Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малинин Евгений Николаевич - Страница 1013

Ратмир шагал сквозь рыночную толкотню и ор, рассеянно глядя по сторонам и не обращая внимания на громкие, но весьма почтительные крики торговцев, старавшихся привлечь его внимание к своему товару. Наконец, миновав торговые ряды, он вышел к небольшой харчевне, притулившейся у ограды рынка. Дважды посвященный волхв толкнул легкую дверь и вошел внутрь, в тепло, пахнущее потом и стряпней.

Едва он появился на пороге, как хозяин, орудовавший у прилавка с напитками, рявкнул что-то обступившим его клиентам и в мгновение ока оказался рядом, сгибаясь в почтительном поклоне. Ратмир оглядел харчевню и кивнул в сторону столика, стоявшего около окна. Хозяин стремительно переместился к указанному столику и, пока Ратмир шествовал к указанному им месту, не только убрал двух, сидевших за столиком, торговцев, но и смел в подставленную служанкой корзину остатки их завтрака вместе с посудой и недопитым графинчиком вина. Ратмир уселся за совершенно чистый стол, на который уже водрузили белоснежную скатерть, букетик неизвестно откуда взявшихся цветов в фарфоровой вазочке и обеденный прибор из восточного фарфора.

Дважды посвященный волхв внимательно оглядел таверну и перевел взгляд на склонившегося в поклоне хозяина. Тот, словно почувствовав, что удивительный клиент обратил на него внимание, не разгибаясь, произнес:

— Чего желает отведать господин в моем недостойном ресторане?

«Ресторане?» — усмехнулся про себя волхв, а хозяин продолжал:

— Осмелюсь предложить горячую лапшу с индейкой «Лютец» под соусом пикан и маринованными овощами! А вино господин может выбрать сам!

На стол перед Ратмиром легла узкая полоска темного пергамента, на котором витиеватым почерком был написан перечень имеющихся в харчевне вин.

Волхв помолчал, а затем медленно, чуть растягивая слова, произнес:

— Я хочу, чтобы за двумя ближайшими столиками никого не было… — Хозяин склонился еще ниже, показывая, что понял желание дважды посвященного. — К лапше и индейке подашь белое сабинское трехлетнее… И не забудь, что вино должно быть подано в грубой керамике!

— Прикажете выполнять, господин?! — быстрой скороговоркой пробормотал хозяин.

— Выполняй! — разрешил волхв, и хозяин мгновенно исчез.

Спустя минуту на столе Ратмира красовался пузатый, ручной лепки кувшин, прикрытый крышкой в форме шутовского колпака, большая глиняная миска, до краев наполненная густым, темным соусом, в котором плавали большие куски индейки, и три плоские тарелки с разложенными на них маринованными овощами. А еще через пару минут к столу подошла высокая дородная извергиня с сияющим медным котелком в руках, из-под крышки которого выбивался пар. Поставив котелок на стол, извергиня сняла с него крышку и большой глубокой шумовкой на длинной ручке принялась доставать лапшу и укладывать ее на тарелку, стоящую перед Ратмиром. Когда она вывалила на тарелку третью шумовку, Ратмир коротко приказал:

— Хватит!

Извергиня отложила шумовку и взяла широкую ложку, но Ратмир снова, тем же спокойным тоном произнес:

— Не надо! Свободна!

Извергиня положила на стол ложку, отошла от стола шага на три и остановилась, сложив руки на животе.

Ратмир взял ложку, полил дымящуюся лапшу соусом, затем выудил из мисы пару кусков индюшатины, уложил их поверх лапши, сам налил в высокий, вырезанный из восточного хрусталя бокал вина и принялся есть, ловко орудуя костяной двузубой вилкой и коротким, с закругленным лезвием ножом.

Всем окружающим казалось, что дважды посвященный волхв, столь неожиданно появившийся в рыночной харчевне, полностью занят своим завтраком и не обращает никакого внимания на окружающих. Постепенно напряженность, охватившая посетителей при появлении столь высокой особы в облюбованной ими харчевне, спала, народ расслабился, разговоры, совсем было стихшие, возобновились, и в теплом, пахучем воздухе снова возник ровный, добродушный гул.

А между тем волхв, вроде бы не отводивший взгляда от своей тарелки, внимательно наблюдал за окружающими его людьми, выбирая объект для своего эксперимента!

За его спиной, через стол, расположились три купца, похоже, с юга. Черные как смоль волосы и резкий, гортанный говор выдавали в них выходцев с восточных берегов внутреннего моря. Видимо, они приехали в Лютец не в первый раз — вели себя свободно, уверенно. За ними сидели двое извергов-крестьян из недалекого села. Их происхождение выдавали светлые короткие стрижки, темно-серые куртки, штаны и короткие сапоги на толстой подошве — все крестьяне в округе одевались именно таким образом. Эти двое держались скованнее всех остальных, не в силах, видимо, привыкнуть к соседству дважды посвященного волхва. И действительно, не прошло и десяти минут, как эта парочка, спешно закончив завтрак, покинула харчевню.

Ратмир медленно, осторожно переключал свое внимание с одного посетителя харчевни на другого, пока наконец не дошел до троицы, устроившейся в дальнем, самом темном углу, спиной ко всем остальным. Могло показаться, что они заняты исключительно поглощением нехитрой снеди, поставленной на их стол, однако Ратмир видел, что они вели очень важный разговор!

— …Ты же прошел посвящение… — едва слышно говорил сидевший слева мужчина, закутанный в теплый шерстяной плащ темно-коричневого цвета, какие любили купцы с берега западного моря, — значит, тебе и идти в университет! Если туда сунемся мы с Кригой, нас сразу же повяжут — что могут делать в университете простой кабан и тем более изверг?!

Совсем еще молодой, светловолосый парень с непокрытой головой, одетый в легкую темную хламиду — совсем новую, выдававшую недавнее посвящение своего владельца, нервно дернул щекой, с усилием проглотил недожеванный кусок, обежал взглядом зал таверны и заговорил едва слышно:

— А что делать там волхву, закончившему обучение и прошедшему посвящение? Разве что получить очень неприятный вопрос: что ты делаешь в университете? Я вам рассказал, где и чем можно поживиться, а теперь вы мне предлагаете самому сделать все остальное? Тогда за что вы взяли плату?

— За то, что поможем тебе сбыть все, что ты принесешь! — невнятно промычал третий — полный оборванец, из-под драной куртки которого торчали обшарпанные ножны короткого широкого ножа.

— Тогда я найду других, — чуть повысил голос молодой парень, — а вы вернете мне задаток, который я вам дал!

— Не ори! — глухо окоротил его «купец». — И никого ты больше не найдешь, весь Лютец знает, что ты в нашей… «компании», а потому никто с тобой связываться не будет.

— А если станешь артачиться, — снова невнятно пробормотал оборванец, не поднимая головы от своей мисы, — всплывешь посреди Сеньи… кверху брюхом!

— Ты, кажется, мне угрожаешь? — ощерил зубы светловолосый. — Ты смеешь угрожать посвященному?

— А что ты мне сделаешь? — поднял голову от мисы оборванец. — Ну, что? Отдашь приставу? Ну так я первым делом расскажу, как ты меня подбивал в университете пошуровать, а я отказывался! Тебя на Стол Истины положат, и ты сам подтвердишь, что я говорю правду! И кто тогда под обломок попадет?

Светловолосый перевел злой, растерянный взгляд с одного собеседника на другого, но достойного ответа на слова оборванца не нашел.

— Не надо нам ссориться и угрожать друг другу… — миролюбивым тоном проговорил «купец». — Мы, юноша, подберем для тебя инструменты и научим, как ими пользоваться, а когда ты принесешь товар, поможем тебе его сбыть! И все будут довольны…

Светловолосый волхв снова склонился над своей мисой и начал быстро выхлебывать ее содержимое. Его «друзья» многозначительно переглянулись и тоже вернулись к еде.

Ратмир понял, что эта троица прекрасно подходит для его целей. Он положил вилку, прихлебнул из бокала, аккуратно вытер губы салфеткой и достал из кармана кошелек. Выудив из него две монеты, он положил их на стол, а затем, взглянув на стоявшую неподалеку извергиню, негромко произнес:

— Позови хозяина…

Служанка молча развернулась и ушла на кухню, а через несколько секунд у стола дважды посвященного материализовался хозяин харчевни. Согнувшись в поклоне, он испуганно пролепетал: