Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Корчевский Юрий Григорьевич - Страница 777

У одного из фрицев был виден ручной пулемет на плече. Да он головы поднять из канавы не даст, будет удерживать, пока другие ближе не подберутся и гранатами не закидают. Излюбленный прием солдат вермахта!

Игорь нашел место за бетонной трубой водостока и положил рядом полный дисковый магазин, чтобы потом время не тратить. Остро пожалел, что пошел в одиночку, надо было ждать попутку. Но немцам он кровушку пустит, будет стрелять одиночными или короткими очередями. Теплилась, правда, слабая надежда, что стрельбу услышат и придут к нему на помощь. Ему бы продержаться четверть часа.

Немцы приближались. Причем шли они по дороге, не рассыпаясь цепью, не пытаясь окружить. Не заметили его? Маловероятно.

Они остановились в полусотне метров. Вперед выступил один, поднял руку:

– Нихт шиссен! Не стреляйт! Айн парламентер!

Игорь про себя изумился – это было что-то новое. Однако виду не показал и, приподнявшись, крикнул:

– Одному человеку без оружия – ко мне!

Этот же немецкий солдат передал свой карабин другому, стоявшему к нему ближе всех, и пошел к Игорю.

Встречать его лежа было несподручно да и унизительно как-то. И потому Игорь встал и демонстративно забросил автомат за плечо.

Немец зашагал быстрее – кому охота попасть под пулю?

Он остановился в трех шагах. На лице – трехдневная щетина, подворотничок грязный. Ну и где хваленая немецкая дисциплина?

Пытаясь объясниться, немец с трудом стал подбирать русские слова.

– Не мучайся, говори по-немецки, – остановил его Игорь, – я понимаю.

– У тебя прекрасное произношение, – удивился солдат, – мы хотим сдаться русским.

– Все? Какого полка?

– Мы из разных батальонов и полков. Война подходит к концу, и мы хотим жить. Дальнейшая мясорубка приведет к ненужным потерям, только и всего.

И завершил:

– Гитлер капут!

Игорь растерялся: он один, немцев много. Да они его голыми руками возьмут! И делать что-то надо. Решил довести их до ближайшей деревни, откуда сам недавно вышел, а дальше связаться с командованием. Как только? Та еще задача, ведь рации нет.

– Хорошо! Идем в ту деревню, я замыкающим. Всем разрядить оружие!

К немцам они подошли уже вдвоем, Игорь в конце колонны, автомат на изготовку.

Как только вошли в деревню, Игорь скомандовал:

– Стоять!

Подозвал к себе солдата, с которым разговаривал:

– Пройди по дворам, найди большую тачку, тележку – оружие надо сложить.

– Мы и сами нести его можем, – не понял его солдат.

– Если навстречу будут ехать или идти советские бойцы, они начнут стрелять сразу. У вас же оружие будет в руках, стало быть, вы не военнопленные. А что с врагом делают?

– Понял, исполню.

Пока солдат шнырял по подворьям, Игорь вышел сбоку колонны.

– Налево!

Все четко повернулись.

– Подходить ко мне поодиночке! Оружие, патроны, гранаты, штыки и ножи складывать на землю. Кто сдался – может идти к домам, напиться воды и отдохнуть. Самостоятельно покидать деревню не рекомендую, для вашей же безопасности. Первый с правого фланга – ко мне.

Немцы дисциплинированно подходили, клали на землю оружие, снимали кобуры с пистолетами, вынимали из-за широких голенищ сапог гранаты. Куча смертоносного железа росла на глазах.

Игорь обыскивал каждого – в его же интересах. Если при поступлении в лагерь у пленного найдут нож или пистолет, будут серьезные проблемы.

К нему подошел последний немец, и дорога опустела. Немцы разбрелись по домам. Игорь остался в одиночестве и при куче оружия. Ситуация нелепая, но уйти невозможно, оружие оставлять нельзя. И он подозвал к себе солдата:

– Займи пост, никого к себе не подпускай. Я должен связаться с командованием.

– Яволь, – вытянулся перед ним солдат.

Игорь начал обходить дома и все же наткнулся на то, что искал, – телефон. С замиранием сердца он снял трубку.

К его удивлению, связь работала. Но кому звонить? По какому номеру? И где наши? Он начал набирать наугад – никакого ответа.

И тут на подоконнике он увидел телефонный справочник. Полистав, нашел телефон городской магистратуры. Если наши в городе, это здание они займут в числе первых – оно наиболее приспособлено для размещения в нем командования. Так делали немцы, когда брали наши города, так делали Советы.

К его удивлению, номер отозвался.

– Старшина Немов у телефона.

– Старший матрос Катков. Докладываю из деревни Грюнвальд. Я взял в плен роту немцев, с вооружением. Мне бы конвой и грузовик для оружия.

– Сами взяли, сами и в город ведите.

– Товарищ старшина, я один, а немцев – целая рота, и оружия на полтонны. Как же мне с ним?

– Катков, ты пьян?

– Никак нет.

– Одному роту не взять никак. Где, говоришь, ты?

– Деревня Грюнвальд, километров пять от Кранца, южнее.

– Сейчас доложу командиру. Но смотри, если соврал, пожалеешь. Отбой!

Какое-то время Игорь все еще стоял у телефона. Но звонка не было, и он, решив, что старшина не поверил ему, вышел на улицу. Тут, однако, увидел, что к нему торопится солдат с докладом.

– По вашему приказанию нашел садовую тележку.

– Эта куча оружия поместится? – Игорь указал на все еще лежащее на земле оружие.

– Должна, – пожал плечами немец.

– Бери еще камрадов, грузите.

Оружие погрузили на тележку в несколько минут.

– Прикажи всем собраться.

Немцы выстроились на дороге.

– Рассчитайсь!

Вышло – сто два человека. Да не фольксштурм, а вермахт, опытные вояки.

– Идем на Кранц, – объявил Игорь. – Два человека везут тележку с оружием, смена каждые десять минут. Кто старший по званию?

– Я, фельдфебель Брелус.

– Назначаю вас старшим. По вашему приказу будут меняться люди, толкающие тележку. Вопросы есть?

Из строя шагнул солдат лет сорока, в очках.

– Что с нами будет?

Видно, этот вопрос волновал всех, потому что тишина стояла полная.

– В двухстах километрах есть пересыльный лагерь для военнопленных – оттуда вас поездом повезут в Советский Союз. Будете восстанавливать то, что разрушили. Питание и содержание – согласно Женевской конвенции о военнопленных. Можно будет писать письма домой. После окончания войны, которое уже не за горами, и суда над военными преступниками – я имею в виду верхушку вашего командования – начнется постепенное возвращение пленных домой.

Как только Игорь закончил свою короткую речь, немцы заговорили между собой – они представляли себе плен несколько иначе.

– Всем шагом марш, налево!

Впереди катили тележку с оружием, за нею следовал Игорь, а уж за ним – пленные.

Игорь ругался про себя – за что ему такое наказание? Он не сотрудник НКВД, конвойной службы или милиции, но вынужден уже который день подряд исполнять обязанности конвоира. И это было ему совсем не по душе.

До Кранца было уже рукой подать, окраины видны.

Навстречу им выехал «Виллис», в машине кроме водителя – два командира. Они затормозили посередине дороги.

Катков, как и положено, подбежал, отдал честь.

– Старший матрос Катков, сопровождаю колонну пленных.

– Так это ты звонил?

– Так точно! На тележке оружие, в колонне – сто два человека пленных.

– Неужели сам пленил?

– Думал – воевать придется, а у меня только два магазина. Так сдались без единого выстрела!

Командиры выбрались из машины. Один из них, капитан, достал из портфеля фотоаппарат «Лейка».

– Встань впереди колонны, хочу, чтобы пленные в кадр попали. Опубликуем в армейской многотиражке. Это замечательный пример!

Капитан был явно из политруков или из отдела по идеологической работе. Он сделал несколько снимков, записал фамилию Игоря и номер военной части. Затем оба командира уселись в «Виллис», и Игорь понял – сейчас они уедут, а он останется с немцами.

– Товарищи командиры, – буквально взмолился он, – а как же пленные? Оружие надо сдать, их накормить… Я ведь не конвоир!

Офицеры в машине переглянулись, и капитан сказал: