Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малинин Евгений Николаевич - Страница 514

Едва слышно прошептали бледные истончившиеся губы, а вслед за этим глаза шута снова закрылись, он довольно бодро повернулся на бок, носом к стенке и… захрапел!

Я озадаченно почесал затылок и повернулся к Маре.

Та вздохнула с некоторым облегчением и едва слышно пробормотала:

– Он очень… устал.

Я понял, что даже если мне и удалось протрезвить Фрика, поднять его с постели у меня нет ни единого шанса. Да, признаться, мне этого и не хотелось делать – человек должен все-таки иметь полноценный отдых, а не какой-то там суррогат. Поэтому я взял Мару за руку, вывел в коридор и аккуратно прикрыв за собой дверь фриковой спаленки. Оглядев пустой коридор, я посмотрел девушке в глаза и негромко проговорил:

– Дитя мое, я уезжаю из города и потому заехал к вам попрощаться. Очень жаль, что мне не удалось поговорить с Фриком, я, знаешь ли, привык к нему, но, может быть это и к лучшему. Он мог снова увязаться за мной, а там, куда я направляюсь не место сумасшедшим поэтам и молоденьким девушкам.

Мара хотела что-то мне возразить, но я остановил ее жестом:

– Ты девушка разумная и, я надеюсь, сможешь устроить свою жизнь. Пригляди за этим рифмоплетом и не давай ему напиваться до такой степени…

– Куда вы уезжаете, господин сияющий дан? – Вставила-таки свой вопрос Мара.

– Я возвращаюсь в Трольи горы, но поеду туда Тропой Войны из Вольнова.

– Зачем вам надо ехать в Трольи горы?! – Испуганно воскликнула Мара.

Я улыбнулся ее испугу и коротко ответил:

– Дела…

Она только покачала головой и ничего не сказала.

– Проводи меня… – попросил я и направился к лестнице, ведущей вниз.

Оказавшись на площадке первого этажа, я вдруг услышал негромкий разговор за дверью, ведущей к конторке хозяина. Остановившись, я прислушался, а за моей спиной неслышно, словно мышка, стояла Мара.

– С какой стати вы, болваны, вдруг развернули вход в этот задрипанный переулок?! – Голос, произносивший эти слова, был совершенно непохож на писклявый голосок хозяина гостиницы, однако, я почему-то был уверен, что говорит именно он. – Сколько я вам раз говорил, что в переулок надо выпускать только особо проверенных постояльцев!!

– Хозяин, – ответил кто-то, обладавший глухим, скрипучим басом, – мы увидели богатого приезжего дана и решили, что лишний состоятельный жилец нам не помешает…

– Тем более он ехал на лошади, – добавил второй бас, звучавший гулко, словно из огромной металлической емкости.

– На кошке… – поправил добавившего первый бас.

– На лошади!.. – Упорствовал второй.

– На кошке! – Повысил тон первый, – ты же видел, какие у этой животины лапы!

– Ну кто разъезжает на кошках?! – Хмыкнул в ответ второй, – хозяин, вот ты, например, поехал бы в город на кошке?..

– А куда, собственно говоря, вы хотели поселить эту верховую кошку-лошадь?! – Поинтересовался хозяин гостиницы.

– Как куда, – удивились оба баса в один голос.

– В подвал, – уточнил первый бас, – и содрать с дана за постой его кошки…

– Лошади! – Вмешался второй бас.

– … по три серебряных зубца в сутки! – продолжил первый бас, не обращая внимание на это уточнение.

– Финансисты недоделанные!.. – Зарычал хозяин гостиницы, – теперь этот дан знает про второй вход, и что мы будем с этим делать?!!

После секундного молчания, раздался первый бас:

– Но не могли же мы не пустить в дом девчонку?..

– Ты сам приказал пускать эту девочку без задержки! – Прибавил второй бас.

– Да ладно, заткнитесь, – цыкнул на них хозяин гостиницы, – дайте подумать, что теперь делать?! Что делать, если этот свирепый дан Тон попробует обыскать гостиницу?!!

«А, – удовлетворенно подумал я, – значит все-таки этому „веселому троллю“ известна моя личность!»

– Да пусть обыскивает… – буркнул первый басок.

– Пусть обыскивает!.. – Передразнил «веселый тролль», – а что ты будешь делать когда он найдет наших гостей – гномов?!

– Задавлю… – не слишком уверенно пробурчал тот же бас.

– Ага, как же… Смотри, как бы он тебя сам не задавил!.. – Рявкнул хозяин гостиницы, и за дверью наступила тишина.

Я не стал дожидаться продолжения этих странных препирательств и толкнул дверь.

Волосатый хозяин гостиницы по-прежнему восседал на своем высоком табурете за стойкой, и когда я отворил дверь, лишь слегка повернул голову. Глазки-пуговки впились в забрало моего шлема, словно пытались проникнуть сквозь наговоренную сталь и рассмотреть выражение моего лица.

Я молча прошел мимо него, миновал стойку и подошел к входной двери. Мара следовала за мной. У двери я повернулся к девушке и ласково проговорил:

– Ну что ж, дитя мое, прощай, помни что я тебе сказал и о чем просил. Я очень хочу, чтобы ты была счастлива! А вас, господин Файр – я повернулся к восседавшему за стойкой хозяину, – вас я попрошу и дальше опекать эту девушку и моего друга-поэта. И, кстати, я не собираюсь обыскивать вашу гостиницу – у меня у самого есть друзья среди гномов!

Вот тут-то вся бравада «веселого тролля» мгновенно слетела, глаза стали похожи на пуговицы от зимнего пальто, картошечка носа странно задергалась, а через секунду раздался его потрясенный писк:

– Сияющий дан Тон имеет друзей среди гномов?!!

– Да, представь себе имеет! – С явной иронией подтвердил я, – И если среди твоих постояльцев кто-то знает Пиклю или Кнуре, пусть передают им от меня привет!

И тут же, резко сменив тон, я рявкнул:

– А теперь, пусть твои привратники развернут входные двери в сторону того поганого переулка, из которого я к тебе попал! Там осталась моя лошадь!!

– Вот видишь, я же говорил, что он приехал на лошади! – Раздался ниоткуда гулкий бас, – а ты – «кошка, кошка»!

И тут же пространство вокруг меня снова начало выворачиваться наизнанку. Я быстро прикрыл глаза, а когда, спустя пару секунд, снова их открыл, мне снова показалось, что мы с хозяином гостиницы поменялись местами. К тому же у Мары был весьма испуганный вид.

– Все в порядке, девочка, – попытался я успокоить Мару и вдруг увидел, что хозяин гостиницы… улыбается – сквозь густой волос в нижней части головы вдруг прорезались толстые раздвинутые в улыбке губищи!

– Счастливого пути, господин сияющий дан, – пропищал Файр, – и не сомневайтесь, я позабочусь о том, чтобы Мару никто не обидел.

Я осторожно потянул на себя дверь и увидел в образовавшуюся щель полумрак вонючего переулка. Еще раз посмотрев на Мару, я махнул ей рукой и вышел из гостиницы.

Пурпурная Дымка спокойно стояла у входа. Я подошел к ней и неторопливо поднялся в седло. Еще раз я оглядел каменные фигуры, поддерживающие портик здания и уже совсем собирался тронуть свою лошадь, как правая фигура смущенно кашлянула и гулким, но негромким басом произнесла:

– Счастливого пути, господин сияющий дан…

– Всего доброго… – добавила вторая фигура басом хрипловатым…

И вдруг контуры обоих каменных истуканов размылись, словно в струе горячего воздуха, следом за ними также поплыл портик и весь фасад здания, а затем смазанные каменные фигуры синхронно развернулись и потопали внутрь здания, унося на себе портик.

Широко раскрыв глаза, я с изумлением наблюдал, как каменное здание выворачивается «ко мне задом, к лесу передом», а когда перед моим взором предстала такая же облупленная задняя стена, как и ряд других стен, украшавших этот вонючий переулок, я вдруг произнес:

– Счастливо оставаться…

Пурпурная Дымка сочла мою фразу командой и немедленно припустилась своей неторопливой рысью прочь от заднего фасада гостиницы «Веселый тролль».

Минут через десять мы выехали из смрадного переулка на оживленную городскую улицу, а спустя полчаса были уже у северных ворот Мераны. Стражники у ворот, заметив меня, подтянулись и, когда я проезжал мимо, буквально «ели» меня глазами.

Но вот стены столицы начали постепенно удаляться. Пурпурная Дымка шла своей ходкой размеренной и бесшумной рысью по широкой дороге, выложенной коричневатыми каменными плитами. Народу на северной дороге было на удивление мало, хотя день был в самом разгаре – солнце подходило к зениту. Однако, возможно именно в это время людской поток на дороге спадал.