"Фантастика 2023-157". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Бергер Евгений - Страница 661

Он указал на экран внешнего обзора и буквально упал грудью на клавиатуру. Стук клавиш слился в непрерывную дробную песню.

Я взглянул на экран. В небе над нами висели пять черных каплеобразных точек. Патрульные космокатера! Уж кому, как не им обнаружить над планетой беглецов раньше всех!

Я застыл, не зная, что мне делать.

— Что делать, Рич? У нас нет никакого оружия.

— Конечно нет! — зло сказал Ричард, отрываясь от клавиатуры и характерным завершающим жестом нажимая на клавишу ввода данных. — Ведь ты угробил Торнадо! И Б-10 у нас нет, мы слепы! И мне ты не дал как следует подготовится к операции. А я теперь от компьютера не отлипаю! Вот что такое твоя любовь к женщине!

Я оскорбленно молчал и смотрел на экран. Патрульные корабли стремительно приближались. Они не собирались стрелять, но это положения наших аховых дел не меняло. А я совсем растерялся и сидел, безвольно опустив руки между колен. Если бы я был один и полностью владел ситуацией, я бы что-нибудь придумал. Но я передал управление всей техникой в руки Ричарда, а сам занимался Лоттой… И сейчас был совершенно выбит из седла.

Ричард исподлобья посмотрел на меня, усмехнулся и громко скомандовал:

— Включай режим «Зеркало»!

Я испуганно посмотрел на него:

— Там же люди, Рич!

— Там нет никаких людей, — стальным голосом ответил он. — Это автоматы. Лейтенант Дэвидсон, который разговаривал с тобой на подлете к Пифону, находился не на флагманском космокатере, а сидел в Центральной и управлял патрулем с компьютера. Включай.

Я мгновенно и беспрекословно выполнил его приказ.

Когда я слушал рассказ дяди Уокера, а потом разбирался с материалами, касающимися «зеркала», я не задавался вопросом, как выглядят ворота в Зазеркалье с обратной стороны. А теперь увидел.

В нескольких километрах от нас возникла огромная черная плоскость. Она закрыла собой полнеба и отрезала нас от патрульных кораблей. Секунду-другую она тускло поблескивала маслянистой чернотой, которая почему-то казалась бездонной, а потом…

Перед нами снова возникло ровно-голубое небо Пифона. И в нем не было космокатеров. Зато прямо на нас неслись два небольших серебристых звездолета с задранными тупыми носами. До них оставалось чуть меньше километра, и летели они так, что почему-то не оставляли сомнений в неминуемом столкновении с ними.

— Ланц! Терм! Свечой вертикально вверх, быстро! — раздался голос Ричарда. И меня снова вдавило в спинку кресла. Но теперь это ощущение принесло облегчение. Потому что панорамное изображение на экране показало, что тупорылые звездолеты произвели тот же маневр. Они несколько секунд летели параллельно с нами, брюхо к брюху, а потом вдруг исчезли.

Я понял: обратная сторона «зеркала» — тоже ворота в Зазеркалье. И мы только что чуть не столкнулись со своими двойниками из той вселенной.

А потом я услышал несколько взрывов. Паузы между ними были столь малы, что звуки слились в один длинный громовой раскат.

Каким-то образом Ричард определил невидимую верхнюю границу «зеркала», отдал команду и звездолеты перевалили через нее. И тогда мы увидели, как горящие обломки космокатеров падают в море терракотовой плазмы.

Зазеркалье явило нам ту же картину.

Космокатера столкнулись со своими двойниками.

По приказанию Ричарда я выключил режим «Зеркало». Наши звездолеты замедлили движение. Ричард устало посмотрел на меня:

— Справились. И слава Богу. Теперь надо ждать корабли. Или весь космофлот Пифона в полном составе. Они уже знают, что мы уничтожили патруль. А сделать такое — за минуту превратить пять космокатеров-автоматов в ничто — может только очень серьезный противник. С очень серьезным оружием. — Он положил мне руку на плечо. — Они выступят против нас всей своей силой. И вряд ли теперь будут играть в догонялки — начнут стрелять.

Он встал из кресла и быстро прошелся из одного конца зала в другой.

— У нас был идеальный план отсечения пифонцев от их космофлота. Но все сорвалось. Надо что-то придумать или срочно улепетывать в гиперпространство. Иначе мы погибли.

— В гиперпространство? — спрсил я тусклым голосом. Боже, мне вдруг так захотелось оставить страшную планету Пифон на волю ее судьбы и улететь на Землю. И больше никогда не вспоминать о том, что нам пришлось здесь пережить. — А как же люди?

— Люди? А что мы можем для них сделать? Мы исчерпали свои возможности. Пусть с ними разбирается Земля. А мы… В конце концов, ты прилетел сюда за Лоттой — она с тобой.

Он говорил это так, что было понятно: как я решу, так и будет. Склонять меня к отступлению ему не позволяла совесть кадрового офицера. Но трезвый расчет того же кадрового военного говорил ему, что игра проиграна, и умнее всего было бы уклониться от схватки, скрыться и лететь за помощью к Земле.

Я встал из кресла и открыл дверь бытового отсека. Лотта, стянутая ремнями безопасности, лежала на диване в глубоком сне. Ее спокойное лицо оживляла рассеянная нежная улыбка. Выглядела Шарлотта так, как будто была сама собой — не пленницей Пифона, пережившей Деятельное Слияние.

Внезапно меня охватила жгучая ненависть к кальмару. Именно к тому кальмару, который обхватил мою Лотту своими мерзкими лапами и растворился в ее теле. А потом я вспомнил о ста женщинах, которые работают в столовой, и о главной поварихе — видной и грудастой, с золотыми крапинками в рыжих глазах. И подумал о мужчинах, которые потеряли этих женщин и теперь ждут их, не зная в какой уголок Вселенной отправиться на поиски…

Я не скажу, что во мне заговорили какие-либо особо гуманные чувства. Просто-напросто сработала давняя преданность мужской солидарности. Я хотел получить свою Лотту, и я получил ее. А теперь мне невыносимо захотелось, чтобы все мужчины, когда-то обнимавшие женщин Пифона, замерли в объятиях своих вновь обретенных подруг…

И тут меня осенило. Я повернулся к Ричарду и сказал:

— Опутай ловушкой всю планету, Рич. Все воздушное пространство. И территорию колонии — на космодроме, на заводах, в мастерских, в карьере и вокруг многоэтажек. И сделай все так, как ты задумал в самом начале. Только теперь понатыкай побольше «дверей», ведущих в долину. А для нас оставь кусок пространства, свободный от твоей сети, и вокруг него создай сферическую «дверь»-защиту. И пусть она работает так: когда космофлот ринется на сближение с нами и наткнется на нее, корабли будут возвращаться на то место, откуда начали движение в момент включения режима «Ловушка». Они потыркаются-потыркаются вокруг нас и вернутся на космодром. И экипажи выйдут из кораблей. Чтобы благополучно попасть сквозь твои «двери» в долину…

Ричард не дослушал меня и бросился к компьютеру. Но замер у монитора с поднятыми над клавиатурой руками:

— Но они же будут стрелять… — Немного посидел неподвижно. — А, понятно! — И забарабанил по клавишам.

Но отпущенные нам до появления космофлота Пифона минуты истекли. Над горизонтом с трех сторон света возникли крошечные силуэты космических кораблей.

— Космофлот! — вскрикнул я.

Ричард бросил взбешенный взгляд на экран внешнего обзора:

— Не успели! Надо уходить в пространственный «карман».

— Нет, Рич, — сказал я. — Мы тогда ничего не сможем сделать. Сколько тебе надо времени, чтобы подготовить данные для режима «Ловушка»?

— Пять минут.

— Тогда работай и не отвлекайся. Мы садимся на плато. Это для пифонцев равнозначно тому, что мы выкинули белый флаг. Они не будут в нас стрелять. А за это время ты все сделаешь, включишь «Ловушку» и мы будем в безопасности.

— На нас сразу же поползут кальмары…

— Они не успеют доползти до включения «Ловушки». И поэтому, как и корабли космофлота, будут попадать в сферическую «дверь», что вокруг нас. И, следовательно, возвращаться обратно в море. Туда, откуда начали движение!

— Хорошо, — твердо ответил Ричард и склонился над клавиатурой.

Я отдал Ланцу и Терму приказ садиться на плато. Мы круто развернулись и начали снижение. Через минуту на горизонте показался берег протоплазменного моря. Густая непроходимая сельва темно-зеленой стеной подступала к «водам» терракотовой дряни. Из сельвы вырастали скалистые стены обширного плато. Его плоская каменная абсолютно ровная поверхность была столь обширна, что на ней могли бы уместиться два «линкора».