Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Величко Андрей Феликсович - Страница 627

– Это вам, козлам, давно пора все подряд пообрывать, в первую очередь яйца. Холуи хреновы! Мы-то с подругой едем и никому не мешаем, а вы что тут устроили?

Действительно, в соседнем междурядье образовался еще один скутер. За рулем тоже была девушка, но, кажется, не такая красивая, как первая. Которая тем временем продолжала:

– Из-за вашего же барина, чего он рыло-то свое поганое народу не покажет, все тут и стоят! Мужики, это для них менты с перекрестка машины сгоняли, вот и загнали КамАЗ прямиком в троллейбус! Стойте теперь рядом с этой чиновной гнусью, слушайте, как она на говно исходит, что кто-то может двигаться, а ей никак. На у вас же отнятые и уворованные деньги такую задницу отрастила, что ей теперь и по пустой дороге без мигалки и трех машин с шестерками не проехать!

Виктор, сам не понимая, что с ним, смотрел не на выступающую красавицу, а на ее подругу, которая теперь оказалась прямо перед капотом его машины. Эта девушка была не в открытом шлеме, а в интеграле, правда, с поднятым щитком, так что из ее лица можно было увидеть только верхнюю половину, но почему-то молодому человеку это не мешало. Он достал было мобильник и только собрался сделать фото, как скутеристка повернулась к нему и погрозила пальцем.

– Не надо, – произнесла она чуть хрипловатым, но все равно показавшимся Виктору чрезвычайно мелодичным голосом. А какие у нее глаза!

Тем временем в мини-вэне охраны старший выговаривал водителю:

– Вот ведь черт, и кто тебя только за язык тянул! Это же совершенно явная провокация, девка толпу подогревает, причем довольно умело. На видеокамеру-то она попала?

– Только со спины, когда проезжала. А сейчас она, когда в нашу сторону поворачивается, всегда руку вытягивает, вроде как в жесте, а на самом деле закрывает лицо от камеры.

– Командир, может нам выйти? – раздался вопрос сзади. – Чего они нам сделают-то?

– Сиди тихо! – рявкнул старший. – Озверелой толпы никогда не видел? Так смотри, болван, как эта ведьма ее прямо на твоих глазах формирует из подручного материала. А потом, ты уверен, что у нее тут нет пары-тройки сообщников со стволами?

– Вторая – она как бы не оказалась снайпером, – подал голос самый пожилой в машине, полноватый и наполовину лысый дядька. – Взгляд у нее… В общем, встречался я с такими. Кстати, а откуда первая знает, что там впереди? В общем, дело, как я погляжу, серьезное.

Старший взял микрофон и, подав знак замолчать, сказал в него:

– Девушка, я, как старший группы охраны, приношу вам извинения за грубость нашего сотрудника.

– Товарищи, вы слышали? – обратилась скутеристка к уставившимся на нее со всех сторон зрителям. – Думаете, это они меня испугались? Да нет, вас! Их же всего шесть человек в машине! Плюс четыре мента, а пидора в «мерсе» и спьяну за человека не примешь. А вас сколько, прикиньте? Вот и думайте, а мы, пожалуй, поедем, у нас дела. Желаем вам всем приятно тут постоять в хорошей компании, а еще – повысить уровень терпеливости. Потому что мажоры чем дальше, тем больше наглеют, так что ждите, вас скоро при проезде этих «хозяев жизни» заставят из машин выходить и кланяться им в пояс.

Молчавшая скутеристка улыбнулась и подмигнула Виктору. Негромко фыркнули моторы, и два скутера, быстро просочившись меж автомобилей, скрылись в какой-то узкой примыкающей улочке.

Минут через пятнадцать затор начал помаленьку рассасываться, но до того Виктор, как и остальные его невольные коллеги по пробке, с глубоким удовлетворением понаблюдал, как машина гаишников, пытаясь сдать назад, чтобы можно было хотя бы открыть двери, задела шишкин мерс. Потом помаленьку началось движение, и в семь вечера Калюжный наконец-то оказался дома. Он покормил кота и попытался начать придумывать, чем бы таким разбавить написанную про этого хвостатого повесть, дабы придать ей требуемый издательством объем, но в голову лезли совсем другие мысли. Написать, что ли, авантюрное фэнтези про прекрасную… Тут Виктор задумался. Принцессу? Нет, что-то не тянет. Воительницу? Да, пожалуй, мельком увиденная незнакомка на скутере именно ее и напоминала.

Выходные прошли в непрерывных муках творчества. Пока Калюжный писал, текст вроде казался ему довольно неплохим, но стоило чуть отвлечься и вспомнить ту девушку, а потом глянуть на свою убогую писанину, как рука сама направляла мышь к кнопке «закрыть», после чего тыкала в «нет» всплывающего вопроса, нужно ли сохранять изменения в документе.

Наконец к вечеру воскресенья Виктор, решив временно прекратить безуспешные попытки что-то сотворить, вышел прогуляться по Москве. И когда он свернул на Ореховый проезд, уже собираясь возвращаться, вдруг увидел…

По противоположной стороне улицы шли они. Да, те самые девушки, только теперь они были без скутеров. Вот вторая мельком глянула в сторону Виктора. Кажется, она его узнала! Во всяком случае, что-то сказала своей спутнице. Та обернулась, рассмеялась, и подруги свернули направо, к стоящим прямо у края проезжей части гаражам. Плохо соображая, что он делает, Виктор, чуть не попав под автобус, перебежал дорогу и успел заметить, как подруги зашли в третий с краю бокс, дверь которого оставалась открытой. Чувствуя, что он явно творит какую-то глупость, Виктор шагнул в открытую дверь, за которой была темнота. И вдруг вспыхнул яркий свет, представив глазам потрясенного писателя картину, от которой тот на пару минут просто выпал из реальности.

Он находился вовсе не в стандартном железном гараже, а в существенно большем помещении, правда, без окон. Но самое главное – никакой двери за его спиной не было! Там имелась покрашенная в зеленый цвет стена, у которой стояли три неприветливого вида автоматчика в незнакомой форме. Из-за стола в центре комнаты поднялась дама средних лет.

– С возвращением, девочки, – улыбнулась она, – и объясните мне, пожалуйста, зачем вы притащили сюда филера, да еще такого зеленого?

– Это не филер, – фыркнула та, из-за которой Виктор тут и оказался, – это поклонник, они же липнут к мадемуазель Жозефине, как мухи. То герцоги, то премьеры.

– Не виноватая я, он сам пришел! – всплеснула руками красавица, которую, как оказалось, звали Жозефина. – И он явно не герцог, к сожалению. Потому как, дорогая моя Герда, сюда он прибежал не за мной, а за тобой!

– Да, – кивнула дама, – это так. Действительно, молодой человек не был завлечен к нам силой, угрозой или обманом, так что формально к вам, девочки, претензий нет.

– Скажите, – обратилась красавица к Виктору, – вы точно не герцог?

– Н-нет… – с трудом выдавил из себя Калюжный.

– То, что не премьер, это и так видно… Может, вы хотя бы барон? Ну или писатель?

– Д-да… – начал потихоньку приходить в себя Виктор.

– Что «да»? Вы действительно писатель?

– Да, я писатель, – наконец справился с заиканием молодой человек, – и довольно известный, между прочим. – Если бы он добавил «в узких кругах», это вообще было бы чистой правдой. – Пишу фэнтези. – Тут Виктор запнулся и неизвестно зачем добавил: – Последняя и самая лучшая моя книга – про кота-попаданца.

– Однако, – покачала головой дама, – хоть дело и на контроле у дяди Жоры, но о таких вещах следует доложить немедленно. Девочки, вам, кажется, опять повезло. Подождите меня минут пять.

С этими словами дама вышла.

А затем был трехчасовой допрос, правда, в предельно вежливой форме, в процессе которого Виктора заодно и просветили, что он теперь самый натуральный попаданец.

– Раньше чем через две недели вернуть вас обратно мы не сможем, – объяснила ему дама в конце беседы. – Но в том мире пройдет только несколько часов, так что ваш кот даже не успеет проголодаться. А две недели здесь можно провести по-разному. Первый вариант – вы все это время просидите в соседней комнате, она оборудована санузлом. Есть и пить будете, на что хватит вашей фантазии, хоть черную икру килограммами и шустовский коньяк литрами. Никакими дополнительными условиями ваше возвращение домой в этом случае обставлено не будет, ибо вы при всем желании не сможете рассказать ничего вразумительного.