Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малинин Евгений Николаевич - Страница 655

Похоже, один только Змей не услышал этого возгласа. Стремительно бросив свою жуткую голову к самому лицу старшего лейтенанта, он свирепо прошипел:

– Ну!!! Ты все еще хочешь драться?!!

Юрик – простой русский милиционер, ничего не ответил на этот провокационный вопрос, он просто широко размахнулся и вмазал своим кувшином по левому глазу зверюги!!

Голова Змея взвилась вверх, и всю площадь потряс жуткий вопль боли, обиды и ярости!!! А в следующее мгновение Змей мощно оттолкнулся от помоста и взмыл в небо!

Как только Горыныч оказался над площадью, я, не раздумывая ни секунды, выдернул пробку из своей бутылочки и опрокинул ее над открытым ртом. Капли я не считал – для меня было главным выпить не меньше пяти. Но и много я вылакать не смог, уж очень… специфическим был вкус этого пойла. Снова заткнув горлышко бутылочки пробкой, я огляделся. Ничего не изменилось… только во рту было гадостно и жгло. Тогда я достал пару лихих орешков и, быстро разжевав их, проглотил.

В глазах немного прояснело. Я увидел, что Змей Горыныч, резко взмахивая крыльями набирает высоту. Его вытянутая вперед голова была странным образом повернута влево, что, видимо было не совсем удобно для него самого. Юрка оставался на помосте, продолжая сжимать в кулаке бронзовый кувшин, а народ на площади покинул гостевые места и притиснулся поближе к моему помосту. Только гости, сидевшие на главном помосте вели себя совершенно спокойно, словно бы ничего и не произошло.

Змей Горыныч, выметнувшись в небо метров на триста, пошел на разворот, и в этот момент…

Над площадью пронесся странный, тонкий, жалобный звук, словно лопнула первая гитарная струна. Черные точки, к кружению которых я настолько привык, что перестал их замечать, вдруг остановили свое движение и… осыпались на доски помоста дохлыми мурашами. Толпа на площади вздохнула, и все лица, словно увидев что-то совершенно невероятное, изумленно повернулись в мою сторону…

А я стоял над сбившейся внизу толпой, подняв руки вверх, и купался в чистой, бешенной, необузданной, дикой Силе, подчиняя ее себе, закручивая ее вокруг своего тела в тугой, ширящийся, упоительно могучий кокон!!!

Спустя тридцать секунд я был готов действовать!

Оглядев площадь, я первым делом выбросил вперед, в сторону Юрика, обе ладони, сцепив пальцы весьма сложным образом. По телу старшего лейтенанта прошла невидимая волна, взлохматившая его странный черный мундир, и тот, на глазах вскочивших с мест именитых гостей, превратился в иссиня-черные доспехи. Голову Юрика прикрыл привычный ему милицейский шлем, его длинногорлый бронзовый кувшин превратился в тяжелую шипастую булаву а на левой, свободной руке вытянулся высокий, каплевидный щит!

Затем я перевел взгляд на дворец. Чуть изменив угол зрения, я быстро обнаружил подвал, в котором провел самую страшную ночь своей жизни, и мгновенно нащупал сияющий белым светом Хрустальный шар! Я протянул руку вперед и, с наслаждением ощущая свою магическую мощь, медленно, преодолевая сопротивление бесцветного кристалла, сжал кулак. Секунду спустя моя ладонь почувствовала сотню крохотных, едва ощутимых уколов, а над дворцом встало… и тут же опало чистое белое сияние.

Людмила вздрогнула, рывком подняла голову и огляделась. Взгляд ее был чист, только чуть-чуть растерян. Резким, коротким движением рук она стряхнула с себя обеих карлиц и сделала шаг в сторону приготовившегося к схватке Юрика.

Но стремительно приближавшийся к чуть пригнувшемуся и замершему Макаронину Змей Горыныч и не думал приземляться на помост. Не долетев до Юрика метров сорок он вдруг «встал» на хвост, идеально выполнив «кобру»… и тут я увидел, что левый его глаз совершенно заплыл огромным фиолетовым фингалом. А Змей, продолжая по инерции надвигаться на Юрку, вытянул голову вперед и… плюнул в старшего лейтенанта длинным, дымно-оранжевым пламенем.

Юрка рефлекторным движением выставил перед собой щит, и копотное, потрескивающее пламя, разделенное надвое, обтекло его черную фигуру.

«Жалко Змей не подлетел поближе! – Быстро подумал я, но Макаронин, похоже был со мной не согласен. Широко размахнувшись, он без жалости швырнул свою булаву, навстречу приближающемуся Змею.

Здоровенная, шипастая железяка, с непонятным грохотом въехала Горынычу в живот, и тот прямо в воздухе сложился пополам.

Впрочем, его крылья тут же забили по воздуху, удержав гибкое тело от падения, и, выправившись через пару секунд, он снова начал набирать высоту.

А к обоим помостам уже бежало десятка по три гвардейцев, с явным намерением навести порядок среди гостей! Гвардейская шеренга, отделявшая площадь от примыкающих к ней улиц значительно поредела, но народ и не собирался прорывать это оцепление. И только на одной из улиц вдруг началось непонятное волнение. Люди заметались, некоторые из них начали карабкаться вверх по стенам домов, а спустя несколько секунд, толпа на этой улице совершенно рассеялась.

Я снова перевел взгляд на Змея Горыныча. Он набирал высоту, но теперь в его движениях значительно поубавилось грации и мощи. И сам подъем выглядел тяжелым, неуклюжим. Кроме того я вдруг заметил, что непонятная черная точка, давным-давно висевшая в небе, еще увеличилась в размерах, превратившись в небольшой черный шар, и быстро перемещалась, выходя наперерез поднимающемуся ящеру!

Однако, мне надо было торопиться, находящиеся на главном помосте гости пришли в себя и явно готовились оказать помощь своему господину.

Людмила находилась уже около Макаронина, а тот, развернувшись в сторону змеевой знати, прикрыл ее собой, готовясь встретить первых нападавших. Вот только руки у него были пусты, хотя это, похоже не слишком его волновало!

Зато это волновало меня! Спереди на Юрика напирали самые важные свадебные гости, сзади боевым разворотом заходил еще далеко не сломленный Змей Горыныч, а гвардейское каре было уже почти у самого помоста – гвардейцы готовились к штурму!

В десять секунд я дотянул тоненькую ниточку заклинания «Истинного Пути» до помоста, на котором разгоралось главное сражение, и сразу же перебросил себя в гущу драки. Впрочем, мое появление произвело впечатление только на сразу же приостановивших свою атаку гостей. Юркая Макаронина, бросив в мою сторону короткий взгляд, недовольно пробормотал:

– Вечно, Сорока, тебя ждать приходится!!

– Кончай болтать! – В тон ему ответил я. – Позади тебя твой рыжий дружок разворачивается, прикрой Людмилу от его плевка! А я пока с этими ребятами разберусь!

И я повернулся лицом к медленно приближавшимся гостям.

Впереди, выставив перед собой длинный изузоренный чернью клинок, похоже, церемониального меча, топтался высокий седоватый мужик в черной с серебром форме, рядом с ним еще двое, у каждого в руках по кинжалу, остальные старались держаться позади трех первых и вооружены были различными столовыми приборами…

«Это ж даже не драка, это какое-то избиение будет!..» – Недовольно подумал я и громко произнес:

– Мужики, вы чего в чужое дело лезете?!!

Тот что был с мечом остановился, удивленно посмотрел на меня и переспросил:

– Что значит – в чужое?!

– А какое ты… не знаю, извиняй, как тебя зовут, имеешь отношение к моей разборке со Змеем Горынычем?! – Поинтересовался я и добавил, обращаясь к остальным. – Ну и вы все тоже?..

– Но-о-о… – протянул мужик с мечом, – …мы же служим при дворе Змея Горыныча… Значит, должны ему… того… помогать!..

– То есть, мне придется вас бить… – С некоторым даже сожалением констатировал я и понял вверх растопыренную правую ладонь.

Физиономия мужика в черном мундире расплылась в нахальной улыбке. Ухватив поудобнее рукоять своего меча, он бросил короткий ободряющий взгляд на своих помощников и спросил:

– Интересно, как ты сможешь это сделать?!

– Примерно вот так… – Спокойно произнес я и медленно сжал поднятую ладонь в кулак.

От неожиданности мужик разжал свои руки и на доски помоста покатился бесформенный комок металло только что бывший прекрасным мечом.