Иридий. Про них шептался Космос - Маргарита Блинова - Страница 9

Резкий запах формы, на этот раз смешанный с дорогим одеколоном, заставляет меня задержать дыхание.

– Капитан Тиван, – невольно отстраняюсь я, стараясь не морщиться, – давайте держать расстояние.

Его золотисто-рыжие брови ползут вверх.

– Неужели я вам так не нравлюсь? – скучающим тоном интересуется он.

– Да при чем тут вы? – улыбаюсь я и напоминаю: – Тэ-триста… И, кстати, одеколон не маскирует запах. По мне, так только хуже, – признаюсь я и тут же бестактно интересуюсь: – Неужели никто из ваших женщин не сказал вам об этом?

– В основном мы общались, когда на нас было крайне мало одежды, – ничуть не смутившись, заявляет капитан Тиван и сразу меняет тему: – Рокси, вы видели Душителя всего несколько секунд, а потом на вас все время был мешок. Как вы смогли заметить, что он одет не по форме?

Я скромно улыбаюсь, мысленно обдумывая, что лучше в этой ситуации – многозначительно промолчать и улыбнуться или сказать правду.

– А я и не видела всего этого, – признаюсь я. – Просто когда в тот раз я падала на асфальт, то цеплялась за штаны Душителя. Ну и когда мы повторяли эксперимент… – Я наклоняюсь немного ближе к его лицу, старательно игнорируя неприятные запахи. – Капитан Тиван, – тихо шепчу я, – ваши стрелки на штанах можно использовать в качестве холодного оружия.

Секунду его сосредоточенное лицо остается все таким же по-военному суровым, а потом уголки губ дергаются в легкой улыбке.

– Нет, не улыбайтесь, я серьезно! – вовсю веселюсь я. – Они такие острые, что можно порезаться!

Не выдержав, капитан широко и радостно улыбается.

Мы негромко смеемся, после чего Тиван вновь надевает маску сурового солдата межзвездного флота, закаленного космосом и многолетними скитаниями среди звезд.

– Капитан корабля всегда должен быть идеальным примером для своих подчиненных.

Я фыркаю и вновь поддеваю его:

– Для идеального капитана вы как-то паршиво танцуете!

– Возьму это на заметку, – кивает он с таким серьезным видом, что мне становится неловко перед экипажем корабля.

Вряд ли на военном звездолете есть хоть одна особа женского пола, а значит, танцевальные навыки Тиван будет оттачивать на ком-то из подчиненных.

Ох, не завидую бедолаге…

Писк и вибрация тонкого офицерского браслета застают меня врасплох. Тиван мельком смотрит на присланное сообщение и вновь встречается со мной взглядом.

– Это значит, вам пора?

Он медленно кивает.

Мы останавливаемся, обрывая наш танец на середине, и капитан ведет меня обратно к столику.

– Рокси, вы ведь не станете возражать, если в следующий раз по прилете на Цереру мы снова увидимся? – неожиданно спрашивает он, слегка наклоняясь к моему уху.

– Заходите в бар «Большой пес», – весьма расплывчато отзываюсь я, замечая, в каком напряжении встречает нас Бак.

Звезда боев без правил поднимается из-за столика, едва мы приближаемся, ревниво обнимает меня за талию и одним сильным рывком прижимает к себе.

– Капитан Тиван уже улетает, – на всякий случай говорю я, успокаивающе поглаживая Бака по плечу.

– Приятно было познакомиться, – строит из себя «приличного мальчика» тот и протягивает ладонь для еще одного рукопожатия.

– Взаимно, – сообщает капитан Тиван, и оба до хруста в костях сжимают друг другу ладони.

Ох уж эти мальчишки…

– Всего хорошего, Рокси, – улыбается на прощание капитан и строевым шагом идет по направлению к выходу.

Проводив взглядом его удаляющуюся невероятно прямую спину, я пожимаю плечами и сажусь на свое место.

Тут же появляется официант с нашим ужином и ловко сервирует стол заказанными продуктами.

– Хорошо, что он свалит с Цереры, – налегая на еду, сознается Бак. – Ненавижу, когда кто-то пытается склеить мою красавицу.

Я показательно закатываю глаза и беру в руки приборы…

Глава 4

Созвездие Голубь

Вечер пролетает за одно мгновенье.

Мы много смеемся. Несколько рассеянно слушаем выступление местного музыкального трио и старательно не вспоминаем о том, что случилось со мной в том проклятом переулке позади бара.

Поблагодарив хозяина ресторанчика за прекрасный ужин и зорко проследив, чтобы мужчины больше ничего не затевали за моей спиной, я под руку с Баком выхожу в прохладу вечернего города и вдыхаю полной грудью.

Душитель не сломает меня. Меня никто не сломает, пока рядом есть тот, кто делится со мной несокрушимой силой.

– А почему моя красавица так радостно улыбается? – спрашивает Бак, разворачивая меня к себе лицом.

– Потому что безумно люблю своего мужчину, – признаюсь я, все так же не в силах сдержать улыбки.

Бак пытается скрыть то удовольствие, которое подарили ему мои слова, но получается из рук вон плохо.

– Спорим, я люблю тебя сильнее, – дразнит он меня.

– Не-е-е, – смеюсь я, обнимая его за шею, и нежно целую в губы. – Я больше…

Он хитро улыбается.

– Нет, я… – уверенно говорит он и снова целует.

Я улыбаюсь и, расслабленно прижимаясь к Баку, отвечаю на его целомудренный поцелуй, постепенно обретающий все более страстные краски.

Подумать только, мы с Баком столько лет вместе. Казалось бы, страсть и одержимость друг другом, типичная для первых месяцев отношений, давно должна схлынуть, но вот мы стоим на парковке в ожидании летмаша[2] и целуемся, как только что познакомившиеся любовники.

– Стальной Бак! – слышим мы детский голосок за нашими спинами. – Мама, это Стальной Бак!

С горьким вздохом Бак прерывает поцелуй и оборачивается. В десяти шагах от нас застыли трое мальчишек с восторгом в глазах. Их мать, полноватая женщина с круглым лицом, безуспешно дергает сыновей за руки, но кто же добровольно уйдет, если посреди улицы увидит своего кумира?

– Иди, – легонько толкаю я Бака в грудь. – Нехорошо оставлять ребенка без автографа.

Бак недовольно хмурится:

– А ты?

– Нога немного разболелась, – признаюсь я и, заметив в его глазах тревогу, добавляю: – Я посижу в летмаше, не переживай.

Бак оборачивается назад, где постепенно вырастает и образовывается небольшая толпа из фанатов и уличных зевак.

– Иди! – буквально подталкиваю я его. – Ничего со мной не случится.

Но это же Бак! Сначала он дожидается, пока я устроюсь на сиденье комфортабельного летмаша последней модели, заблокирую двери, и только потом идет к своим фанатам.

С улыбкой глядя на то, как он непринужденно общается с поклонниками и раздает автографы, я откидываюсь на спинку кресла и открываю панель на приборной доске.

Судя по толпе, собравшейся возле моего любимого мужчины, отпустят его еще очень не скоро. Чтобы как-то скоротать время, я открываю ленту новостей и с интересом листаю заголовки.

Пресса, как всегда, постаралась сделать сенсацию, паразитируя на чужих несчастьях. Вновь появились фотографии первых жертв Душителя и комментарии якобы специалистов.

Но особое место отводилось, конечно же, «Рокси Тайлз, давшей отпор Душителю»…

После двух минут беглого изучения заголовков я узнала о себе очень много. Например, один из корреспондентов, со ссылкой на проверенные источники, утверждал, что я отметелила Душителя так, что он еле ноги уволок.

Другой журнал опубликовал явно смонтированное фото, где якобы я на арене боев без правил откусываю ухо своей сопернице.

Зелененький откровенный костюмчик мне пришелся по душе, а вот тот факт, что в зубах я держала чужое грязное ухо с отвратительной сережкой, заставил брезгливо поморщиться и поскорее перелистнуть изображение.

Но больше всего насмешил один кулинарный гений, который уверял своих читателей, что одолеть Душителя мне помог кислородный клубничный коктейль.

Бред! Неужели хоть кто-то этому поверит?

Ши-и-инц!

Звук бьет по ушам и заставляет меня невольно вздрогнуть, резко поднять голову и настороженно оглядеть всю улицу.

Моему примеру последовало большинство людей, слышавших звук, и даже Бак, но только я знаю, чье внимание хотел привлечь неизвестный.