Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малинин Евгений Николаевич - Страница 1071

— У меня нет доказательств… Их ни у кого нет. Но в народе ходит слух, что мастер Клапп живет… и хорошо живет… тем, что заманивает молодых извергов из чужих стай, которые оказываются по каким-либо делам или без дела в землях западных вепрей, и отдает их вожаку нашей стаи… за монеты. Никто не знает, зачем вожаку эти изверги и что он с ними делает, но только известно, что почти все они… пропадают. Только некоторых из них видели в замке, но они, похоже, не помнят себя и… служат новому хозяину, как… собаки! Я знал людей, которые видели таких извергов в замке нашего вожака…

— Почему — знал? — быстро переспросил Вотша.

— Потому что те, кто рассказывал о таких случаях… те, кто вообще заводил разговор о мастере Клаппе, долго не живут и уходят из Мира в муках! Ты ко мне отнесся очень хорошо, мне не хотелось, чтобы ты попал к этому… старику, но и умирать мне тоже не хотелось! Я думал предостеречь тебя, не заводя разговора о мастере Клаппе, но вот… не получилось.

Тут он снова посмотрел на Вотшу и спросил:

— Но теперь-то ты не пойдешь в эту таверну?!

Вотша вздохнул и положил руку на плечо Житырю.

— Не могу… — задумчиво произнес он после минутного раздумья, и Житырь вздрогнул от этих простых слов. Он хотел что-то сказать, но Вотша перебил его:

— Я уже взял аванс за свою работу — монету вольного города Ласта. И потом, ты же сам говоришь, что никаких доказательств против мастера Клаппа у тебя нет!

— Ты мне не поверил!.. — пробормотал Житырь, и в его голосе прозвучало тяжелое отчаяние.

— Нет, я тебе поверил, — возразил Вотша. — Но вероятность того, что ты ошибаешься, тоже есть, и в этом случае, если я не приду, как назначено, я стану непорядочным человеком, ведь аванс-то я взял!

— Подумаешь, одна монета! — воскликнул Житырь, но Вотша покачал головой:

— Дело не в монете, дело в моем слове, которое я дал мастеру Клаппу!

— Значит, ты пойдешь? — еще раз переспросил Житырь.

Вотша кивнул, и тогда Житырь вдруг заявил:

— Тогда я пойду вместе с тобой!

— Зачем? — удивился Вотша.

— Может, я смогу тебе чем-то помочь.

В голосе Житыря не было большой уверенности, так что Вотша, взглянув на своего товарища, поинтересовался:

— А не боишься?

Житырь опустил глаза и вздохнул:

— Я столько наговорил, что бояться мне теперь нечего!

— Тогда пойдем посмотрим, что это за таверна, как выглядит, где располагается.

Место нахождения таверны «Золотое яйцо» они выяснили у первого же прохожего, остановленного на улице, и уже через десять минут стояли у невысокого двухэтажного здания на темной кривой улочке, полого спускавшейся к реке. По всей видимости, таверна еще не работала — окна первого этажа были прикрыты ставнями, и только во втором этаже поблескивали стекла двух открытых окон.

Улочка была узкой, с двух сторон огороженной высокими заборами, за которыми бегали, погромыхивая цепями, странно молчаливые собаки. Дома стояли в глубине огороженных участков, и только таверна выходила своим темным, некрашеным фасадом прямо на улицу. Участок, на котором располагалась таверна, в отличие от всех остальных, был не огорожен, замусорен и зарос высокой сорной травой. Фонарей на улице не было, так что к окончанию часа Волка на ней должна была царствовать кромешная тьма.

Пареньки осторожно обошли таверну и убедились, что позади здания тоже нет забора, зато там стояли два старых дощатых сарая, в одном из которых когда-то располагалась конюшня, а в другом, по всей видимости, хранились припасы. Во всяком случае, на его дверях висел здоровенный замок. За сараями вставали заросли кустов, продраться сквозь которые вряд ли было возможно!

Вотша, внимательно все осмотрев, вернулся на улицу и негромко проговорил:

— Постой здесь, а я загляну внутрь…

Житырь бросил на Вотшу встревоженный взгляд, но ничего не ответил, только молча кивнул.

Вотша взошел на крыльцо таверны и толкнул высокую облезлую дверь. Звякнул звонок, извержонок перешагнул порог и оказался в большом полутемном зале, уставленном тяжелыми столами, вокруг которых были расставлены такие же тяжелые, грубо сколоченные табуреты. У противоположной стены, за узким длинным столом, на котором мерцала одинокая свеча, сидел здоровенный изверг и что-то записывал в большую толстую книгу. Подняв голову на надтреснутый звяк колокольчика, он, не дожидаясь вопросов от вошедшего, грубо заорал:

— Ну, кто там приперся?! Не видишь, что мы еще закрыты!!!

— Я не буду отрывать тебя от твоих занятий! — в тон ему рявкнул Вотша. — Мне надо только уточнить — здесь сегодня вечером мастер Клапп собирает своих друзей?!

— А кто тебе это сказал?!

— Он сам и сказал!

Изверг хмыкнул и прорычал:

— Ну, раз он сам сказал, значит, собираются!

— И что, они будут сидеть в этом зале? — задал Вотша новый вопрос.

И тут изверг буквально взревел:

— Да какое тебе дело до того, где они будут сидеть?!

Однако Вотшу этот рев не смутил. Сделав шаг вперед, он ответил:

— Дело серьезное! Я — сказитель, и мастер Клапп нанял меня сегодня развлекать его гостей! Я хотел бы посмотреть, в каком помещении мне придется работать?!

Изверг встал из-за стола, поднял над головой свечу и вгляделся в полумрак зала, видимо, стараясь рассмотреть Вотшу. Однако это ему не удалось. Тогда он вышел из-за стола и направился в сторону входной двери, бормоча чуть тише, чем прежде:

— Так ты — нанятый!.. Так бы сразу и сказал!.. Щас я тебе покажу, где мастер Клапп обычно… веселится!

Изверг остановился, не доходя до Вотши трех-четырех шагов, с минуту его рассматривал, а затем ухмыльнулся:

— Такой молодой и уже сказитель?! Ну, пойдем, сказитель, покажу тебе, где ты нынче сказывать будешь!

Изверг повернулся и двинулся между столами вправо к скрывающейся в полумраке стене.

Когда они подошли ближе, Вотша разглядел, что в боковой стене зала имеется четыре двери, и именно к одной из них, крайней справа, направлялся изверг. Подойдя к выбранной двери, он оглянулся, словно проверяя, следует ли Вотша за ним, а затем распахнул ее и перенес через порог руку со свечой, предлагая Вотше заглянуть внутрь.

Вотша заглянул.

Комната была невелика, рассчитана, видимо, не больше чем на четырех человек. Посредине стоял стол прямоугольной формы, в углу, рядом с дверью, еще один маленький столик. Больше мебели в комнате не было. В стене напротив двери располагалось окно, забранное прочной решеткой и прикрытое снаружи ставнем. Потолок комнаты лежал на двух пересекающихся балках, и в месте их пересечения был ввернут крюк… А вот лампы на нем не было.

Вотша, одним взглядом окинув комнату, недовольно проворчал:

— Я думал, будет большая компания, а тут и троим-то тесно!

— А тебе не все равно, сколько человек тебя будут слушать? Главное, ты свои деньги получишь! — усмехнулся у него над ухом изверг.

Вотша бросил на его ухмыляющуюся физиономию косой взгляд и ответил сквозь зубы:

— Это тебе за твое разбавленное вино и прогорклые оладьи нужны только деньги, а мне нужны слушатели… Слушатели, которые хоть что-то понимают в сказаниях, хоть что-то чувствуют, кроме голода и сытости!

— Ладно, сказитель! — рявкнул изверг. — Все рассмотрел? Теперь приходи в назначенный час!

Вотша молча развернулся и направился к выходу, но почти на самом пороге его настиг рев хозяина таверны:

— Эй, сказитель, я тоже с удовольствием послушаю тебя! Потом.

Вотша, взявшись за дверную ручку, оглянулся. Изверг уже снова уселся на свое место за освещенным свечой столом, но не писал, а смотрел ему вслед, и на его физиономии было написано раздумье.

Выйдя за дверь, Вотша увидел, что Житырь прохаживается уже возле самого крыльца, не сводя круглых глаз с входа в таверну. Извержонок сбежал по ступеням и тихо проговорил, устремляясь прочь от крыльца таверны:

— Ты прав, Житырь, что-то здесь не так!

— Я же говорил! — горячо зашептал Житырь. — Ну, теперь ты не пойдешь туда?!