Выходит, чтение книг иногда может принести пользу. Вот уж не думал…

– А я люблю почитать какую-нибудь книжку, - поделился Нос. - У нас в «Артеке» других развлечений и не было. Только карты и книжки. Библиотека там хорошая была. Мне один детективчик очень понравился. «Преступление и наказание» называется. Про беспредельщика питерского. Как он на скок пошел. Но почти ничего не взял. А бабку с девахой топором порешил. Потом попалился по собственной глупости - следак ему дюже сообразительный попался. На понт его долго брал и взял в конце концов. Не вынесла душа поэта…

– Плохая книжка, - отрезал Мокрый. - Вредная. Что будем делать с телефонами? - спросил он у Дианы. После того как девушка проявила недюжинную сообразительность, он стал относиться к ней с куда большим уважением. Ему уже не казалось зазорным посоветоваться с Дианой по такому важному вопросу, как избавление от улик.

– Выбросим на какой-нибудь свалке. Разбить их все равно не получится - эти модели сделаны так, что по ним можно бить молотком. Вова чересчур хорошие выбрал… А если швырнуть их поближе к перерабатывающим мусор машинам, то от них и следа не останется.

– Это мы знаем, - кивнул Мокрый. - Мы так от трупов избавляемся. Полетели на свалку, в Зеленоград.

Свалка представляла собой многокилометровое поле, по которому ползали громоздкие роботы, гибриды гигантской мясорубки и печи. Несмотря на то что работали они двадцать четыре часа в сутки, переработать весь мусор, поставляемый в Зеленоград со всей Москвы и ближнего Подмосковья, роботы не успевали. Катера-мусоровозы прилетали сюда ежедневно. И вываливали полные контейнеры неподалеку от медлительных машин-переработчиков. Роботы загребали мусор широкими клешнями и отправляли в свой бездонный зев. Оттуда слышался гул винтов мясорубки, рев бушующего пламени. Временами фильтры не выдерживали нагрузки, и тогда из труб машин вырывался не белый чистый пар, а черный зловонный дым. Он черной копотью оседал на землю - поэтому жилье и даже заводы не строили ближе чем в трех-пяти километрах от утилизационного поля.