Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ) - Юрин Денис Юрьевич - Страница 398

Наблюдавшие из укрытия за развитием событий воры так и не поняли, что произошло. Со стороны балкона взмыла тень и обрушилась на солдат. В свете факелов что-то сверкнуло. «Меч, одноручный меч, острый и очень легкий», – догадалась Флейта, завороженно наблюдая за битвой в полумраке. У гвардейцев были потери. Один из солдат упал, сжимая разрубленную скользящим ударом шею. Однако группа выдержала неожиданный натиск и заставила преступника отступить, снова скрыться во мраке.

– Держим строй, ребята, плотнее, плотнее! – кричал сержант, подбадривая солдат. – Еще минутку, нам всего лишь одну минутку продержаться! Ближе друг к другу, не нападать, только обороняться!

Второй атаки не последовало, к прикрывавшим вход подоспела подмога.

– Что тут у вас, Корс?! – спросил подбежавший капитан, не сводя глаз с уже мертвого, но еще истекавшего кровью тела.

– Оно, то есть он… да, я уверен, это был мужчина… попытался прорваться к выходу, – сбивчиво объяснял сержант, у которого остались о короткой схватке весьма расплывчатые воспоминания. – Он прыгнул на нас с балкона. Это было так неожиданно…

– Понял, – перебил капитан, в общих чертах получивший представление о происшедшем. – Двадцать человек у входа, остальные за мной! Зажгите больше факелов, книги не трогать. Узнаю, что хоть один том сгорел, вздерну поганцев, каждого пятого вздерну!

Видимо, солдаты уважали и боялись своего командира. По крайней мере его приказы выполнялись молниеносно, а угрозы воспринимались всерьез. Еще шестнадцать солдат заняли позицию возле лестницы и платформы сломанного лифта, а остальные разбились на четыре равные группы, во главе каждой из которых встало по сержанту. На этот раз капитан тоже решил остаться у входа, видимо, посчитав, что преступнику все равно удастся проскользнуть мимо разделенных завалами книг поисковых групп.

Вторая попытка обыска зала должна была вот-вот начаться. Капитан уже открыл рот, собираясь отдать приказ о начале движения, но в этот момент сверху донесся шум. На винтовой лестнице снова застучали кованые сапоги и загромыхали Доспехи. Вниз спускался не один, не два человека, не группа, а судя по шуму, целый отряд. Ситуация мгновенно изменилась, а вместе с ней и планы, и диспозиция. Отряд имперской гвардии объединился и занял круговую оборону на маленьком пятачке между лестницей и хранилищем книг.

– Еще лучше, – проворчал Артур, убрав метательные ножи и Достав из-за пояса кинжалы, – мало гвардейцев всех мастей, теперь еще головорезы Корвия табуном пожаловали. Просто парад всех родов войск какой-то!

Напарник Флейты ошибся, появившиеся люди были одеты в красно-черную форму имперской разведки и к армии никакого отношения не имели, однако это не делало их менее воинственными и более дружелюбными.

– Кто такие, что вам здесь надо?! – выкрикнул усатый мужчина в кольчуге, сверкая сталью меча и гладковыбритыми щеками.

– Заткни пасть, деревенщина! – выкрикнул капитан гвардии и, выйдя перед строем своих солдат, демонстративно вложил меч в ножны, показывая тем самым, что не воспринимает ищеек Корвия всерьез. – Я командир отряда и буду говорить лишь с твоим командиром. Позови его, пес!

Старший разведчиков сдержался, хотя далось ему это с трудом. Отсутствие на форме имперской разведки эполет, нашивок и прочих знаков различия чрезвычайно затрудняло общение для непосвященных лиц. Трудно было понять, с кем же ты имеешь дело: с командиром или с обычным солдатом. Флейте показалось, что гвардеец ошибся и нагрубил равному себе и по званию, и по родовому достоинству, но в результате оказалось, что молодой капитан прав.

– Браво, граф, наконец-то вы захотели общаться со мной, а не с лошадьми, – раздался из-за спины слуг Корвия красивый женский голос, полный язвительности и холодного пренебрежения.

Разведчики расступились, пропуская вперед женщину в плаще. Легким движением руки дама откинула капюшон и глазам присутствующих предстала молодая, определенно красивая, но явно переборщившая с пудрой и румянами дама.

– Баронесса, вы? – растерялся и, кажется, оробел капитан.

– Да, граф, именно я, не ожидали увидеть?

– Честно признаться, здесь и сейчас мне бы хотелось встретить кого-нибудь другого.

– Вы правы, Гилион, и я не ожидала… Вам не кажется, граф, что в последнее время мы видимся при очень загадочных, я бы даже сказала, таинственных обстоятельствах: что тогда, что теперь…

Голос женщины казался нарочито официальным, но что-то подсказало Флейте, что особа благородных кровей затаила на графа обиду, в основе которой лежала не злость, не ненависть, а хорошо скрываемая симпатия.

– Не вижу ничего загадочного, госпожа Лиор, ни тогда, ни сейчас!

– Вот как? А что же тогда, позвольте узнать, делает обычный служащий Казначейства в Имперской Библиотеке, да еще в зале, куда может ходить лишь сам Император и члены высочайшего семейства? Неужели такая тяга к знаниям обуяла, господин граф? А почему только с солдатами, где вы оставили любимых вами лошадок?

– Хватит соревноваться в остроумии, баронесса. Вам прекрасно известно, почему мой отряд здесь, да и ваша банда прибыла сюда за тем же. – Граф Гилион продолжал говорить, несмотря на волну недовольства, прокатившуюся по рядам сотрудников доблестной имперской разведки. – Мы можем устроить склоку, но у меня больше солдат, вы проиграете. Вместо того чтобы тратить время на бессмысленные пререкания и прочие пустяки, предлагаю вместе обыскать зал и поймать преступника.

– Согласна, если вы отдадите мерзавца нам, – ответила баронесса, прекрасно знавшая, что оппонент не может принять таких условий. – В конце концов ловить бертокских шпионов не дело солдат Казначейства. Думаю, ваш хозяин, сиятельный герцог Лоранто, поймет и оценит ваше благоразумие. Вы не успели, граф, поймать его до нас, уступите же место профессионалам!

– Вам слишком мало известно о ратном деле. Наверное, именно поэтому вы считаете профессионалами это пугливое стадо разряженных фанфаронов, умеющих только пытать да строчить доносы, – ответил граф, окинув презрительным взглядом пылавшие от гнева лица разведчиков. – О том же, кто таков преступник, мне ничего не известно: может, бертокский агент, а может, продажный чиновник, решившийся выкрасть ценные экземпляры книг и продать их иноземным купцам. Мы вовремя узнали о нападении на Библиотеку и пришли на помощь нашим товарищам гвардейцам из роты охраны. Согласитесь, охранять имущество Императора входит в круг наших обязанностей. Официального разрешения на пребывание под этими мрачными сводами мы запросить не успели, но его нет и у вас, или я не прав?! Конечно, господину Корвию позволено совать любопытный нос в чужие дела, но он не хозяин в стране. Мы прибыли сюда первыми, настоятельно прошу удалиться!

– Означает ли ваша пламенная речь отказ подчиниться моему приказу? – задала встречный вопрос баронесса, поджав тонкие губки.

– К счастью, вы не моя супруга, чтобы беспрекословно потакать вашим прихотям, – ответил капитан и нарочито галантно поклонился. – Пока не поздно, покиньте зал, баронесса, иначе вам долго придется объяснять господину Корвию, при каких обстоятельствах погибли его люди.

Слова командира стали для солдат сигналом к действию. Они плотнее сжали ряды и достали со спин маленькие кавалерийские шиты, приготовились к бою и ждали только приказа. Атмосфера накалилась, непримиримые разногласия между слугами враждовавших вельмож могли привести к кровопролитию. Желание поймать преступника, покусившегося на святая святых, имущество Императора, а также взаимная симпатия отошли на второй план, уступив место более серьезным вещам, то есть дворцовым интригам.

– Мне искренне жаль, Гилион. С вами было приятно общаться, – произнесла баронесса и легким взмахом руки дала сигнал к атаке.

Два десятка людей в красно-черном наконец-то получили возможность поквитаться с гвардейцами за многочисленные оскорбления, за то, что армейская братия всегда высмеивала их и не воспринимала всерьез, за то, что их не боялись, за колкости, шуточки, расточаемые по кабакам, за презрительные ухмылки и прочие издевательства, которые им, настоящим солдатам, знавшим, что такое дисциплина, приходилось молча сносить, увертываясь от плевков, вместо того чтобы дать сдачи. Теперь настала пора смыть старые обиды кровью. Злой пес сорвался с цепи, и его было уже не остановить, не оттащить от окровавленного горла жертвы.