Истинная Волка (СИ) - Июльская Анастасия - Страница 35

— Хорошо, — отдаю ей цветы и игрушки.

— Я буду ждать внизу в машине, напишешь когда можно прийти, — разворачиваюсь, чтоб уйти и слышу в ответ.

— Спасибо, — уже спускаясь, до меня начинает доходить, что у меня дочка. Я папа дочки. Как же это прекрасно, счастье переполняет внутри. Мне нетерпется поскорее её увидеть, но я терпеливо жду, когда мне позволят подняться.

Спустя минут сорок приходит сообщение от Ксюши: "Можешь подниматься, только не стучи. Дверь открыта, тихонько заходи". Ждать себя не заставил. За считанные минуты я поднялся и вошёл в номер. Ксюша прижимала палец к губам, показывая не шуметь.

— Я хочу на неё посмотреть, — полушепотом говорю свое желание. Мы проходим из первой комнаты, которая напоминает маленькую гостиную в спальню, где на огромной кровати спит такой маленький, беззащитный ангелочек. Мой ангелочек. Я смотрю не отрываясь, слезы слегка начинают проступать на глазах, быстро потерев глаза, будто устал, выхожу из комнаты.

Во мне начинает вновь подниматься вся обида, за то, что она не сказала о дочке. Стоя к ней спиной ледяным голосом спрашиваю.

— Почему не сказала сразу?

— Почему не сказала? — повторяет мой вопрос с дрожью в голосе, в котором сквозит обида.

— Да первым делом я позвонила тебе! И знаешь что? А ничего, абонент недоступен! Ты всем запретил со мной общаться! Ты дал явно понять, что со мной не хочешь иметь ничего общего. Ты хоть представляешь, что я ощущала? Я чувствовала, что меня бросили! Мне было безумно сложно. Что я по твоему должна была делать? Наверное прибежать к тебе и валяться в ногах, чтоб ты для начала хоть начал говорить со мной, поскольку у тебя видите ли обида, а потом наверное должна была унижаясь пытаться убедить, что ребёнок твой, а не Ильи? Поверил бы ты мне? А? Чего молчишь? — разворачиваюсь к Ксюше лицом, чтоб ответить на все эти претензии, но мой взгляд застывает на её глазах. В них столько тоски и усталости, что все слова, которые хотел сказать застреют комом в горле.

Волк внутри меня подталкивает к ней. Молча подхожу к моей девочке и нежно обнимаю её. Она прижимается к моей груди и начинает тихонько плакать.

— Егор, что же мы творим, ну почему все так, почему столько сложностей, препятствий? — шепчит сквозь слезы.

— Ну всё, тише-тише, маленькая моя, все уже в прошлом, все будет хорошо, — пытаясь успокоить глажу её по спине, прижавшись губами к голове. А у самого в мыслях проносятся отголоски перижитого.

Егор (воспоминания)

Гостиная Артёма, я наполовину обращен в волка и в бешенстве все громлю.

— Что происходит, — перепугано кричит Альбина.

— Выйди от сюда и закройся в комнате, — жёстко отвечает Артём и она мгновенно повинуется. Я все громлю и ничего, и никого не слышу, во мне бушует злость. Я хочу все уничтожить. Я хочу уничтожить Илью.

— Убью эту белобрысую тварь, — ору нечеловеческим басом. — А эта тоже хороша, истинная пара мать вашу! Да пошла нахер! Я ей все, а она что, при первой возможности свалила! Уехала с этим уродом — и очередной приступ гнева вымещается на новеньком шкафе, который разлетается в щепки.

— Егор, успокойся, возьми себя в руки! — пытается образумить меня брат, он знает, что единственный, кто сможет меня удержать на месте и не позволит выйти из помещения, чтоб не натворить ещё больше дел.

— Успокоиться? — переспрашиваю смеясь.

— Да я еще спокоен братишка, — очередной волчий рёв и под мою руку попадает домашний кинотеатр.

— Артём пропусти меня! — стараясь совладать с гневом и сказать более спокойно, чтоб он поверил, что эмоции возвращаются под мой контроль. Но Артём слишком хорошо меня знает и не видеться на такую уловку. У меня окончательно сносит крышу от злости и ревности и я обращаюсь полностью в волка и делаю рывок к выходу. Но меня сразу перехватывает брат, который мгновенно среагировав тут же обращается.

Мы сцепляемся с ним в схватке. Но я слишком зол и от этого делаю много ошибок. И вот уже волк Артёма нависает надо мной прижав горло лапой. Постепенно я начинаю успокаиваться и ко мне возвращается здравый смысл.

Именно после этого срыва я принимаю решение, что больше не хочу ничего слышать о Ксюше. Хватит с меня любви.

Егор (настоящие время)

Воспоминания всплывают в моем сознании и тут же растворяются, уходя в забвение. Все кажется уже таким неважным. Есть только мы здесь и сейчас и наш маленький ангелочек, а остальное не имеет значение. Время словно остановилось и я стараюсь не дышать, чтоб не разрушить этот момент, который навечно отпечатается в моей памяти.

Как мало надо, чтоб что-то разрушить и как много нужно сделать и пережить, чтоб хоть чу-чуть это восстановить. Мы стоим так какое-то время, пока Ксюша окончательно не успокаивается. Отстранившись, она вытирает слезы и шепчет.

— Может останешься? — внутри столько противоречий, но я решаю, что не хочу слушать свой внутренний голос, что правильно, а что нет, поэтому молча киваю в знак согласия.

Она тихонько стелет мне постель и уходит спать к дочке. Я долго лежу и не могу уснуть, вновь воспоминания словно лавина накрывают меня с головой.

28

Егор

От эмоционального напряжения и усталости я все-таки провалился в сон.

Утро. Такое долгожданное утро. Я слышу в соседней комнате, как Ксюша разговаривает с только что проснувшейся дочкой.

— Так, моя лисичка, нужно одеваться, идти чистить зубки и умываться, — ласково говорит Ксюша.

— А игляться когда будем? — интересуется нежный детский голосок.

— Вот, умоемся, позавтракаем, а там можно будет и поиграться. Кстати, у меня для тебя есть сюрприз.

— Сюльплиз? — в восторге пищит малышка. — Какой? — интересуется с любопытством.

— Помнишь я рассказывала, что папа супергерой и ему нужно спасать людей, поэтому он никак к нам не мог прийти? Так вот, сегодня он здесь, папа отложил все дела, чтоб наконец-то встретиться с тобой, — Ксюша ласково подготавливает дочку к нашей встрече.

Значит я супер-герой, приятно, что я всегда был жив для моего ангелочка и она думает, что я крутой.

— Уляяя, папа тут, — слышу радостный визг, топот маленьких ножек, а далее открывается дверь.

Моё сердце сжалось в груди, ведь прямо здесь и сейчас на меня смотрит маленькое, взъерошенное чудо с огромными голуби глазками. Какое-то время она стоит не двигаясь, будто изучает меня, я тоже встал с кровати и замер на месте. Затаив дыхания, смотрю на неё, будто чего-то жду. Дочка хитро улыбается и поворачивает голову к маме, которая стоит за спиной, увидев одобрительный кивок, она бросается ко мне навстречу. Присев на колени я ловлю в объятиях моего ангелочка и крепко обнимаю.

— Моя доченька, какая же ты уже большая, — обнимаю её, а у самого слезы застыли в глазах.

— Евочка, — Ксюша тихонько подсказывает имя дочери.

— Евочка, а я тебе игрушки привёз, — отстранившись, Ева с горящими глазами посмотрела на меня в ожидании обещанного подарка. Когда я достал купленные мной игрушки, то доченька с восторгом их приняла и сразу побежала играться. Ксюша еле смогла её уговорить пойти умыться и позавтракать, и пообещала, что после она будет играть сколько захочет.

Дальше для меня день пролетел незаметно. Мы с Евой очень много играли, смеялись. Я был безумно счастлив. Мне казалось, что на меня свалилось все счастье мира. Как же это прекрасно быть папой.

Наступил вечер и мы решили оставить доченьку у Ксюшеных родителей, а сами поехать в какой-нибудь ресторан, посидеть и спокойно обсудить как дальше сосуществовать.

Выбор пал на тот самый ресторан с терассой где мы как раз встретились по работе первый раз после такого перерыва. Там было как раз много свободных столиков.

Расположившись за одним из столиков мы начали изучать меню. Но о еде в данный момент мне хотелось думать меньше всего. Я понимал, что больше никуда не отпущу моих девочек, но в то же время давить на Ксюшу тоже боялся, мне казалось, что нужно взять ситуацию в свои руки, но при этом не ограничивать свободу. Сделав заказ мы начали наш разговор.