Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малинин Евгений Николаевич - Страница 468

Я дождался, когда стих топот копыт свиты Когга, отъехал поглубже в лес и развеял заклинание Полога. А затем, пустив Дымку шагом вернулся к оставшимся у кустарника всадникам. Причем ехал я понурив голову и словно бы не обращая внимания на то, что меня окружало.

Оставшиеся с собаками люди были увлечены каким-то разговором и заметили меня не сразу. Да и лошадка моя ступала совершенно неслышно. Я успел подъехать к ним шагов на двадцать, когда один из них, бросив посреди фразы рассеянный взгляд в мою сторону, вдруг замолчал и застыл в седле, раскрыв рот. Второй, удивившись столь необычному поведению своего товарища, посмотрел в направлении его взгляда и также оторопел, но его оторопь длилась недолго. Стоило мне поднять голову и взглянуть на них в упор, он тоненько взвизгнул и ударив свою кобылу каблуками сапог в живот, стремительно рванулся… прямо в кустарник! Его лошадь, понуждаемая удилами врезалась в густые заросли и в этот момент над головой всадника взметнулась уже виденная мной дубина. В следующее мгновение раздался глухой удар, всадник вылетел из седла и, ломая кусты рухнул на землю, а освободившаяся лошадь рванулась в сторону, утаскивая за собой и привязанных к седлу собак.

Грохот падения его падения привел в чувство второго псаря. Он вздрогнул всем телом, и тоже врезал своей лошади каблуками под брюхо. Однако, он не рванул, как его товарищ, в кусты, с диким криком: – Он здесь!!! – всадник направил свою лошадь прямо на меня, и проскочил мимо чуть ли не задев мою секиру. Я конечно же мог одним ударом зарубить его, но мне как-то не пришло это в голову. Не дожидаясь, пока он скроется, я двинулся в сторону кустов.

И тут на меня напали четверо оставшихся на свободе псов! Они не рассуждали, призрак я или живой человек, с каким-то утробным ворчанием, они окружили мою лошадь и… И ничего не успели сделать. Каким-то неуловимым броском Пурпурная дымка выметнула чуть в сторону и вниз свою косматую голову и… перекусила одну из собак пополам! Другой волкодав прыгнул, целясь в горло моей лошади, но в полете его встретил мой меч – я даже не сообразил, каким образом он оказался в моей руке. И тут же позади меня раздался хриплый визг. Я обернулся как раз вовремя, чтобы подставить свой длинный клинок, последней собаке, прыгнувшей на круп лошади.

Только после этого я смог оглядеться. Три из четырех псов валялись мертвыми, а четвертый дергался в траве и хрипло скулил. Судя по его распоротому брюху, Дымка достала его своей задней лапой!

Я наклонился с седла и аккуратно вытер клинок о шкуру одной из убитых собак. Затем, вложив меч в заплечные ножны, я подъехал поближе к кустам и негромко позвал:

– Эй, ребята, давайте, выбирайтесь, я попробую вывезти вас в безопасное место…

И тут же из кустов раздался насмешливый бас Кнуре:

– Слышь, Пикля, нас явился спасать сам сияющий дан Тон!.. Что скажешь, выйдем мы из кустов?!

– Нет, – отозвался писклявый Пикля, – пусть лучше он к нам лезет… Тут я его и… приласкаю!

Я, признаться, рассердился:

– Вылезайте, дураки, ваш рыжий друг Когг, может вернуться в любую минуту и тогда вашим шкурам точно несдобровать!..

– Ага! – Пронзительно заверещал Пикля, – а если мы вылезем, то нашим шкурам, значит, сдобровать?!

– Не считай нас за идиотов, сияющий дан, мы тебя ох как хорошо знаем! – Пробасил Кнуре.

Тут я, признаюсь, несколько растерялся. Конечно, можно было бы просто уехать и оставить этих упрямцев их судьбе и дану Коггу, но тогда они точно погибли бы, а как их убедить, что я уже не такой кровожадный, каким был… совсем недавно, я не знал.

– Но вы же видели… – неуверенно произнес я, обращаясь к кустам, – я прогнал ваших сторожей и убил собак, и все-таки вы мне не верите…

– Мы видели, что тебя боятся даже люди, и что ты способен просто так зарубить даже безвредных собачек!.. – Пробасил из кустов Кнуре.

– И вообще, наших сторожей мы сами прогнали – прибавил к сказанному Пикля своим фальцетом, – Один, вон, оглоушенный валяется, а второй увидел мой все сокрушающий удар, испугался и удрал!..

– Значит, не вылезете?! – Спросил я самым рассерженным тоном, – значит будете сидеть в кустах и ждать, когда до вас доберется мощный рыжий Когг?!

– Если до нас доберется рыжий, то он нас… ну… может быть… порежет на кусочки… – раздумчиво ответил Кнуре, – а вот если до нас доберется благочестивый сияющий дан Тон, то… я даже представить себе не могу, чего он из нас… нарежет!..

И тут мне в голову пришла светлая мысль!

– А если я поклянусь, что не трону вас?! Если поклянусь… Небесной Матерью?!

Ответом мне было долгое молчание, а потом из кустов донесся изумленный бас:

– Ха!.. Да если ты поклянешься Небесной Матерью, тебя тут же на куски разорвет!!

– Ну, смотрите!.. – Воскликнул я и для вящей убедительности поднял над головой раскрытую правую ладонь, – Клянусь Небесной Матерью, ее жизнью и здоровьем, что ничем не обижу прячущихся в этих кустах гномов Кнуре и Пиклю и помогу им скрыться от мощного дана Когга!!!

И снова наступило долгое молчание, и вдруг из кустов раздался басовитый шепот:

– Ты слышал? Он Небесной Матерью поклялся!..

– И не лопнул!.. – Ответил писклявый шепот.

«Им бы стоило поторопиться… – с тревогой подумал я, – сбежавший паренек уже наверное догнал своего рыжего дана и доложил, где меня можно найти!»

В этот момент чуть в стороне от меня кусты осторожно раздвинулись, и между густыми ветками просунулась всклоченная голова Кнуре. Внимательно меня оглядев, он спросил:

– А ты точно сияющий дан Тон?..

– Точно, точно! – Торопливо подтвердил я, – вылезайте уже, а то не успеем уйти!

– А как ты нас собираешься… спасать?..

– Сядете позади меня на лошадь и скажите, куда вас отвезти.

– Тогда ты будешь знать, где нас потом искать… – заосторожничал гном.

– А вы не говорите, где живете, скажите место, в котором вы просто сможете спрятаться!

Гном с сомнением покачал головой, но именно в этот момент далеко в лесу послышался лошадиный топот. В мгновение ока оба малыша выскочили из кустов и через секунду сидели позади меня, на крупе Пурпурной Дымки. Я и охнуть не успел, как маленький кулак застучал по спине моего панциря, и свистящий шепот потребовал:

– Давай, погоняй свою лошадку!!!

– Да куда погонять-то?.. – Переспросил я, трогая Дымку.

– К Совиной скале!.. – Скомандовал басок.

– И где она находится? – Задал я новый вопрос.

Конский топот, между тем, звучал все ближе.

– Гони вот в этот просвет… – маленькая рука просунулась у меня подмышкой и махнула вперед, – а где сворачивать я скажу!

Впереди, справа от зарослей кустарника, в котором прятались гномы, действительно намечался некоторый просвет, в него я и направил свою лошадку.

Несколько минут за моей спиной царила тишина, видимо гномы прислушивались к звукам погони, а потом началось перешептывание.

– Слышь, Кнуре, странная какая-то лошадь у этого дана… Красная и… прозрачная!..

– Не красная, а пурпурная… И не прозрачная, а… призрачная.

– Прозрачная, призрачная – какая разница! Я и так-то на лошадях ездить боюсь – высоко, а тут еще и все камни под тобой видны!

– А под тобой будто не видны?! – Обиделся Кнуре.

– И подо мной видны… – согласился Пикля, – я и говорю – странная лошадь.

– У странного дана странная лошадь… – глубокомысленно заявил Кнуре, – что ж тут странного?

Они снова замолчали, а через несколько минут в бок моего панциря снова стукнул маленький кулачок.

– Ну?.. – Не оглядываясь, спросил я.

– Слушай, сияющий дан Тон, где ты такую ходкую лошадку отыскал? Смотри, и не торопится, а бежит, как бешеный единорог!..

– Где отыскал, где отыскал, – раздраженно ответил я, – сам сделал!..

За моей спиной испуганно замолкли.

Раздражение мое было вызвано тем, что просвет, на который мне указали гномы, оказался обманчивым. Деревья снова плотно сомкнулись, и мы ехали в самой дремучей чащобе, какую я только мог себе представить! Спустя несколько минут, уже я задал гномам вопрос: