Второй первый брак - Аркади Алина - Страница 2

Лишь киваю, покидая кабинет и встречаясь на выходе с ехидной ухмылкой помощницы босса. Ещё год назад я бы непременно съязвила, поставив женщину на место, но сейчас мне откровенно плевать на косые взгляды и шёпот за спиной. Открыто выступать никто из них не осмелится, а то, что дружный серпентарий говорит за моей спиной, там и остаётся.

Еду в такси, обдумывая варианты действий по поиску законного мужа, и молюсь, чтобы вместе с копией свидетельства о браке мне как жене выдали свидетельство о смерти. Желание не радужное, но вполне искреннее.

Возвращаюсь к взгляду Татьяны, мысленно злорадствуя. В компании «ГромСтрой» я работаю почти три года. Прохоров всегда оценивал мою деятельность на пять с плюсом, в меру нахваливая и так же порицая за ошибки. Но шесть месяцев назад его отношение кардинально изменилось: он стал выделять меня среди сотрудников, не скупясь на похвалу и поручая самые сложные и, соответственно, финансово выгодные проекты. В своих способностях я не сомневалась, но мгновенно заслужила гнев коллег, сетующих на расположение босса ко мне.

В какой-то момент по офису пополз слух, что благосклонность Прохорова мне досталась известным как мир способом – через постель. И несмотря на то, что Леонид Олегович и в пятьдесят шесть привлекателен, я поспешила всех разочаровать. Несомненно, он ещё способен привлечь внимание женщин, но о хождениях босса налево никогда не шептались, а крепкому браку завидовали многие. Его жена часто появлялась в офисе, и Прохоров всегда встречал её с улыбкой. Лично у меня сложилось впечатление, что у пары довольно тёплые отношения, которые они сохранили за время брака. Единственное, чего им не хватало, – общего ребёнка. Лишь потом одна из коллег поделилась со мной историей: незадолго до встречи с Ариной Леонид Олегович попал в аварию. Он получил множественные травмы, одна из которых лишила его возможности иметь детей. По этой причине он был рад наличию у жены сына Вадима, которого воспитывал как своего.

Полгода назад босс пригласил пасынка на корпоратив, где и познакомил нас. Вадик оказался довольно привлекательным мужчиной, располагающим к себе людей и способным обаять женщину, но быстро разочаровывающимся в отношениях и переходящим к следующему объекту. По какой-то причине со мной он задержался надолго, поддерживая отношения всеми известными способами. Не скупился на подарки, поездки и развлечения, разжигая во мне тёплые чувства и вызывая привычку. Лишь спустя четыре месяца я узнала, что все шаги в отношении меня были инициированы Леонидом Олеговичем, который настоятельно советовал пасынку связать со мной жизнь.

Лишних вопросов я не задавала, решив, что приглянулась семейству Прохоровых как выгодная партия для сына. Не в плане материальных благ, просто я спокойно переносила апатию Вадима и нежелание двигаться с места, его забывчивость, непунктуальность и часто равнодушие к самой жизни. Наверное, когда испытываешь к человеку лишь симпатию, не обременённую глубокими чувствами, тебе в принципе всё равно. Его недостатки вполне терпимы, да и сам Вадик безобидный и податливый.

Две недели назад Прохоров заговорил о браке, настоял на том, чтобы пасынок сделал мне предложение и ждал моего ответа с таким воодушевлением, будто в ЗАГС пойдёт он. Я согласилась, решив, что лучшего варианта судьба мне не подкинет и нужно брать Вадика, который не будет мне мешать строить карьеру и двигаться в заданном направлении. Но сегодня разочарование постигло меня и Прохорова. Что касается жениха, мне показалось, он был рад.

Подъезжаю к ЗАГСу, второму за сегодня. Сейчас меня интересует копия свидетельства о браке, которую мне выдают через полчаса. Взглянув на фамилию мужа, заливаюсь смехом в холле, сгибаясь пополам, тем самым поймав на себе недовольные взгляды ожидающих в очереди. Чёрт, Надька будет хохотать громче, чем я, всю оставшуюся жизнь, подтрунивая и вспоминая моего «мужа».

Поэтому пишу сообщение, что освободилась раньше, и приглашаю подругу в гости. Оставляю без ответа её вопрос, на какую дату назначена регистрация, потому как даже Надя, с которой мы прожили пять лет в одной комнате, не в курсе моего семейного положения.

Но, прежде чем отправиться домой, спешу к человеку, который может не только рассказать что-то о моём муже, но и указать его нынешнее местоположение. Оказавшись у нужного подъезда, поднимаюсь на третий этаж и нажимаю на звонок квартиры.

Мы не виделись с Тихоном сто лет. Компанейский и лёгкий на подъём, он редко бывал на парах, участвовал в семинарах и студенческой жизни, но получил красный диплом с отличными оценками к удивлению многих. Всегда «под чем-то», Тихон никем не воспринимался всерьёз, заслужил прозвище «Фигаро», которым даже гордился. Именно он стал инициатором моего брака, именно он и поможет мне отыскать мужа.

– Вам кого? – Передо мной появляется женщина с грустными глазами, в которой я с трудом узнаю мать бывшего однокурсника.

– Здравствуйте. Мне бы Тихона, – стараюсь улыбнуться, но женщина не реагирует, лишь опуская глаза в пол.

– Мне бы тоже, – тяжело вздыхает, и улыбка сползает с моего лица. Чувствую, что сейчас она произнесёт нечто неожиданное. – Умер он. Три года назад. На Котляровском похоронен. Если хочешь, сходи.

– Схожу… – мямлю в ответ, понимая, что матери Тихона плевать на мои обещания и поездки. По-моему, ей на всё наплевать. – Извините за беспокойство. – Мечтаю ретироваться, чтобы не смотреть в тоскливые глаза женщины, которая не спешит скрыться в квартире, оценивающе на меня посматривая.

– Ты не верь, если тебе скажут, что он наркоманом был. Не верь, слышишь? – летит мне в спину, когда я оказываюсь на лестничной клетке между третьим и вторым этажом.

Я бы и не поверила, если бы точно не знала, что причиной смерти Тихона стали именно наркотики. Уверена, мать о проблеме знала, но повлиять, вероятно, была не в силах. Отчего-то сразу вспоминается улыбчивый и всегда позитивный рыжий парень, который нравился всем без исключения. Отгоняю образ Тихона, вновь сосредотачиваясь на своей проблеме, которую теперь однозначно придётся решать собственными силами. И начать необходимо с главного – выяснить, где проживает мой «муж».

Глава 2

– Вот интересно: дружим с первого курса, в одной комнате прожили пять лет, а о том, что ты замужем, даже я не знала. – Надя, насупившись, сверлит меня взглядом, а я чувствую себя предателем, который скрыл от близкого человека важную информацию. – Несправедливо, Марта Игоревна.

– Я забыла об этом.

– Как можно забыть, что вышла замуж?

– Очень просто: когда не прочувствовал, не прожил момент, он будто стирается из памяти, отходя на второй план. Если бы не подача заявления с Вадиком, я бы и не вспомнила.

– Март, а у тебя признаков Альцгеймера не наблюдается?

– Не перегибай, ладно? – делаю кофе, выставляя кружку перед подругой и приготовившись к допросу. А он будет, потому как любопытная Надя не успокоится, пока не выяснит все подробности.

– Я жду, – напоминает, что обязана с ней поделиться загадочной историей своего замужества.

– Помнишь последний курс, когда плату за обучение подняли вдвое и поставили нас всех в ограниченные рамки? – Подруга кивает, потому как её родителям тоже пришлось непросто в поисках средств. – Я тогда днём на занятиях была, вечером официанткой работала, рефераты и контрольные на заказ делала. В общем, крутилась как бешеная белка, стараясь заработать денег. Ты тогда ногу сломала и три месяца провела дома. В один из вечеров ко мне в комнату Тихон забрёл. А я была измотанная и не понимающая, что делать. Он спросил что-то, а я в слёзы. Рыдала на его плече, жалуясь на безвыходную ситуацию. Обидно было вылететь на последнем курсе, когда диплом почти в руках. Он слушал и по голове меня гладил. И я-то решила, что из жалости вытирал мне сопли, но через неделю пришёл ко мне в кафе и сказал, что нужно выйти замуж, а за это мне заплатят триста тысяч.

– Серьёзно? – Надя давится напитком, расплёскивая по столу. – Смахивает на подставу.