Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Величко Андрей Феликсович - Страница 352

Строительные леса вокруг лодок уже снимались рабочими верфи. Корабли готовились к спуску на воду, устранялись мелкие недоделки. То тут, то там сверкали звёзды электросварки, которую Михаил Петрович широко использовал при строительстве наших кораблей. Впервые в мире!

Охрана, получив распоряжение г. Налетова, дозволила экипажам подняться на корабли. И вот, наконец, я на борту своего «Рака»! Кстати, я не преминул поинтересоваться у М.П., кто «окрестил» наши корабли. Обычный в России анекдот. Первый заложенный заградитель получил имя от своего создателя. А мой, как и следовало ожидать, от инженера Найденова... большого любителя черного юмора... мда-с. Однако мы ещё покажем кое-кому, где зимуют русские «Раки»! Осмотрев рубку и оставшись весьма доволен увиденным, спустился вниз. И грешен, начал осмотр с собственной каюты. Пожалуй, правильнее будет сказать — «каюточки»! Койка и маленький столик, он же сейф. И легкая, просто легчайшая, сдвижная переборка, отделяющая каютку от остального корабля. Однако если сравнивать условия обитания экипажа ПЛ с миноносками то, пожалуй, наши лодки несколько выигрывают в комфорте! Здесь, по крайней мере, не дует.

Трубы! Трубы и кабеля! И снова трубы... весь корабль просто прошит ими. Но описывать в дневнике подробности устройства «Рака» не имею ни малейшего желания. Поскольку ещё в Георгиевске, Георгий Андреевич с обычной своей искренней непринужденностью намекнул мне о том, что хранение подобных дневников — дело ответственное и чреватое неприятными неожиданностями. Я уловил ход его мысли, в поезде дневник пребывал в опломбированном портфеле с секретными документами под охраной вооруженных часовых, во избежание упомянутых случайностей. А сего дня занял место в командирском сейфе «Рака». Кстати, о секретах. Я же обязан немедленно напомнить личному составу о режиме секретности в части, касающейся радиорубки. Доступ туда запрещён всем, кроме радистов, акустиков и вахтенного офицера. Нарушение этого требования считается актом шпионажа, с соответствующими последствиями для нарушителя. О чем предупреждает табличка, привинченная к СТАЛЬНОЙ (!) двери радиоакустического поста!

Спустя несколько часов, проведенных с большою пользой для дела, я сошел с корабля, дабы принять пищу. Прямо здесь же, в цеху, была устроена полевая кухня, обеспечивающая рабочих горячим питанием. Простым, но очень вкусным. Получив порцию отличного бефстроганова с картофельным пюре, большую кружку компота из свежих яблок и ложку, я присел за грубо сколоченный стол и принялся трапезничать. В этот момент со мною рядом деловито устроился с таким же набором пищи Е.И.В. Цесаревич! И пожелав мне приятного аппетита, неторопливо взялся оную уничтожать! Мою нелепую попытку встать во фрунт и доложиться, тут же пресёк и, приказав «без чинов», продолжил своё увлекательное занятие, к которому я охотно присоединился.

После обеда экипажи продолжили изучение механизмов. Следует сказать, что каждый пост был полностью обеспечен инструкциями и технической документацией, выполненной просто превосходно! Чертежи в аксонометрической проекции, в цвете, очень наглядно, подробно и удобно для понимания. Очень доступным языком написаны инструкции, в которых разъяснялись устройство механизмов и приёмы их эксплуатации. Оказалось, что разработка техдокументации — целиком заслуга Г.А. и... его племянницы! В экипажи отобрались люди технически вполне грамотные и, поэтому изучение материальной части происходило достаточно быстро. В случае любых затруднений пояснения немедленно давались непосредственно изобретателями. За каждым постом закреплялись дежурные книги, куда следовало вносить записи о малейших неполадках в работе механизмов, для последующего улучшения оных. К моменту спуска на воду, экипажи уже несколько освоились с кораблём. До оценки отлично было еще, разумеется, неимоверно далеко, но корабль сделался, по крайней мере, слегка управляем! Первый зачет на знание командой самого необходимого по матчасти был ею сдан в полном объёме.

Погода всё время стоит отличная, солнечная, довольно тепло, ходим по летнему, легкий ветерок.

Глава 6

Я отодвинул ноутбук, размял затекшие пальцы и подошел к зеркалу. Опять надо было срочно родить кучу писанины, с обеда я колотил по клавишам, так недолго невзначай и каким-нибудь Львом Толстым стать. Однако из зеркала на меня смотрела хоть и бородатая хамская морда, но все-таки моя, не графская, так что можно было творить дальше… Я писал документы к предстоящим балтийским учениям. Поначалу муза своевольничала и вместо сочинения чеканных параграфов искала, как бы назвать эти учения, чтобы аббревиатура представляла всем известное слово на букву «б», но не нашла и в конце концов вынуждена была заняться делом. Я написал общую часть, задачи сторон, а теперь предстояло заняться методикой оценки действий авиации. Вот летят, например, два «Пересвета». Как оценить воздушный бой между ними? Стрелять друг по другу они могут почти с любых ракурсов. Дать какие-нибудь преимущества нападающему?

Представьте себе, что по полу вашей квартиры навстречу друг другу ползут две черепахи. Вы сможете хоть сколько-нибудь точно определить, какая из них просто тупо ползет по своим черепашьим делам, а какая спешит со всех ног, чтобы загрызть и затоптать противницу? Так вот, оценка боя «Пересветов» со стороны натыкается на примерно такие же трудности. Значит, ладно. Если встречаются два самолета и определить, кто кого атаковал, невозможно, то с вероятностью в пятьдесят процентов один из них считается сбитым. То есть посредник два раза кидает кости — есть ли сбитый вообще и кто он. Теперь как быть, если один явно атакует и зашел с удачного ракурса — спереди-снизу, например? Те же два жребия, но если черная метка выпадает атакующему, еще раз бросить кубик. Снова подтверждается — он сбит, нет — сбит атакуемый. Да, пожалуй, так и запишем. Если двое атакуют одного — с вероятностью две трети кто-то будет сбит, причем с вероятностью пять шестых этот кто-то — который один. Если одного атакуют трое, то он сбит без всяких бросаний.

Теперь — аналогичная писанина с парами и тройками. Хорошо хоть больше ничего не надо, с каждой стороны будет воевать по девять «Пересветов» и три «Святогора». С этими проще — они не имеют оборонительного вооружения, кости кидаются только на их судьбу.

Я перечитал написанное. Вроде получается близко к реальности, во всяком случае главный вывод — летать или всем, или никому, при наличии авиации противника одиночный самолет — жертва. Разумеется, для «Тузиков» и «Бобиков» были бы приняты другие правила, но для «Пересветов» эти в самый раз.

Ладно, решил я, общие правила пока отложим и подумаем — а чем можно помочь «своим»? Без всяких штучек не только из нашего мира, но даже и георгиевского производства, не входящих в список открытой продукции? Раций на самолетах по условиям учений нет, как подавать сигналы? Можно качать крыльями, например… или бросать дымовые шашки, есть они тут или нет? Наверняка нет, а то бы я знал! Значит, сделаем, оно нам нетрудно. Состав — просто черный порох с избытком угля, можно еще сахара добавить. Надо заранее подготовить чаны для смешивания, а с началом учений посадить народ на алхимию. Сигнальные ракеты тут уже есть, только выбор цветов убогий, придется обойтись всего двумя. Дым, два вида ракет… может, летнаба заставить флажками махать, как сигнальщика на флоте? Что-то я сегодня тупой какой-то — мы же делаем прожекторы, причем и сравнительно маленькие, на двадцать четыре вольта, и это открытая продукция. Значит, на базу завезти десяток фонарей, а уж догадается ли противная сторона себе тоже их взять с целью морзить светом — ее трудности… Ну это пусть, а основная идея наших действий какая будет? Надеяться, что её родит генерал-адмирал, у меня не получалось. Что я могу сказать про Макарова? Хороший флотоводец и рисковый, на грани авантюризма. Вот из этого и будем исходить. Значит, надо заранее построить свои пароходы так, чтобы у Макарова появилась возможность охвата головы нашей колонны. Но не просто так появилась на блюдечке, он может что-нибудь заподозрить, а сопряженная с определенным риском, как у Того при Цусиме. Макаров точно рискнет, а вот тут надо будет хорошо подумать, как плотно заминировать именно тот маршрут, по которому он устремится к победе… Кстати, дым можно использовать, если его напустить побольше, и для завесы — скрыть что-нибудь на пути адмирала, вот только придумать бы что именно. Интересно, найдется в штабе у дяди Алексея хоть пара-тройка толковых офицеров?