Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Иванов Сергей Григорьевич - Страница 773

– «Жизне-сила», да? – вставила Юля, снова демонстрируя обновлённую память. – «Телепатостанции», «Хаос и Порядок», Гога и Магога…

Впрочем, времени с того заседания воображенцев прошло ещё меньше, чем после первой «проповеди» Вадима, – на целый день.

– Но «химия», судя по всему, разъедает перегородку, – невозмутимо продолжил он, – и обесточивает станцию, направляя высвобожденную энергию на предельное развитие плоти. А когда инстинкты проникают в рассудок, у того появляются новые, вполне животные ориентиры, и свою интеллектуальную мощь он направляет совсем в иную сторону. Поначалу человек попросту звереет и принимается навёрстывать недоданное. Но вот затем… И что затем, а?

– Тебе видней, – буркнула девочка. – Ты умный и старый, тебе уж не до женщин – лишь бы навыступаться всласть!.. К чему вам наши совершенства, верно?

Кажется, тема начала ей приедаться. Пора подбрасывать новую.

– Знаешь, Юленька, – сказал Вадим, – а ведь похоже, что на тех бедняжек нападали вампиры.

– Совсем здорово!

– Ну да – из тех, кто благоденствует на чужих страданиях, заряжается энергией, отбирая у других. А кровь им нужна, как аккумулятор Хаоса.

– Ты спятил, Вадичек, – откуда в нашем захолустье вампиры?

– Ну, не относись к ним с таким пиететом, – сказал он. – В конце концов, вампиры начинаются с нарушителей тишины – когда одному плевать на покой тысяч. Может, так они утверждаются? Или мстят? По мне, они смахивают на вздорных шавок, самозабвенно брешущих на всех – лишь бы заметили!..

– Не морочь мне голову, – возмутилась девочка. – «Нарушители», «шавки» – пф-ф!.. Ты ж говорил об энергетических вампирах.

– Как по-твоему, – неожиданно спросил он, – зачем люди трахаются?

– Для удовольствия, конечно, – сразу ответила Юля. – Ещё – для здоровья.

– И всё?

– Разве мало?

– Большинство насильников, чтоб ты знала, не получают от насилия радости. Для них это способ возвыситься – в своём мнении, в глазах жертвы. Они не могут утвердить себя иначе, как втаптывая других в грязь.

– И что?

– А то, что насильники тоже вампиры – на свой лад.

– Господи, опять вампиры!.. У тебя такой пунктик?

– Самое забавное, что у них-то связи с людьми не порушены – лишь искажены. Изменена полярность, понимаешь? Поэтому им тем лучше, чем хуже другим. И наоборот: «зависть иссушает» – помнишь?

– Так ведь это садизм!

– Именно. Но не только. Представь, что жизне-силу у людей можно отбирать. А для этого надо впечатать в них отражение своей сути – ужасом, пытками, унижением, – чтоб образовать между отражением и собой энергоканал. Как бы наложить на чужое сознание собственную матрицу и укорениться там намертво, чтобы затем испить до дна, – или, если хочешь, «наложить заклятие».

– Господи…

– Можно проделать это с единственной жертвой, а можно нагнать страху на миллионы, как вытворяли тираны, от фараонов до Кобы, – эдакие супер-упыри! Можно даже внушить подданным благоговение, принуждая к самоунижению ради выживания, и тянуть, тянуть из них жизне-силу, собирая ручейки в реку, чтоб и после смерти жить в людских сознаниях, зацепившись за свои отражения. Наверно, в этом и есть величие деспотов?

– Спустись на землю, а? – попросила Юля. – Про «заклятие» – это всерьёз?

– Абсолютно. Лично я понимаю его как наложение на душу сторонней матрицы – искусственной либо конкретного индивидуума. Способы бывают разные: от пресловутой «любви» до изощрённого садизма… впрочем, не знаю, что больней. А нужен сей грабёж затем, чтоб максимально задействовать своё тело, – недаром же маньяки такие силачи!.. Это что касается «энергетического вампиризма».

– Ты пугаешь меня, – прошептала девочка. – Есть и другой?

– Пробрало, да? – засмеялся Вадим. – Больше не клонит в сон? Что ж, «давай бояться вместе» – если смелая.

– Жду ответа, – напомнила она.

– Это уже из области фантазий, – предупредил Вадим. – Устроит?

Юля молча кивнула.

– Помнишь, чего наплёл тогда Игорёк про отражения Хаоса и Порядка, в просторечии именуемые душой? – Она кивнула вторично. – Представь их, то есть отражения, как два разноимённых заряда, индуцированных начальными стихиями и заключённых в единый объём. Ну, с Порядком более-менее ясно: он задаёт организму программы. Что до Хаоса, то без него не было б жизни. И развития, ибо это Хаос вносит в организмы изменчивость. И смерти, конечно, – когда изменения, накапливаясь, становятся «несовместимыми с жизнью». Оба заряда концентрируются обычно в пределах мозга, но частицы их разносятся кровью по всему телу.

– Хорошо, – закрыв глаза, сказала девочка, – я представила… Чего дальше-то?

– А теперь убери из души Хаос. Что останется?

– Порядок, – послушно ответила она. – «И» осталось на трубе.

– Ну, не сам Порядок, скорей его отражение – может, даже вторичное или третичное…

– Четвертичное, – буркнула Юля. – Как период.

– К тому ж, не исключено, искажённое. Короче, в душе остаётся только набор программ, более или менее удачных. Изменения в организме прекращаются, он фиксируется на достигнутом рубеже. Лишь устраняются нарушения: болезни, ранения, – причём с волшебной быстротой. Многодиапазоновая телепатостанция, ориентированная на души других, выключается либо преобразуется в лучевой передатчик, подавляющий и подчиняющий чужие сознания (если там найдётся, за что зацепиться). Власть такого человека над другими становится чудовищной, его могущество устрашает, энергетические ресурсы бездонны, он практически бессмертен – венец эволюции, и только!.. Но и жизни в нём больше нет. А сам монстр так же абсолютно подчинён собственному господину, ибо он – лишь ступенька в жёсткой и незыблемой пирамиде, вершиной упирающейся в Подвал, где собраны знания Вселенной.

– Он что же теперь, робот? – обмирая, спросила девочка.

– Вампир, – поправил Вадим. – Причём настоящий, классический.

– И даже кровь хлещет? Господи, но зачем?

– Чтоб зацепиться за наш мир. Раньше его удерживало равновесие между отражениями Хаоса и Порядка либо разветвлённая корневая система, проросшая в души других. Теперь для выживания ему необходимо вводить в себя недостающий заряд, иначе его попросту выдавит в родственную среду. А что является лучшим разносчиком Хаоса? Свежая, парная кровь!.. Ещё можно выгрызать у живых мозг, но технически это сложней. И чем необузданней, вольнолюбивей жертва, тем слаще её соки. Вообще я полагаю, что «охоту на ведьм» во все времена организовывали именно вампиры. Ибо у ведьм обратный перекос и Хаос в них прямо бурлит. А уж если к вампирам угодит истинный, цветной маг!..

Юля ощутимо содрогнулась, и Вадим тут же замолчал, пристыженный. Кажется, он увлёкся настолько, что потерял «контакт с аудиторией».

– Похоже, ты псих, – сообщила девочка. – А ведь у меня сразу закрались подозрения. Вампиры, надо же! Ясновельможное вампирство как высшая стадия человечества. «Мы наш, мы новый мир построим!..» Больше ничего не придумал?

– Да разве только вампиры? – усмехнулся Вадим. – Здесь такой рассадник нечисти!.. Кстати, никогда не подглядывала ночью за отцом?

– Точно, у тебя крыша поехала! – убеждённо сказала Юля. – Конечно, спасибо тебе за жизнь, я с ней как-то свыклась, но, может, не стоит обхаивать моих родичей? До сих пор я и сама с этим неплохо справлялась.

– Ладно, не впечатляйся, – отступил он. – Я предупреждал: это фантазии. Может, я параноик, однако безобидный – сама знаешь. Если хочешь, могу рассказать ещё: и про оборотней, и про зомби, и про могущественных чёрных колдунов, обосновавшихся…

– Как тебе моя попка? – перебила Юля и даже продемонстрировала, извернувшись. – Правда, сладкая?

– Не знаю, – вздохнул он, – не пробовал.

– Так в чём же дело? Доступ к телу открыт. Давай, пробуй!..

Она легла на Вадима всем туловищем и на минуту затихла, наслаждаясь его жаром и энергичным массажем, прокатившимся по её тылам от ягодичек до шеи, будто у него включился рефлекс – довольно странный для мужчины в такой ситуации. Конечно, девочка ждала от Вадима большего, но, видно, рассудила, что для начала сойдёт и это. По крайней мере, холод ей теперь не грозил.