Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Иванов Сергей Григорьевич - Страница 767

– Ну чего ты от меня хочешь? – с тоской вопросил Тим. – Злыдень!

– Я? – удивился Вадим, вынимая из компа дискетку. – Абсолютно ничего. При условии, что и ты ничего от меня не ждёшь.

Он спрятал дискетку в ящик, насмешливо наблюдая за напряжённым лицом приятеля. Поинтересовался:

– Думаешь, здесь и оставлю? Ага, разбежался!.. Я ж насквозь тебя вижу, забыл?

Насвистывая, Вадим достал из ящика, будто из ларца с сюрпризами, давешний предплечный брус, снятый с убитого Шершня, и принялся сосредоточенно его разбирать, время от времени поглядывая на Тима.

– Чего это? – воспылал тот, падкий на подобные штуковины, как и любой нормальный мужик.

– Оружие, – ответил Вадим. – Я назвал его игломётом. Пуляет вот этими спицами, по отдельности либо пачками, почти бесшумно. Убойная сила чудовищная: доспехи прошивает, точно картон.

– Дальность?

– Для города – вполне.

– И откуда?

– От верблюда, – отрезал Вадим, – двугорбого. Так и выложу тебе всё!.. Честный обмен, забыл?

– Значитца, так, – решившись, сказал Тим. – Сейчас я дискеточку приберу, да? А завтра, ближе к вечеру, сведу тебя кое с кем. Идёт?

– А не врёшь?

– Слово!

В самом деле, Вадим ощутил его искренность. Беда в том, что завтра Тим с той же убеждённостью сможет пообещать прямо противоположное. Отличная штука – искренность… если уметь ею пользоваться.

Вадим снова достал дискетку, задумчиво повертел.

– Да на, – он бросил дискетку Тиму, – подавись!

– «Вот теперь тебя люблю я», – бодро сказал тот. – А чего станешь делать дальше? Я ж вижу: ты нацелился на что-то!..

Оказывается, за тридцать лет знакомства и он наловчился проницать Вадима.

– Во-первых, пора перестать уповать на забугорного барина, – заговорил Вадим. – На фиг мы сдались ему, сам подумай? Во-вторых, главные события здесь происходят ночами, – значит, придётся менять режим, благо и так почти не сплю. В-третьих, надо разобраться наконец с мясорубками, пока они не захлестнули город.

– Кажись, ты на что-то намекаешь?

– На то, что их становится многовато для одиночек, даже для целой банды маньяков. Но вытворяют это именно люди, хотя и странные. Загородное зверьё тут ни при чём: оно б не оставляло трупов – только кровь да немного костей, самых неудобоваримых. А если убийства массовые, значит, убийц много и с каждой неделей становится больше, словно распространяется эпидемия. Вспомни Варфоломеевскую ночь, когда весь город будто сошёл с ума, превратившись в маньяка!.. Правда, в Париже это случилось сразу, зато и прошло быстро; а наша крыша съезжает помалу – но, видимо, напрочь. Каждый начинает искать жертву по силам, упражняясь пока на девицах да на таких вот бедолагах, – Вадим подёргал задремавшего Жофрея за свисающий хвост. – А что будет, когда шакалы станут сбиваться в стаи? Впрочем, вряд ли им это позволят, – спохватился он. – У них другое предназначение: стадное, – кого-то ведь надо доить? А в сторожа определят нынешних волков.

– Крутарей, что ли?

– Может, их, – согласился Вадим. – А может, они сами накопят силёнок и подомнут управителей. К твоему сведению, эти ребята прекрасно знают, чего хотят, и умеют своего добиваться – в отличие от спецов. Только сперва они разберутся между собой – а похоже, у наших крутарей слишком много гонора и азарта, чтобы договориться мирно. В Чикаго бы это ещё прошло, но не у нас.

– Всё-таки, с чего ты начнёшь? – спросил Тим.

– Как раз с убийств. Помимо прочего они могут вывести на куда более масштабные вещи.

– А самих мясорубок тебе недостаточно?

– Я понимаю: ужасна каждая смерть, – ответил Вадим. – Но даже тут уместны сравнения, хотя бы количественные. Сейчас не до эмоций – нужен беспристрастный анализ этого кошмара. А для анализа мне не хватает данных. Не знаешь, через кого можно разжиться? Наверно, это не так и трудно: вряд ли такая информация засекречена.

– Как понимаю, ты делаешь заказ?

– Только не надо интересоваться оплатой – хватит с меня крутарей!

– Ага, хлебнул! – позлорадствовал Тим. – Не боись, здесь возьмут не звонкой монетой, даже не камушками – натурой. В смысле: тебе – данные; с тебя – выводы. Подходит? Отчитываться будешь каждый вечер. А я стану к тебе наведываться, благо к этому привыкли.

Вадим поглядел на него со снисходительной усмешкой.

– Мне это нравится! – сказал он. – Уже требуешь с меня отчёта. Давно не командовал – соскучился? Хоть маленький, да начальник!

– А вот роста касаться не будем, – отшутился малыш, всё же смутясь. – Рад, что вымахал, да?

– Запомни, Тимка, если ещё не понял: ни в какие организации я входить не собираюсь – я вне любых стай, даже самых возвышенных!.. И что за компашка у вас, если даже за неумёху вроде меня хватаетесь, точно за соломинку? Наверно, сплошные теоретики?

– По-твоему, мы должны объявить набор боевиков? – огрызнулся Тим. – Так они либо в крутари, либо в репрессоры подались – вот там есть где развернуться и чего наварить!.. К нам-то зачем идти?

– А у самих, что ли, кишка тонка? Да уж, это не салонные игры – тут правила жёстче. Не пожалели бы, что ввязались.

– Как будто у нас есть выбор!

– И мне выбирать особенно не из кого, – согласился Вадим. – Сойдёт за неимением.

– Ну, спасибо.

– Да подавись!

Оба одновременно ухмыльнулись, расслабились и наконец приступили к чаепитию. Немедленно пробудившись, Жофрей спустился Вадиму на колени и стал из-под его руки деликатно принюхиваться к пирожному, интересуясь: чем это угощаются тут – без него.

– Ты-то при чём? – проворчал Вадим, однако сунул коту немного крема на пальце. – На, дурачок, травись.

Тот осторожно лизнул, затем неожиданно смахнул всё, щекоча палец шершавым розовым язычком.

– Ишь ты! – удивился Вадим и порцию повторил. Сметя и это, котейка удовлетворился и снова заснул, теперь у хозяина на коленях. Наверно, Жофрей решил лечиться от побоев сном, а также усиленным питанием.

– Что, Юльку с тех пор не видел? – небрежно спросил Тим, прихлёбывая душистый чай.

– Козёл старый, – сказал Вадим, – всё-таки раскатал губу!.. Нет, даже на тренинг не явилась.

– Что ли и мне заняться? – предположил Тим, задумчиво трогая себя за пузико. – Внутри я – Аполлон!

– Да уж никак не Сократ. Думаешь, там мало Аполлонов?

– Так ведь я ж ещё и забавный! Женщины это любят. – Тим вздохнул и добавил: – Как правило.

– Что, очкарик, влип? – позлорадствовал Вадим. – Не всё ж тебе сердца разбивать – походи и сам с разбитым.

– Хорошо быть молодым – а, Вадька? Ты-то как огурчик.

– Хорошо быть здоровым. И умным.

– И красивым, – подхватил Тим. – И сильным. И богатым… Ничего не пропустил? – Он снова вздохнул. – Между прочим, что за чай? – спросил вдруг. – Совершенно необычный букет – никак не угадаю сорт. – Тим мнил себя знатоком чая, а впрочем, действительно разбирался в этом неплохо. – Хотя заваривать не умеешь, – добавил он мстительно. – Учишь тебя, учишь!..

– Из потусторонней травки, – объяснил Вадим и усмехнулся: – В самом деле, я не шучу. Кстати, можешь прихватить щепотку – твоим теоретикам на исследование. Не всё ж им задания раздавать.

– Тебе, пожалуй, раздашь: где сядешь, там и слезешь… Кстати, не слыхал? – сказал Тим неожиданно. – Гога пропал.

– Гога? – вскинулся Вадим. – Ч-чёрт!.. Откуда знаешь?

– Да уж знаю. На работу не вышел, в общаге никаких следов. Всё как обычно.

– А семья?

– Говорят, он отправил своих погостить к жениному дяде, в глухомань. Теперь вряд ли вернутся.

– Сужается круг, а? – спросил Вадим мрачно. – И кто их только наводит!.. Не пора ль и тебе, Тимушка, менять дислокацию?

– Кому я сдался, господи!..

– Ах, Гога, Гога… Как он-то влетел? Ведь просчитывал на десять шагов.

– Может, просто слинял под шумок? – предположил Тим. – А придёт время – снова всплывёт?

– Дай-то бог.

Тим скоро ушёл, умяв две трети пирожных и основательно приложившись к печенью. С собой унёс дискетку, а также образцы чужеродной травы и осколки звериного панциря, отщеплённые пулемётом Гризли. Чёрт знает, может, в той странной компании сыщется хотя бы один приличный биолог? И химик. Конечно, и хороший психолог не помешает. А социологи, экономисты? Господи, отпусти меня на волю!.. Что там сегодня по ТВ?