"Фантастика 2023-156". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Кудрявцев Леонид Викторович - Страница 596

Он не очень любил путешествовать по космосу. И в этот раз отправился в полет лишь потому, что не мог переуступить свои обязанности никому другому. Он был одним из творцов ценности, покоящейся сейчас в животе летуна, и по обычаю должен был доставить ее во двор Возвышенного Тхоля лично, только лично.

Хур-синеусый издал тихое шипение и, наблюдая, как три червяка поспешно покидают зал, снова подумал о том, что лекарство от его космобоязни найти очень легко.

Оно здесь. Стоит спуститься в живот летуна, раскрыть охранные покровы, и тогда… Кто рискнет осудить его после этого? А еще он избавится от всех других своих страхов, получит силу, станет непобедимым, приобретет величие. И в придачу ко всему этому, для развлечения, у него будет целая звездная империя, со всеми ее богатствами и чудесами.

Надо всего лишь решиться на поступок. На один-единственный, преступный поступок.

Нет, нет, кончено, реально он никогда его не совершит, но кто мешает о нем помечтать, всего лишь помечтать? Да, мечты эти, кажется, становятся слишком навязчивыми, но ведь в жизнь их воплощать он не собирается. Это всего лишь мечты.

3

На поляне плясала смерть.

Ее несли крохотные стальные стрелки, со страшной скоростью и силой вылетавшие из серой пыльной воронки глубиной с человеческий рост и шириной с пивную бочку. С противным шипением стрелки секли ближайшие кусты, ранили стволы почти безлистных, похожих на окаменевших гусениц деревьев и высекали искры из обломков скал, где прятались Волчонок и Дядюшка-волк.

Вот шипение стало тише, но стрелки еще продолжали вылетать.

Волчонок полюбовался тем, как ствол ближайшего дерева на глазах обрастает крохотной, серебристой бахромой, как она становится все гуще, а потом спросил:

— Долго еще?

— Мина-дервиш, — ответил Дядюшка. — С такими ты еще не сталкивался. А ведь когда-то они попадались на каждом шагу. Их назначение — задерживать живую силу противника. Такая мина может работать до получаса. Все зависит от объема ее боевого бункера. Если нужно сделать заслон, то мина может стать ему хорошей заменой. И врага задержишь, и людей не потеряешь.

Взглянув с уважением на своего спутника, Волчонок спросил:

— А какой объем бункера у этой? Ты не успел заметить?

— Бункер, понятное дело, находится под землей и может быть каким угодно. Угадать, когда эта штука затихнет, — невозможно. Причем учти, она может быть и с фокусами.

— С фокусами?

— Ну да. Представь, она вдруг затихает, и вражеские солдаты, выждав некоторое время, решают, что заряды кончились. Противник начинает двигаться дальше, и тут мина просыпается…

— А если садануть ее гранатой или из базуки?

— Вот поэтому я запретил тебе даже нос высовывать из-за камня. Сиди и не дергайся. Она не просто садит в белый свет, как в копеечку. Система «змеиный глаз». Поражает все движущееся. Траву колышет ветер, деревья качаются.

— А скалы? — усмехнувшись, спросил Волчонок.

— По ним бегают насекомые.

— Понятно.

— Вот именно. А прежде чем кинуть гранату или садануть из базуки, надо оказаться от этой штуки на расстоянии выстрела. Но, попытавшись это сделать, ты тут же получишь гостинец.

— Танки…

— Возможно. Хотя и против танков у нее есть кое-какие сюрпризы. И потом, какие могут быть танки здесь, на острове?

— Зачем ее вообще поставили?

Дядюшка-волк провел рукой по голове, задумчиво потеребил острый кончик своего уха и неопределенно ответил:

— Желтые… Они такие…

— И значит, мы здесь…

— Именно. Некоторое время мы здесь еще побудем. И дернула же нас нелегкая пойти на этот запах… Но уж слишком он был соблазнителен. Как будто мину специально и установили, чтобы подманивать йеху. А может, так и есть?

— Думаешь?

— Говорят, перед тем как желтых выкосила зараза, им приходилось обороняться от йеху.

— Из какой стаи?

Вместо ответа Дядюшка улыбнулся. Так, как это может делать только йеху. От уха до уха, показывая при этом зубы — чтобы тот, кому ты улыбаешься, не забылся, не принял твою улыбку за знак, что ты расслабился.

— Не знаешь? — спросил Антон.

— История не сохранила об этом воспоминаний. Стаи собираются и разбегаются. Неизменным остается лишь одно, что определяется понятием — йеху, народ. Наш народ.

Кинув на старика опасливый взгляд, Волчонок все-таки не удержался, спросил:

— Но ведь я — не йеху? Ты не раз мне говорил, что я человек.

— Ты — человек. Но не забывай: ты тот, кем сам себя ощущаешь, — услышал он в ответ. — Ты всегда занимаешь то место, на котором ты согласен себя видеть, ты играешь лишь на тех условиях, которые тебя устраивают. Помнишь?

О, да, Волчонок это помнил, поэтому сразу продолжил:

— И по возможности проверяешь любую полученную информацию. До тех пор, пока ты ее не проверил, ты не можешь считать ее истинной.

— Как ты сможешь проверить мой рассказ?

— Кое-что я могу проверить прямо сейчас.

Антон подобрал палку и осторожно выставил ее над обломком скалы, за которым они прятались. Тотчас в палку вонзилось несколько стрелок с такой силой, что ее вырвало из рук.

Дядюшка-волк тихо хихикнул:

— Убедился?

— Да, тут твои сведения верны.

— О? Только эти?

— Но ведь я пока не могу проверить другие?

— Ты взрослеешь, — сказал дядюшка. — Думаю, ты уже мог бы один отправиться на охоту.

Антон навострил уши.

Вот такое он слышал от наставника в первый раз. До сих пор самая большая похвала, услышанная им от дядюшки, звучала так: «Думаю, пройдет менее ста лет, и ты станешь похож на настоящего йеху». А сейчас… Что он такого сделал? Решил проверить слова своего наставника? Причем тогда, когда они вроде бы и не требовали проверки.

Фактически он нанес Дядюшке оскорбление. Или нет?

— Я оскорбил тебя? — спросил Волчонок.

— Нет, — ответил Дядюшка, — никоим образом. Это не первый раз, когда ты пытаешься проверить мои слова. Сейчас ты сделал это демонстративно. Думаю, это означает, что ты хочешь сам добывать сведения об окружающем мире. И это — здорово. Для тебя настала пора отправиться в одиночное путешествие.

У Волчонка перехватило дыхание.

— Сейчас? — спросил он. — Прямо сейчас?

— Не сейчас, — ответил Дядюшка-волк. — Но будь уверен, случай представится. Он не заставит себя ждать.

Волчонок, взглянув на его физиономию, понял, что тот не шутит, что это неизбежно случится. Очень скоро. Им придется расстаться, ничего с этим не поделать. Там, впереди, неизвестность, и, наверное, это действительно неплохо.

Самому принимать все решения, отвечать только за себя и делать лишь то, что считаешь нужным делать.

Свобода!

Однако…

— Что будет с тобой? — спросил Волчонок.

— Тебя это не должно волновать, — ответил Дядюшка. — Быстро шагает лишь тот, кто не оглядывается на отстающих.

— А все-таки?

— Ты знаешь. Надеюсь, мне удастся вернуться в стаю. Если нет, значит, я умру. Впрочем, умереть может любой и в любой момент. Ты понимаешь, о чем я?

— Да, — ответил Волчонок.

Поерзав, он устроился поудобнее, чтобы можно было с комфортом ждать момента, когда зарядный бункер мины-дервиша наконец иссякнет. И даже после этого им придется впустую потратить еще некоторое время, выжидая, на случай, непредвиденных сюрпризов.

Какое счастье, что они поддались на приманку запаха именно сейчас. Преследователи явятся нескоро, и они с Дядюшкой успеют занять удобную позицию, дождавшись, когда можно будет передвигаться.

Башня.

Он взглянул на башню, на вершине которой им, если это понадобится, предстоит держать оборону. Какой-то она была не совсем правильной формы, что-то она ему смутно напоминала. А вот что? Может быть, картинку в старой книге? Возможно, он видел ее, когда они были в городе, где Дядюшка-волк обучал его работать во всеобщей сети, на оставшемся еще с древних, благословенных времен компе?

Картинка…