Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Величко Андрей Феликсович - Страница 356

— Можно даже не создавать новое, — предложил Гоша, — а использовать то, что мы для сделали для операций с Австрией, «Самшит», кажется?

— Отличное название для внешнеторговой конторы, — восхитился я, — мне даже завидно, что не я придумал. Кто автор?

Молодежь непонимающе смотрела на меня. Так они что, случайно?

— Some shit, — по возможности с лондонским произношением пояснил я. Маша захохотала, Гоша тоже улыбнулся.

— Значит, резюмируем, — сказал он, вставая. — Насчет кому «сам шит», подумаем мы с Машей. Ты начинаешь новые дела с графом. И, кстати, «Пересвет» пусть ты кайзеру подаришь, думаю, Цеппелин поможет с аудиенцией. И в процессе ты намекнешь Вильгельму, что вообще-то я хочу дружить, но Ники против, маман будет в ярости, увы мне… Пусть начинает думать.

Глава 8

Надо будет прямо на обложках наших авиационных наставлений писать «но не держись устава, яко слепой стены!», — подумал я, глядя с пятикилометровой высоты вниз. Там тройка самолетов группы «Южных» явно искала меня, но пока без особого успеха. С «Пересвета» в силу особенностей его конструкции вверх смотреть не очень удобно… но они ведь вообще не смотрели, вот в чем дело! Конечно, залезли на четыре километра, это паспортный предел высоты, и думают, что теперь выше них только господь бог. Однако хрен вам, дорогие товарищи, тут еще и я есть, генерал-майор Найденов собственной персоной!

Я узурпировал себе единственный у «Северных» гражданский «Пересвет» с закрытой кабиной. В ноябре и у земли холодно, а уж на высоте… Правда, пришлось мириться с отсутствием пулемета, но мне он был и не особо нужен. Летнаба я тоже не брал, вместо него был дополнительный запас бензина. Ну и, конечно, маленькая хитрость, с помощью которой я и смог забраться на пять километров — перед взлетом я до предела обеднил смесь своим движкам. Мало того, что упала мощность, так при даче газа на полную еще и начиналась детонация! Покрываясь холодным потом при очередном стуке из моторов, я, играя газами, потихоньку тянул машину вверх. Наконец на двух километрах движки заработали терпимо, потом на трех нормально… К Гогланду я подлетел на пяти. Мне надо было определить, как будет обходить этот остров вражеская эскадра — с севера или с юга. Естественно, Михаил поставил своим пилотам задачу этого не допустить, вот они и старались вовсю, мерзли, бедняги, в открытых кабинах, портили глаза в тщетных попытках углядеть меня сбоку или снизу… Еще одна тройка болталась по другую сторону острова, но там я уже был.

Так, вот и супостат… Он плыл гуськом, колонну возглавляли четыре новейших броненосца — «Ретвизан», «Победа», «Саша Третий» и «Ослябя» (ей-богу, я совершенно ни при чем, что в одном из приказов он именовался «Ослябля», это ошибка писаря). Кто из них кто, я разобрать не мог. Далее шли четыре корабля такой же длины, но заметно ýже — крейсера «Боярин», «Диана», «Богатырь» и «Паллада». Чуть сбоку бодро плыл кораблик чуть поменьше, скорее всего «Новик». Я сосредоточился на головном корабле. Блин, такое впечатление, что эскадра будет не обходить, а таранить остров… Оставалось ждать, запас бензина позволял вести разведку еще пару часов. Но ведь холодно же! Бросив управление и напевая про себя «дуба дам, дуба дам, дуб-дуб-дуб-дам», я захлопал руками и затопал ногами, пытаясь согреться. А каково, однако, пилотам противной стороны, сидящим в открытых кабинах без всяких каталитических грелок? И когда же этот Макаров повернет хоть куда-нибудь, а то ладно я, но ведь его летчики точно в сосульки превратятся… Так, вроде головной поворачивает налево… подождать минут пять для ясности. Точно, и второй туда же повернул! Теперь осталось убедиться, что Макаров не собирается разделять эскадру, это для верности полчаса. А потом на аэродром, и сразу — стакан водки! Хотя чего там мелочиться, после такого полета меньше двух будет опасно для здоровья.

Через полчаса полета впереди показался наш миноносец, выставленный для передачи моего сообщения. Я покачал крыльями, он мигнул прожектором — «вижу вас». Я демонстративно повернул налево. Миноносец снова замигал — «вас понял, эскадра идет южнее острова». Теперь он передаст это по радио в штаб эскадры «Северных».

По приземлении я проверил готовность своей авиации. У нас пока еще никто не летал, я берег самолеты к решающему моменту, и, похоже, правильно — авиагруппа Михаила без всякой нашей помощи уже лишилась двоих, причем один упал в воду. Пилота вроде удалось спасти, но вряд ли ему сильно похорошеет от купания в такое время года…

Нашу эскадру вел якобы генерал-адмирал, а на самом деле Небогатов. Его главный недостаток в данном случае обернулся достоинством — попробовал бы какой-нибудь паршивый генерал-майор, да будь он хоть другом всех великих князей и любовником всех императриц, указывать Макарову! Сразу отправился бы на … или дальше, а Небогатов внимательно меня выслушал, задал необходимые вопросы и сейчас вел эскадру на врага. Задачей моей авиации было в строго определенный момент «ликвидировать» южных разведчиков с востока от нашей эскадры и якобы невзначай отпустить одного-двух с запада. Я ждал, от волнения даже забыв выпить водки — приближался решающий момент кампании.

Наконец пришел кодированный сигнал со «Светланы» — началось! Завыли моторы взлетающих один за одним «Пересветов»… Мне тоже было пора, но, увы, не лететь, теперь мой невооруженный самолет был лишним в воздухе, а плыть… Я отправился на «Забияку», куда незадолго до этого были доставлены чемоданы с моим барахлом — предстояла особая задача.

Тем временем, западнее острова Гогланд обе стороны увидели друг друга. Противник шел кильватерной колонной со скоростью порядка семнадцати узлов. Наши имели более сложное построение — три колонны, слева четыре броненосца, в центре и с небольшим отставанием три современных крейсера, а справа антиквариат, то есть «Минин» с «Памятью Азова». Позади левой колонны суетилась минная мелочь. Курсы эскадр пересекались под острым углом. У Макарова было два пути — одновременным поворотом сразу всех кораблей зайти со стороны антиквариата или, пользуясь преимуществом в скорости, последовательно повернуть западнее курса наших броненосцев. При этом в точке поворота его корабли оказывались под огнем наших, сами имея ограниченную возможность ответить, но зато потом вся его эскадра охватывала голову нашей броненосной группы, а крейсера оказывались в зоне перелетов по основным целям… Макаров выбрал именно этот путь.

А мои самолеты выполняли свою задачу. Михаил сделал ставку на разведку до боя, и я не собирался ему особенно мешать; но вот во время боя его самолеты в небе будут ни к чему. Не факт, что они успеют сообщить Макарову об изменении обстановки, но рисковать не хотелось.

По регламенту учений стороны могли набирать очки тремя способами — уничтожать корабли противника, атаковать «район высадки десанта» и выйти на «пути морского снабжения». Как только Макаров начал свой маневр, Небогатов тут же начал мой…

Это только со стороны казалось, что «Светлана» идет первой в колонне современных крейсеров. На самом деле она их как раз в это время обгоняла на своих почти двадцати трех узлах, и теперь резко повернула вправо. Ее сопровождали три миноносца. Что может подумать Макаров, увидя этот маневр? Что наглая «Света» решила прорваться в район путей снабжения, потому как в эскадренном бою ей все равно ничего не светит… и вряд ли он станет отвлекать на нее огонь броненосцев, скорее отправит на перехват пару крейсеров с миноносцами. И действительно, «Новик» взял чуть правее и начал разгоняться.

Тем временем потихоньку начался огневой контакт — флагман противника «Ретвизан» прошел точку поворота. Ему засчитали три попадания, в результате которых он лишился одной из шестидюймовок правого борта и узла скорости. Начался обстрел идущего вторым «Саши Третьего»… Наши пока обходились без потерь. А «Света» наконец оказалась точно по курсу флагмана! Тут же два миноносца выскочили вперед и подожгли контейнеры с дымовухой — якобы чтобы скрыть «Свету» от прицельного огня противника, а на самом деле — чтобы никто не видел, чем она теперь занимается… Весь наш запас «плавучих мин», то есть здоровенных деревянных чурок, был сосредоточен на «Свете» и оставшемся миноносце — они были завалены дровами чуть ли не по мостик. И наконец начали избавляться от хлама на палубе…