Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ) - Юрин Денис Юрьевич - Страница 350

Поймав себя на крамольных мыслях, Дарк испугался и решил открыть глаза. Последние часы жизни поколебали твердь устоявшихся веками принципов. Собратья по Клану неожиданно превратились во врагов, а кровососы стали казаться моррону не такими уж и омерзительными существами. Конечно, подобные метаморфозы сознания происходили и раньше, но никогда и ни при каких обстоятельствах внутренние противоречия Легиона не приводили к открытым конфликтам. Моррон не шел на моррона с оружием в руках и не убивал ради денег. Кризис назрел, как прыщ на носу подростка, и вот-вот должен был прорваться. Как ни прискорбно было Дарку признать, а Одиннадцатого Легиона больше не существовало, он превратился в абстрактное, расплывчатое нечто, о чем говорят на каждом углу, но чего фактически не существует, в такой же эфемерный образ, как добродетель. «Хотя нет, какой же я все-таки дурак, – осенила Аламеза иная, жизнеутверждающая мысль. – Легион был, есть и будет! Это мечта, это легенда, это образ жизни и трезвый взгляд на мир. Распался не Легион, а Клан морронов, его приземленное, утрированное воплощение, результат неудачной попытки воплотить мечту в жизнь».

– Ну, вроде бы все. – Миранда отложила в сторону тряпку и хотела встать с колен, но Дарк удержал ее за руку.

– Спасибо, – прошептал моррон, глядя девушке в глаза. – Вот ты и спасла мне жизнь, теперь мы точно квиты.

– Давай уточним. – Миранда резко отдернула руку и состроила серьезную физиономию, типичную для налоговых инспекторов и строгих учительниц. – Я тебя не спасала, только вытащила из дома и привела в чувство. Конечно, за это «спасибо» не полагается, так, мелочовка какая-то! – обиделась девушка, не совсем верно истолковав смысл сказанных слов.

– Хватит дуться, ты же знаешь, что я действительно тебе благодарен, – примирительно произнес Дарк и, приподнявшись на локтях, осмотрелся вокруг.

Он лежал посреди улицы в двадцати метрах от восьмиэтажного здания. Было зловеще тихо: ни выстрелов, ни ставших привычными звуков далеких разрывов.

– Постой, а ты вообще зачем вернулась? – спросил Дарк, не допуская даже теоретически, что вампир не захотел оставить товарища, с которым вместе попал в беду.

– По глупости, и хватит об этом! – огрызнулась Миранда и, поднявшись, стала поправлять растрепанные волосы в надежде создать в походно-боевых условиях хоть какое-то подобие прически. – Кто тебя спас, не знаю, но как выглядел, подскажу. Я как раз к зданию подходила, когда он убегал, странный такой, – хмыкнула Миранда, наконец-то умудрившись собрать непослушные волосы в пучок.

– Почему странный? – удивился Дарк.

– Потому что один из ваших, из морронов, а вел себя так, как будто ему до заварушки этой вовсе дела нет. Мы в дверях столкнулись, он на меня налетел, с ног сбил, пробурчал себе что-то под нос и дальше побежал, – ответила Миранда.

– Выглядел как? – спросил Дарк, ожидая услышать описание Конта.

– Пожилой, высокий, крепкий в плечах, загорелый, как эфиол, седой и с огромными усищами.

– Не может быть! Ты ничего не путаешь?! – вдруг выкрикнул Дарк и, позабыв о ранениях, вскочил с мостовой.

– А как тут напутаешь? – насторожилась Миранда. – Что-то не так? Ты его знаешь?

– Кажется, да, – растерянно прошептал Дарк. – Во всем Легионе есть только трое подходящих под твое описание. Один сейчас в «бездне», второго из своего поместья даже на заседания Совета не вытащить, а третий…

– Что третий? – настороженно переспросила Миранда, чувствуя, что Дарк сильно взволнован.

– Ничего, просто он лет тридцать назад бесследно исчез.

Описание загадочного спасителя сильно напоминало Дарку портрет Анри Фламера, ворчливого старика, с которым он когда-то давно служил в имперской армии, первого моррона, встретившегося ему после воскрешения и, словно заботливый отец, опекавшего его на первых порах. Размышления о том, как здесь мог оказаться Анри и что его могло связывать с отребьем вроде Бартоло Мала, были совершенно неделикатно прерваны сильным тычком в бок.

– Дарк, уходим! – Миранда схватила задумавшегося моррона под руку и потащила за собой к руинам трехэтажного дома.

Аламез тут же пришел в себя и мгновенно понял, в чем было дело, но бежать оказалось уже поздно. Их окружила со всех сторон довольно большая стая вампиров. Трое незаметно приблизились со стороны здания, четверо вышли с боковой улицы, еще двое обошли парочку с фланга и отрезали путь к отступлению. Бежать можно было только в сторону сферы – пятнадцать метров открытого пространства до ближайшего дома, а у каждого кровососа в руках было оружие. Попытка спастись бегством окончилась бы так же плохо, как и наивная затея завязать перестрелку.

Дарк знал троих из девяти врагов – отпетые негодяи, укрывшиеся в полесском подземелье от гнева сородичей. Ложа уже давно назначила за их головы награды и даже обращалась к Легиону с просьбой оказать содействие в поимке опасных преступников. Один был неуравновешенным, вспыльчивым психопатом, убивавшим одинаково легко как людей, так и вампиров; другой – работорговцем; третий – одержим безумной идеей тотальной вампиризации мирового сообщества. Аламез не сомневался, что и у шестерых их дружков имелся богатый послужной список. Это были подонки, с которыми не договориться. Карста можно было упрекнуть во многом, но только не в глупости, он не доверял своим деловым партнерам и поэтому поселил у стен сферы отменный сброд, хорошо позаботился об охране «холодильника».

– Так, так, так, что мы тут имеем? – пакостно улыбаясь щербатым ртом, прогнусавил долговязый вампир. – Одна из любимых куколок Самбины, а с нею… глазам, ребята, не верю… с нею моррон! – кривлялся кровосос, видимо считая себя неотразимым в роли паяца.

Стая сходилась полукругом. Если бы Дарк не то чтобы вскинул автомат, а только пошевелил пальцем, его с Мирандой мгновенно изрешетили бы. Аламез хотел было открыть рот, вступить в словесную перепалку, чтобы немного потянуть время, но инициативу перехватила Миранда:

– Пошли отсюда, Дарк, здесь, видимо, традиционное место сборищ подземных придурков.

– Попридержи язык, клановая… – угрожающе проревел толстый волосатый верзила, но договорить не успел.

– Заткнись! И вы, придурки, пыл поумерьте! – скомандовала Миранда, подбоченясь и приняв типичную для рассерженных женщин всех темпераментов и возрастов боевую стойку буквой Ф. – О чем вы думаете, болваны, кому угрожаете?! Ситор мертв, я собственными глазами видела, как его отряд попал в засаду на центральной площади. Героями себя почувствовали, да, крысы подземные?! А о потерях вы подумали, а что делать будете, когда следующий отряд нагрянет? Или вы надеетесь отсидеться под куполом?!

По лицам опьяненных победой вампиров пробежала тень раздумья. Миранда продолжала развивать достигнутый успех, рисуя неприглядные картинки ожидавшего полесских вампиров будущего. Эйфория победы стала потихоньку исчезать из отупевших от безвылазного сидения под землей голов.

– Единственный ваш шанс выжить – раскаяться и снова примкнуть к вашим кланам, и только я могу уговорить Лордов принять вас обратно, – закончила пламенную речь спасавшая свою жизнь вампирица.

Возможно, уговорить кровососов и удалось бы, но в стаде всегда найдется паршивая овца, склоняющая других к анархии, разгульному пьянству с блудом и преступному образу жизни.

– Жано, ты хочешь обратно в Клан? – с насмешкой спросил щербатый парень. – Что ты там делал, я уж подзабыл: то ли ленивой хозяйке корм добывал, то ли от дохлой человечины избавлялся, когда ее свита перепивала?

Волосатый толстяк потупился и по-детски обиженно оттопырил нижнюю губу. Воспоминания о прошлой жизни в роли слуги были ему неприятны.

– А ты, Фредериус? – обратился к следующему щербатый, по-видимому заводила шайки. – Примут ли тебя обратно Лорд и его казначей, у которых ты перед побегом прихватил половину сокровищницы? Нет, ребята, вы как хотите, а я обратно под господский сапог не пойду!

Дарк понял, что они пропали. С той поры, о которой рассказывал Конт, жизнь человечества во многом изменилась. Рабство и господский произвол навеки ушли в прошлое, но система отношений в вампирских кланах оставалась устаревшей и консервативной. Когда-то люди становились вампирами, чтоб получить хоть маленькую частичку свободы, теперь же «дети ночи» бежали из кланов, не в силах выносить бремя многовековых традиций и закоснелых догм.