Я (не) буду твоей, дракон! (СИ) - Ардин Ева - Страница 54

— И что ты пожелала? — севшим голосом спросила мама.

— Занять небесный трон, — глядя ей в глаза, призналась я. — Это моя ошибка, и я приму наказание, каким бы оно ни было. Я готова.

— Девочка моя, — печально произнесла мама, — за такую магию всегда нужно платить. Очень дорого платить. В нашем случае, как я понимаю, небесный посланник поправит меня в случае чего… если ты не станешь воздушной королевой, ты умрешь.

— Королева Зарвира права, принцесса, — к нам с холма прилетел черный идол. Видимо, понял, что поднимемся мы еще не скоро, и решил спуститься сам. — Ваше величество, чтобы сохранить жизнь дочери, вы должны произнести формулу отречения…

— И тебе привет, — перебила я, оглядывая Оракула, — Спасибо за помощь с ошейником. Кстати, я рада, что ты жив. А то твое прощание как-то не внушало оптимизма.

— Технически, я не жив, — педантично поправил меня Оракул. — И никогда не был. Я — проводник божественной воли, у нас другие виды существования.

— А, ладно, не придирайся к словам, — отмахнулась я, широко улыбаясь. — Признайся, старый вредный дух, ты тоже соскучился.

— Лара! — с удивлением воскликнула мама, переводя взгляд с меня на Оракула и обратно.

— Что?

— Принцесса Алилара, наше общение доставляло мне удовольствие. Признаюсь, в моем почти бесконечном существовании не так уж много приятных моментов…

— Вот и чудесно, — снова невежливо перебила я Оракула. — И я рада, что мы будем продолжать общаться!

— В каком смысле? — насторожился Оракул. — Мои советы и, следовательно, наше общение прекратится сразу после того, как моя миссия будет выполнена. То есть как только твое желание, принцесса, осуществится. Ты пожелала занять небесный трон. Я уверен, что ее величество не хочет твоей смерти, а это значит, что королева отречется в твою пользу.

— Он прав, Лара, — подтвердила мама. — Мое отречение — единственный способ. Не нужно быть оракулом, чтобы понять это.

— Это верно, — не стала спорить я. — Ты, наверное, можешь отречься. Когда-нибудь. Когда тебе надоест править. Скажем, лет через тысячу. Или через две. Потому что я, когда загадывала желание, не указывала временные рамки!

— Не указывала, — с неудовольствием подтвердил Оракул.

— Вот и замечательно! — констатировала я, торжествующе улыбаясь. — Так что, Оракул, настраивайся на то, что общаться мы будем долго и плодотворно. И не нужно недовольства — ты мне поначалу тоже не слишком нравился. Ну ничего, привыкла же.

— Но Лара, так ведь нельзя! — воскликнула мама.

— Почему?

— Все наши предки, пользуясь советами Оракула, немедленно исполняли свои желания! Никто никогда не откладывал!

— Хм. А еще доводы, кроме «так не принято», будут? Мам, пойми, я не говорю не для того, чтобы поспорить, мне и правда хочется разобраться!

— Хорошо, давай разберемся. — Мама в упор посмотрела на Оракула. — То, что говорит Лара, действительно возможно?

— Я, на самом деле, затрудняюсь ответить, — промямлил дух. На его подобии лица, обычно не выражающем ничего, отразилась напряженная работа мысли. — Как вы правильно заметили, ваше величество, никто из рода Рилинвали не откладывал выполнение желания, уже озвучив его. Вы первые.

— Ну, чтобы прецедент появился, нужно его создать, — заметила я. — По логике, все, что не запрещено, разрешено. Так? — Я уставилась на Оракула немигающим взглядом.

— Так… — неуверенно подтвердил Оракул. — По логике. Но мне, простите, надо посоветоваться.

И он просто исчез! Растворился в воздухе.

— И с кем он собрался советоваться? — возмутилась я.

— Лара, Оракул — проводник божественной воли…

— То есть он полетел на прием к богу? — нахмурилась я. — Или к богам? А чего нас с собой не взял?

— Лара!

— Что, Лара? Там решается наша судьба! И я сомневаюсь, что Оракул будет сильно стараться продвигать именно наши интересы. У него же в голове единственный путь к цели — прямая. Если и боги такие же узколобые консерваторы, дела мои плохи.

— Ты слишком много смотрела земных фильмов, и пропиталась человеческой культурой этого мира. А какое уважение к высшим сущностям будет у людей, которые ставят во главу угла науку и технику?

— Уважение надо заслужить, — заметила я, оглядываясь. Интересно, Оракул исчез с концами или подслушивает? Добавила, словно задумавшись: — Вот оставят тебя на троне, а меня — в очереди туда на неопределенный срок, тогда сразу и начну… уважать. И даже поклоняться — чего б нет? Кстати, мам, а расскажи побольше о наших богах? Ты как-то не сильно углублялась в эту тему.

— Да уж, мое упущение, — покачала мама головой, глядя на меня с непонятным выражением испуга и гордости. — Считается, что мы ведем свой род именно от богов. Пространственная магия есть только в отпрысках королевского рода, и считается божественной.

— Хм. А как быть с тем, что каждый второй дракон с легкостью открывает порталы? Они, выходит, тоже божественные суч… сущности?

— С этой точки зрения я драконов не рассматривала, — ответила мама. — Но я знаю их слишком мало, и не могу сказать наверняка. Лара, со сколькими драконами ты успела пообщаться, что с такой уверенностью говоришь, что половина из них владеет пространственной магией?

— С пятью. — Я быстро перебрала в уме всех известных мне всех чешуйчатых. Интересно, Макса считать за полдракона? Или он все же четвертинка? Ладно, округлим: — Точнее, с пятью с половиной. Из них Ррон, Вик и его папаша, который к тебе неровно дышит — точно владеют пространственной магией.

— Мы с Релурраном давние враги! — возмущенно воскликнула мама.

— Конечно-конечно, — согласно покивала я. Стараясь не улыбаться, добавила: — Прямо как мы с Виком. То-то мне пришлось утаскивать тебя полураздетую с кровати в его спальне! Слушай… — решила уточнить я, осененная внезапной мыслью, — а мой биологический отец точно Айликен? Вы с папой Вика случайно не?.. — я сделала выразительную паузу. — Ну, перед тем как подраться двадцать пять лет назад? Или после — кто их знает, какие у рептилий постельные забавы?

— Что? — У мамы округлились глаза, когда до нее дошел смысл моих слов: — Лара, я тебе могу поклясться, что никогда не имела ничего личного ни с одним драконом! — Она опустила глаза и тихо призналась: — У меня и мужчина был всего один. Айликен! — это имя она выплюнула с какой-то усталой злостью.

— Ох… — выдала я, слегка ошарашенная. — Ну, у тебя еще все впереди! А про папу Вика ты зря так. Судя по тому, как он на тебя слюнями капает, и твоим оговоркам в его адрес (по Фрейду почти), личного у вас было хоть отбавляй.

— Лара! — воскликнула мама, возмущенно сверкнув глазами. — Это не то, что ты думаешь! Мы враги!

— Повторяй почаще, мам, — улыбнулась я. — Знаешь, нам стоило оказаться Оракул знает где, чтобы поговорить по душам.

— Я тоже тебя люблю, дочь! — Мама привлекла меня к себе, и поцеловала в лоб. Ей это легко: как-никак, она повыше на полголовы. — А теперь расскажи про остальных известных тебе драконов! — потребовала она. — Хочу знать, что по возвращении нас не ждут неучтенные сюрпризы.

— Ой! — Я вспомнила Виаррона с Максом. — Тебе надо Оракулом на полставки подрабатывать. Про Даарея с его наследником говорить нечего, они остались в другом мире. А вот Ррон такая зараза, что даже спящий зубами к стенке может доставить проблемы. Мои демоны потрепали его внучка… а он их наказал! Но потом я его радужную медузу молнией спалила. Еще не разобралась до конца с этой виковой магией…

— Лара! — перебила меня мама. — Что еще за Ррон?!

— Прости. — Я осознала, как звучит моя речь, и собралась. Маме нужен нормальный доклад о расстановке сил, а не детский лепет. — Когда я выкрала тебя спящую из замка Релуррана, и передала Татину, мне пришлось взять погоню в лице разгневанного дракона на себя. Спасаясь от Вика и его папаши, я прыгнула в портал, открытый Виком. И попала опять на Землю.

— Ох! — покачала головой мама.

— Ага. И, представляешь, выяснилось, что на Земле полно порталов! Но это еще не все — у нее, оказывается, есть хозяин. Точнее, куратор, как они его называют. Его имя — Виаррон арт Рамриор. Глава клана радужных драконов.