Таракашка в моей голове 2 (СИ) - Берг Ая - Страница 28

***

В больнице чаще всего сидела Настя. Почти постоянно, каждый день. В неврологии посещения были строго по графику и только для родственников, но Андрей сумел договориться через Дарью. Сам в отделении не показывался, боялся Тайкиной реакции, а Настя… Настя, которую Тая всегда даже в глаза называла занудой, сидела около ее постели часами и молча держала за руку или гладила по волосам.

Иногда она что-то рассказывала. Будничное, незначимое. Какая погода за окном, какие сплетни в мире звезд, какие подковерные игры ведут у них на кафедре.

– Понимаешь, у них ни одной научной работы за последний год. А этот мальчишка аспирант, уже три исследования опубликовал, причем одно на английском. Проходные! Фигня всякая, но индекс-то идет, – сама Настя работала на коммерческих проектах и научной карьеры не делала, но многие из ее друзей-ботаников вели практические исследования, писали диссертации. – И они давай его затирать! Прикинь, затирать повышением! Это ж еще додуматься надо! Не даром все кандидаты наук, сволочи… Они сейчас его повысят, на той кафедре, куда он просился, ему должности по разнарядке не будет! И все! Останется с ними, как миленький! Они будут свое имя в его статьи вписывать и платить ему копейки, заманивая докторской когда-нибудь…

– Настя, – вдруг тихо прошептала Тая, – он приходил?

Настя вздрогнула. Это были первые Таины слова в больнице. Нет, она отвечала на вопросы докторов и медсестер. Сколько ей лет, как зовут, какое время года… Но ничего про Серегу. Ничего про свое состояние.

– Сережка в квартиру приходил? – еле слышно повторила свой вопрос Тая.

– Нет, – Настя покачала головой. – Хотя, может, я не знаю, – излишне бодро пожала плечами. – Я же тут, у тебя. А мальчишки могли и не сказать…

– Он должен был, – Тая скрючилась на постели. – Он говорил, что больше двух недель без меня прожить не сможет… – девушка снова замолчала, а Настя почувствовала, как у нее что-то холодеет под желудком. – Настя, – снова позвала ее Тая. – Где он?

– Хочешь, я ребят спрошу? – Настя скривилась, пытаясь сдержать слезы.

Тая медленно покачала головой и снова отвела взгляд. Больше она ничего говорить не хотела, а Настя – не могла.

***

Лечение дало результат. Через двадцать один день Тая вышла из больницы. Бледная, но уже без кругов под глазами. Она старательно избегала разговоров о том, что случилось, но на бытовые темы общаться не отказывалась. Лешка договорился с Татьяной – поехал забирать ее.

Тая на секунду замерла перед синим внедорожником, который был записан на Татьянину тетку. Хмыкнула:

– А у тебя все хорошо, да? – ответа она не ждала, равнодушно села в машину.

Глава 35

Леха нахмурился, откашлялся. Ему почему-то стало стыдно.

– Мы в институт справку отнесли, – ляпнул он. Просто не знал, о чем с ней говорить. – Ты не переживай, там диагноз закодирован…

– Зачем? – перевела на него бесстрастный взгляд.

– Ну… Чтобы тебе разрешили сдать диплом в сентябре.

– Не нужно, – пожала плечами. – У меня все готово, – посмотрела на Лешку. – Ты знаешь, когда у меня защита стоит?

– Если честно – нет, – нахмурился тот.

– А можем заехать?

– Прямо сейчас?

Тайка смотрела на него требовательно.

– Ну, – стушевался, – давай заедем.

Проложил в навигаторе маршрут к ее корпусу и развернул машину на ближайшем светофоре.

***

– Тая! – к ней кинулась неизвестно как оказавшаяся в корпусе Юлька.

Тая дернулась, отступила на шаг, молча и почти враждебно уставилась на подругу. Леха понял, что надо вмешаться:

– Извини… Юля? – та кивнула. – Тая не очень хорошо себя чувствует, – Лешка оттеснил девушку подальше, давая Тайке спрятаться за его спину. – Нам просто на кафедру зайти надо.

Юля нахмурилась, отошла.

– Ты чего так? – обернулся к Тае, когда они свернули на лестницу. – Подруга же вроде?

– Юлька? – уточнила Тая равнодушно. – Она с особым удовольствием спляшет на моей могиле, – от этой фразы Леху передернуло. – Завистница и сплетница.

Лешка нахмурился, но комментировать не стал. Они подошли к кафедре.

– Здравствуйте, – к Лехиному удивлению Тая спокойно вошла и громко со всеми поздоровалась.

– Здравствуйте, Таисия! – ее научрук, к счастью, был здесь.

Мужчина приподнялся, замер. Дежурная улыбка сползла с его лица, преподаватель нахмурился. Тайка не обратила на все эти гримасы никакого внимания. Леха понимал его, как никто. Ему в обществе Таи тоже было сложно. Даже местами жутко. Язык не поворачивался теперь звать ее Тайкой и уж тем более таракашкой.

– Здравствуйте, – Тая уверенно села за его стол. – Мой двоюродный брат, – подняла на Лешку глаза, – писал заявление за меня. О переносе защиты.

Лешка отвел взгляд. То, что он ей не брат, понимали все, и тогда, и сейчас.

– Да, – научрук кивнул. – У вас уважительная причина, так что, – развел руками, – никаких проблем.

– Да, только вот я из больницы вышла раньше и готова защищаться. Можно все-таки сейчас? – она смотрела прямо, открыто. Казалось, ее ничуть не смущало ни упоминание про больницу, ни закодированный диагноз в справке, который легко искался в интернете.

– Давайте зайдем к декану, – научрук опустил глаза, зачем-то взял какие-то бумаги со стола. – Вообще ваш поток уже прошел, но, я думаю, для вас можно сделать исключение… Скульпторы еще не защищались, – пожал плечами мужчина.

Тая удовлетворенно кивнула, встала.

Декан дал добро. Долго и внимательно смотрел на Леху, на Таю, потом почему-то снова на Леху, но в конце концов кивнул.

– Хорошо, – снова проницательный взгляд на Таисию. – Вы талантливый художник и хорошая студентка, пойдем вам навстречу.

Защиту ей назначили через три дня.

***

Лешка привез ее домой, зашел вместе с ней в квартиру. Девчата там, конечно, прибрались. Собрали в стопки все, что было разбросано, подобрали кисти, планшет, клавиатуру… Даже проверили, работают ли. Вроде включались.

На ночь к ней должна была прийти Настя, а пока, до семи в квартире собирался поторчать Леха. Он прошел из комнаты в комнату, зачем-то открыл холодильник, включил чайник, вернулся в Таину спальню. Жилище будто осиротело. Отчего-то казалось пустым и нежилым. «Хоть бы Ираида Львовна вернулась», – подумал Лешка, хотя не факт, что присутствие матери пошло бы Тае на пользу.

Таисия подошла к своему столу, окинула его изучающим взглядом, потянулась к бумагам. Достала из стопки прошитый диплом, какие-то рисунки. Села, разложила по столу.

Лешка от нечего делать потянулся к одной из папок в стопке, решил посмотреть:

– Можно?

Тая как-то по-птичьи повернула голову, долго смотрела на эту папку, в конце концов отозвалась:

– Можно…

Лешка стащил резинку, открыл обложку и замер… Целая папка Серегиных портретов. Леха шумно сглотнул. Очень пожалел, что полез в рисунки, но резко закрывать и убирать не рискнул. Вытащил наугад один – тот самый, где Серый сидел с обнаженной спиной за столом. Нахмурился, посмотрел на дату.

– Тогда еще ничего не было, – Тая проследила за его взглядом и каким-то образом угадала, о чем он думал. – Все началось сильно позже, – отвернулась, горько усмехнулась. – Когда рисовалось это, он отказывался позировать и стеснялся передо мной раздеваться.

«Значит, действительно не врал», – Леха вспомнил их последний разговор с Серым, поморщился.

– Ты знаешь, где он? – тихо спросила Тая.

– Нет, – так же тихо отозвался Лешка. – Он почти сразу съехал, телефонный номер сбросил…

– Точно как твоя Татьяна, – опять хмыкнула Тая.

Лехе стало стыдно. Ведь действительно... Так же, как его Татьяна. И Серый год назад землю рыл, чтобы ему, Лехе, дать шанс… А он? А он просто наорал на друга. Когда тому было дико херово.

Пальцы сами собой выудили еще один рисунок из папки: на портрете Серый смеялся и смотрел на зрителя нежным, влюбленным взглядом. Леха никогда его таким не видел. Тая это выдумала? Или таким Серегу видела только она?