Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Иванов Сергей Григорьевич - Страница 872

2. Гости из захолустья

Вот и опять возникла Оксана, юная ведьмочка из глухомани, думал Вадим, всё прибавляя скорость. Недели не прошло! Что ж там стряслось? Ведь оставил им адрес, предлагал обращаться, сам хотел наведаться – так и не выбрался. Позор на мои седины!..

Звонила она скорее всего с сотовика: в обширном хозяйстве Михалыча вполне могла сыскаться такая вещица, в общем ему не нужная. Либо – второй вариант – из окрестностей порта, зоны росского влияния, заскочив к кому-то из знакомых. И надо ж было ей нарваться на Нонну!.. Если та успела передать по цепочке, дело лишь за расторопностью Псов.

Ещё издали Вадим увидел старенький открытый джип, на полной скорости мчащий по пустынной улице. Вплотную за ним нёсся обтекаемый триколёс, медленно настигая, – всё-таки на прямой он оказался быстрей. Но куда большим было преимущество у Вадима, оседлавшего княжеский двуколёсник. Срезая угол, он пронизал чахлый парк, слетел, будто с трамплина, с метрового обрыва, нависшего над шоссе, и приземлился в десятке метров позади Псов. До джипа тем оставалось ещё меньше, но это не играло роли.

На полном ускорении Вадим догнал триколёс, в момент сшибки вдруг вскинулся с седла и, подхваченный инерцией, перебежал со своей машины на чужую. Соскочив в люк, он аккуратно, в три касания, отключил всполошившихся Псов, тут же перехватил управление и затормозил. Затем, поднатужась, выворотил с корнями пульт, чтоб не шалили больше, и выбрался из машины, озирая окрестности. Других патрулей поблизости не наблюдалось, и слава богу.

Джипик уже подкатывал к нему, успев развернуться. Потом из кабины выпрыгнула Оксана и кинулась к Вадиму, будто не видела его год.

Её личико оставалось столь же милым и по-детски свежим, а роскошная коса короной венчала гордую голову. Но в глазах читалась усталость, пока затмеваемая возбуждением. Тяжкие потрясения, боль и горе – вот что он слышал в её сознании. Это не считая бессонной ночи.

В отличие от прошлого раза, Оксана оказалась одетой в ситцевый сарафанчик, больше похожий на ночнушку, а вдобавок босой – будто её застали врасплох. Такой наряд гляделся странно посреди города, зато открывал едва не больше, чем прятал. И теперь Вадим смог оценить кожу лесной ведьмы – матовую, как у ребёнка, немыслимо гладкую, лишённую не только родинок или волос, но даже обычного девичьего пушка. Уходим от предков всё дальше, да?

Вопросительно заглянув Вадиму в глаза, беглянка шагнула к нему и прижалась, пряча лицо на груди. Она не плакала, не жаловалась, однако всё тело сотрясала нервная дрожь, не стихавшая, наверно, много часов. Отложив расспросы, Вадим закрыл её спину руками, вбирая в себя горячку, гася вибрацию – благо весил против неё втрое. Умница Оксана не препятствовала, даже старалась помочь, как умела. Понимала: в таком состоянии от неё мало проку.

А за ветровым стеклом джипа виднелись головы других ездоков: ребячья, кудлатая, и звериная, будто медвежья. Обе напряжённо пялились на Вадима, то ли узнавая, то ли испытывая.

– Ну, – наконец спросил он, – что стряслось?

– Папеньку изловили, – сообщила Оксана тихо.

– И в клетку посадили, и надпись написали… Что значит: «изловили»?

Присев на массивный бампер триколёса, Вадим усадил девушку рядом, взял её руки в свои, продолжая делиться теплом.

– То и значит, – сказала она. – Вы ж помните, как толковал он про своего нутряного Зверя? Его и подловил чужак, а с ним – папеньку.

– Какой чужак? – спросил он. – Хозяин? Мы ж его изолировали!..

Оксана помотала головой:

– Другой, в людском обличье. Ночью пришёл.

– Ногами, что ль?

– Не своими – железными.

Всё-таки заразил Михалыч дочь странностью своей речи – вычурной, перенасыщенной образами. Теперь вот разбирайся!

– Ходульник, да? Так это был Шершень? Один?

– Много. Однако прочие не в счёт. Да мы б и отбились, кабы не их главный.

– «Король»? – догадался Вадим. – Вот где он всплыл!..

– Он приказал, и папенька открыл ворота. Я не успела задержать, и вряд ли б смогла. Хорошо, пальнула из гранамёта по ходульнику, подбила лапищу, а то бы не спаслась. Папенька-то гнался за мной, вместе с парой шипастых, – но, видно, не изо всех сил, иначе б не убежала. А со мной припустил Бэк, хитрюга мохнатый.

– Где машиной-то разжилась?

– Так держали же в сарае на случай – всего и надо было, что рощицу пересечь!.. А в ней ловушек полно. Кто-то даже попался – из догонял.

– А это что за чудо? – Вадим кивнул на пацана, уже выбиравшегося из машины.

– То Алёха-слухач, сын охотника Мирона, – ответила девушка. – Разве не помнишь?

– Такое не забывается – как страшный сон. «Ты не слухай их», верно? – спросил он. – «Пусть себе зовут!»

Малец шмыгнул носом и кивнул с солидностью.

– На дороге подобрала, – добавила Оксана. – Взрослые подсмеиваются – вот он и решил добыть Хозяина.

– Не слабо! – качнул головой Вадим. – Старичок, ты показался мне разумней.

– А это видал? – распахнув пальтецо, Алёха показал гирлянду миниатюрных гранат, развешенных по груди. – Мне Гризли напривозил – по одной за ходку. Знаешь, как бахают!..

– Голову оторвать твоему Гризли, – проворчал Вадим. – И в гостиную вместо трофея. Чем он думает?

– Да ладно, чего там!..

– Дома не хватятся? Папка, небось, с ума сходит.

– А неча насмехаться! – непримиримо отрезал малец. – Умру, а себя докажу!

Из кабины скакнул к Вадиму косматый зверь и обрушил тяжёлую башку ему на колени, словно давнему приятелю.

– И тебе привет, Бэксик, – обрадованно сказал Вадим, в две ладони меся могучий загривок. – Хорош, хорош!..

Пёсик и впрямь впечатлял. Конечно, не чистых кровей – так и не надо. Наверное, тут скрестили ирландского волкодава с кавказцем, а может, ещё и с волком – судя по загадочным прозрачным глазам. И получился зверюга, превосходящий родителей силой и проворством. А имя пса указывало на известную начитанность Михалыча. Кто сейчас помнит Лондона с его «Зовом предков»?

– Ладно, поехали, – сказал Вадим, поднимаясь. – Теперь поведу я – никто не против?

Он уложил двуколёсник, слегка помятый после падения, в кузов автомобиля и сел за руль. Джипик оказался вполне бодрым, несмотря на преклонные года. Пластиковые бронещиты, закрывавшие машину с боков и спереди, не слишком её утяжелили, а мотор тянул как молодой. Лишь бы не случилось на пути новых загонщиков – но за этим приглядит мысле-облако.

Оксана затихла в соседнем кресле, однако продолжала жаться к Вадиму, словно продрогла до костей. Алёха в своём углу смачно лузгал семечки, сплёвывая в исцарапанный кулачок. По сторонам он поглядывал, но без особого интереса. Похоже, тутошняя жизнь была бы ему скучна. Вот гонять зверьё по лесам – это да!.. Бэк дремал, едва уместившись у Алёхи в ногах.

Проезжая помойки, Вадим почти у каждой замечал маргиналов, влезших в ящики едва не по пояс, – по двое, по трое. Если в Крепости расцвело махровое средневековье, то эти и вовсе вернулись к собирательству, точно пещерники. Сосредоточенно они разгребали мусор, набивая растянутые карманы, иногда сразу совали в рот. Рядом громоздились драные пластиковые пакеты, некоторые даже обзавелись колясками. Дворняги не гоняли их, и даже Псы словно не видели, – вероятно, потому, что маргиналы сильно облегчали вывоз мусора, устраивая вторичную переработку.

Бедняги казались пришельцами из иного мира, живущего по странным правилам. И какая судьба им уготована? Может, для того их и прикармливают, чтоб устроить Большую Охоту. Как на кошек и собак годом раньше. И похожие «дяди Проши», местные цари природы, будут гоняться за маргиналами с железными дрючьями, добивая тех, кто спасся от пуль.

– Вот и приехали, – сказал Вадим, впритирку проводя джипик меж гранитными надолбами, перегородившими улочку, словно погранстолбы. Колёсник посолидней тут бы не протиснулся – хотя для таких найдутся другие ходы, возникни надобность.