Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Величко Андрей Феликсович - Страница 833

Глава 7

Император слушал генерал-прокурора Сената Ягужинского вполуха – ибо цифры, которые пытался донести до высочайшего слуха Павел Иванович, были уже известны его собеседнику, и он просто ждал, когда докладчик перейдет к выводам. Которые, впрочем, совершенно явно из тех самых цифр вытекали. Ага, вот, кажется, потихоньку приближается суть…

– Таким образом, Баку с городками ежегодно обходятся нам как минимум в полтора миллиона рублей, а если сюда добавить неявные траты, коих, однако, не случилось бы, не займи Россия эти территории, то выйдет почти два. Прибыль же не превышает полумиллиона рублей.

Тут генерал-прокурор сделал паузу, видимо, считая, что вывод император способен сделать сам. Действительно, тот привстал, посмотрел в окно, после чего поинтересовался:

– А вот во сколько, хотелось бы мне знать, обходится казне город Санкт-Петербург? И какая от него на сегодняшний день получается прибыль? Боюсь, что цифры тут получатся даже более вопиющие. И что теперь – сжечь его и уйти с балтийского побережья? Нет, деньги для того и предназначены, чтобы их тратить. С толком, разумеется.

– Так я же и пытаюсь доказать, что никакой пользы для державы от тонкой полоски земель, коей она владеет по западному берегу Каспия, нет и в обозримом будущем не появится! А вред есть, и немалый. Даже если не вспоминать про деньги, то ведь люди в гарнизонах мрут от болезней! Больно уж там места нездоровые.

– Там джунгли или болота? – хмыкнул молодой царь. – По-моему, нет. Прекрасные места, а заболеть от дурной пищи и грязной воды можно где угодно, сие уже зависит не от климата, а от интендантской службы. На данную тему я уже имел беседу с генерал-аншефом Румянцевым, в прошлом году вернувшимся из тех краев. Так вот, он считает, там давно пора кое-кого повесить и болезни прекратятся сами собой. В общем, мое решение остается неизменным – Россия с западного берега Каспийского моря не уйдет. Ну а что это пока узкая полоска – действительно нехорошо. Значит, надо думать о том, как ее сначала укрепить, а потом расширить. Еще раз повторяю – это окончательное решение, и Сенату отныне надлежит озаботиться тем, как его наилучшим образом исполнить. У вас есть вопросы по этому поводу, господин генерал-прокурор?

Император специально выделил обращение на «вы».

– Пока нет, ваше величество. Но не могу обещать, что их и далее не будет. Разрешите идти?

– Иди, Павел Иванович, и постарайся мне поверить – я знаю, что делаю. России действительно нужны те земли.

Здесь Новицкий нисколько не кривил душой. Да, земли действительно нужны. А вот для чего – это уже другой вопрос, и далеко не столь бесспорный.

Можно, конечно, поступить с ними так, как Анна Леопольдовна в изучавшейся Новицким истории. То есть в конце концов отдать их Персии на фиг, нехай подавится, но не задаром, а в обмен на обещание продолжать войну с Турцией до победного конца. И не отдавать никому полученные назад Баку с Дербентом.

Сергей подозревал, что тогда Россия сильно продешевила. И, кажется, понимал – почему. Да потому, что настроения, кои только что озвучил Ягужинский, тайной ни для кого не являлись! Персия знала, что русские и сами хотят уйти с западного берега Каспия, поэтому не собиралась платить хоть сколько-нибудь серьезную цену. Обещание продолжать войну было нарушено уже через год. Правда, второе все-таки оказалось выполненным, но просто потому, что передавать Баку с Дербентом было некому.

Теперь же все заинтересованные лица узна́ют, что молодой император настроен зубами вцепиться в каспийский берег, как будто это его личное любимое поместье. И, значит, если дело все-таки дойдет до переговоров о передаче, то требовать за такую прекрасную вещь можно будет куда больше, и под серьезные гарантии. Это был один вариант, но он Новицкому не очень нравился. Сразу вспоминалась «царская морда» из кинофильма «Иван Васильевич меняет профессию». Действительно, люди старались, завоевывали, а он, Петр Второй, вот просто так возьмет и отдаст? Некрасиво, это раз. И там много нефти, это два.

«Может, – прикинул Сергей, – отдать те земли не насовсем, а в лизинг? То, что здесь пока никто не знает, что это такое, не страшно». Да, но и сам он тоже не больно-то в курсе, что за лизинг такой и с чем его лижут! Нет уж, надо поступить проще. В нужный момент торжественно пообещать передать Персии западный берег Каспия сразу после победного окончания ее войны с Турцией! Пусть стараются, воюют, все равно ничего не выйдет. Но не задаром, разумеется, передать, а в обмен на бесплатные поставки нефти в таких-то количествах. И на ближайшем же большом приеме продемонстрировать, насколько лучше свечей светят керосиновые лампы. А то, что оный керосин каким-то хитрым образом получается из нефти, – это пусть проболтается кто-нибудь из подчиненных Нулина. Само собой, не бесплатно, а то ведь мало того что это будет как-то неправильно, так ведь могут и не поверить. Тут, кажется, уже суетилось французское посольство? Вот и прекрасно, пусть Василий прикинет, кто из лакеев не устоит перед соблазном и какими тысячами будет измеряться этот самый соблазн. Чтобы, значит, французы и не пытались предлагать какие-нибудь копейки, а то ведь с них станется.

Однако пока, судя по очередному докладу коменданта Летнего дворца, подданные короля Людовика особой активности не проявляли. Узнать-то они, конечно, много чего хотели, но на халяву, ибо с деньгами у них было туго. В отличие от ганноверцев, которые нищетой не страдали и за последнее время развили бурную деятельность. Собственно, это было не первое сообщение про их активность. Тогда, помнится, Новицкий даже удивился – эту страну и не на всякой карте сыщешь, потому как она не только незначительная, но и просто мелкая. И куда, спрашивается, лезут? Но Миних объяснил, что ныне Ганновер выступает не сам по себе, а в качестве неофициального представителя Англии. Потому что династия Стюартов, до начала восемнадцатого века правившая Англией, пресеклась со смертью королевы Анны, у которой не было прямых наследников. И английским королем стал ганноверский курфюрст Георг, чья мать была внучкой Якова Первого. Сейчас Англией правит его сын, Георг Второй, который тоже по совместительству является еще и ганноверским курфюрстом.

– Выходит, в данный момент Англия прячется за широкой спиной Ганновера? – уточнил тогда Сергей свое видение ситуации.

– Так оно и есть, – посмеявшись, подтвердил Христофор Антонович.

«А неплохо они придумали, – сообразил Новицкий. – Надо будет перенять прогрессивный опыт британцев. Вот, например, недавно вернувшийся Беринг открыл в море своего имени довольно большой остров Святого Лаврентия. Что мешает объявить эту землю королевством, а себя, соответственно, его королем? Там ведь даже какие-то аборигены живут, так что королевство будет самым настоящим. Мало ли где и по каким причинам лаврентьевское посольство окажется выгоднее российского! Пусть Россия при случае тоже сможет за кого-то спрятаться».

Однако все это было делом достаточно далекого будущего, а сейчас Нулин докладывал про художества англичан, творимые от имени Ганновера.

Они, оказывается, недавно начали шастать по кабакам, где поили русских матросов до полной отключки, а потом подсовывали на подпись бумагу, по которой их собутыльники вдруг оказывались завербованными в американские колонии.

Сергей уже далеко не первый день пребывал императором, так что мысли выразить возмущение по дипломатическим каналам у него даже не мелькнуло – все равно толку не будет. Вербуют, гады? Надо подумать, какую из этого можно извлечь пользу. А чтобы не страдали случайные люди, не помешает организовать нечто вроде особого патруля.

– Думается мне, Вася, что тебе не составит труда найти мужиков, сильно крепких в питии, – предположил царь, – таких, чтобы они сами могли споить кого угодно, оставаясь при этом в относительном сознании.

– Есть у меня на примете такие, государь.