Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Иванов Сергей Григорьевич - Страница 830

– Чёрт меня раздери, – оторопело промямлил Гош, – это ж…

– Какие претензии, Папашка? – засмеялась Эва. – В кои веки твоих ухарей умыли, и ты в бутылку? Может, кто поймал меня за руку? Пусть выступит, я подожду!

Теперь и Брон рассмеялся, с удовольствием наблюдая за побагровевшим толстяком.

– Что, Гош, сможешь доказать нечистую игру? – спросил он. – А нет – ты знаешь правила.

Демонстрируя завидную волю, иудей укротил свой грозный норов и даже вскинул по сторонам обе руки, придерживая Стрелков.

– Ладно, не сейчас, – угрожающе проворчал он. – Но лучше ей со мной не пересекаться!

– В чём дело, скупердяй? – с вызовом спросила Эва. – Хочешь отыграть всё и меня впридачу? Так потряси мошной!

– Почём знать, может, второй тоже твой? – огрызнулся толстяк. – Мне и докладывали о двоих.

– Второй в зале, если интересно, – парировала она. – Хватит с вас меньшенького.

– Боязно, Гош? – скалясь, ввернул Брон. – Что значит возраст! Мошонкой тряхнуть было б проще?

– Тогда кто этот? – Гош кивнул на сцену, где памятником громоздился исполин-латник, так и не сдвинувшийся с места. – Только не ври, будто самородок-любитель. Наверняка за ним кто-то стоит!

– Например, Шершни, – прибавила Эва. – Разве не их вы ждали?

– Уверена? – Толстяк перевёл взгляд на Брона. – Тогда почему его не поспрашивать?

С сожалением тот покачал головой.

– Что? – резко спросил Гош.

– Ты знаешь правила, – повторил Брон. – Если хочешь, можешь вызвать Шершня, поставив на кон его и свою свободу. Тогда допрашивай сколь угодно – если победишь. А до тех пор… – он снова покачал головой.

– Плевать на правила, – рявкнул толстяк, – если они мешают жить!

– Это ты говоришь так, – возразил Брон. – А если б так поступал, вся твоя паства давно переметнулась бы ко мне или к Винту, да и мы бы предпочли с тобой дел не иметь. Честность – наш капитал, старина, и что делать, если иногда она добавляет хлопот?

– А вот Шершни не больно-то церемонятся!

– Потому что хотят подмять всех, не считаясь с затратами. Готов ты положить половину своих, лишь бы править единолично? Вот то-то.

– Так вы принимаете мою ставку? – подстегнула Эва.

– Зачем тратиться самим? – ухмыльнулся Брон. – Покажи публике своего жеребца, и уж пусть она уравнивает залог. А Шершень, кажется, впечатлил многих – до сих пор Гризли считался фаворитом.

– Хорошо. – Эва нетерпеливо щёлкнула пальцами, и на сцену вступил второй латник, не уступающий первому ни ростом, ни размахом плеч и вооружённый такой же парой мечей. – Только не затягивайте!

Вадиму показалось, что пластиковые гиганты обменялись парой фраз, будто уже встречались прежде, – однако слов не разобрал.

– Уж не из одного ли они стойла? – задумчиво пробормотал Брон, кивком побуждая распорядителя ускорить процедуру. – А хороши, да?

Вдоль рядов забегали девицы, тугозадые и пышногрудые, собирая ставки, и азартный галдёж на время заглушил музыку. Вадим поднялся, намереваясь перебраться поближе к господской ложе, но тут же его заметил Брон и помахал рукой, приглашая к себе. Нехотя Вадим поднялся на второй ярус, с ещё большей неохотой сунулся на балкон, прикидывая, чего ещё может выкинуть Эва.

– Ну вот, Гризли вы уже сегодня видели, – заговорил Брон, жестом успокаивая Стрелков, – а теперь представляю вам Лося, моего давнего и преданного дружка.

– Ну да, ты его на коленях качал! – презрительно откликнулся Гош. – На Лосёнка он ещё тянет, хотя здоровый.

– И тебя он обманул, – ухмыльнулся росич. – Чтоб ты знал, вьюноша сей по годам ближе к тебе, и положиться на него можно в любом деле, кроме мокрого. И голова варит дай бог – при том, что сквозь дверь может пройти, не открывая!

«Лучше бы сесть предложил, – раздражённо подумал Вадим. – А то, вишь, держит у входа, точно холопа. Князьки губернского значения!»

– Хватит нахваливать, не на рынке, – сказал Гош. – Или надумал всучить?

– Не моё – не продаётся, – с сожалением возразил Брон и спросил у Вадима: – На кого б ты поставил, старина?

– На Адама, – бесстрастно ответил тот и показал: – Вон на того.

Ему уже до чёртиков надоела конспирация.

– Интересно, – сразу сообразил Брон. – Выходит, и ты его знаешь? – Он засмеялся. – Ну вот, Гош, троица и сложилась! Не позавидуешь тебе.

– Уж это точно, – подтвердила Эва. – Ну, сделали ставки?

Устав ждать, Вадим шагнул к свободному месту, позади ведьмы, и сел, облокотясь о спинку её кресла. Тотчас Эва улеглась на его руку пушистым затылком, легонько заелозила по ней, будя в Вадиме сладкий трепет.

– Пожалуй, я тоже ставлю на Адама, – поглядев на них, объявил Брон. – А ты, Гош?

– А я – против! – рявкнул толстяк. – Или верну камушки, или… – Он оборвал себя, сердито засопев.

– «А ты азартный, Парамоша!» – хохотнул Брон. – Недаром, видно, взялся за игорный бизнес. Или это жадность? Ну, не ошибись опять.

– Не твоя печаль!

Шустрые девицы уже подбирали последние ставки, и только они закончили, как снова ударил гонг, погружая зал в напряжённую тишину. Всё-таки собрались здесь знатоки, а не какая-нибудь беспонятная шелупонь. И посмотреть было на что. После первых же ударов, какими обменялись поединщики, стало ясно, что исполин-Шершень только забавлялся с Гризли, не раскрыв и половины своих ресурсов. И вряд ли даже безумие серка помогло бы тому победить. Но вот с Адамом так играть было б сложно: невозмутимый верзила мог и умел не меньше противника – если не больше. И боевые его приёмы до странности напоминали ухватки Шершня, будто Адам взялся переиграть соперника на его же поле.

Почти сразу в ход пошли не только мечи, но и ноги, благо гибкости у обоих оказалось в избытке. Наконец выяснилось назначение многих шипов и наростов на гигантских доспехах, до сих пор казавшихся декоративными, – на самом деле они вписывались в систему боя, как по заказу. А темп и насыщенность схватки вызывали у зрителей трепет, временами и вовсе проваливаясь за грань восприятия, – словно бы сцепились два молотильных агрегата, пущенных на полные обороты.

– Поняли, куда нас толкают? – сквозь зубы выцедил Брон. – Любые пули таким удальцам не страшны, и от гранат они увернутся. А кто из наших сумеет так драться?

– Вот он, – Эва ткнула за спину большим пальцем, едва не угодив Вадиму в глаз. – Только кто бы его разозлил, а?

– Может, не покормить с недельку? – с лёту подыграл князь. – Так всё равно ж он вегетарианец!

– А шли бы вы – оба, – проворчал Вадим рассеянно. – Прав лишь волкодав, а вы меня в людоеды толкаете.

– Сластолюбец, где ж я напасусь на тебя столько Люд! – хмыкнул Брон. – Хотя надо поспрашивать… Эй, Гош, – внезапно переключился он, – а ведь похоже, ты снова поставил не на того!

– Отвяжись, – буркнул тот, не отрывая взгляда от сцены. – Ещё не вечер.

– Уже ночь, милый, – возразил Брон. – Поверь знатоку.

Действительно, Адам как раз перешёл в затяжное наступление, черпая энергию невесть откуда и больше не оставляя противнику времени для ударов. И с защитой тот поспевал едва-едва – впрочем, любой другой на его месте давно бы сошёл с дистанции. Пораскрывав рты, крутари заворожённо следили за небывалым боем, и по залу теперь разносился только дробный перестук пластиковых мечей.

– По-вашему, он поддаётся? – с презрением осведомилась Эва. – Если желаешь, толстяк, могу предоставить ещё шанс.

– Супер-игра? – хмыкнул Брон. – Всё или ничего!

– Выставь против Адама пару своих. Не хочешь?

– Да хоть дюжину! – расстроенно отозвался Гош. – Это ж не человек – машина; у него внутри шестерни!..

– Вскрытие покажет, – вставил Брон, откровенно веселясь. – А чем кончится, красавица? Не из-за одних же монет ты устроила такое шикарное представление? Я вижу: у ребят собственные счёты!

– Что, не терпится заполучить живого Шершня?

– Хочется, да колется, – возразил Брон. – Ты же слышала про правила?

– Всё в соответствии: Шершень поставил на кон свободу. На свою беду, он оказался слишком уверен.