Второй первый брак - Аркади Алина - Страница 7

Впервые слышу о такого рода планах компании, и что-то мне подсказывает, что Прохоров юлит и посещение презентации нужно ему для чего-то другого.

– Хорошо, – соглашаюсь, не желая спорить с тем, кто более чем спокойно отнёсся к моему вскрывшемуся браку. Да и в Питере я была года три назад, не мешало бы вновь погрузиться в атмосферу города. – Полечу утром в пятницу, чтобы вечером успеть на мероприятие. Кстати, где оно состоится?

Передо мной ложится буклет компании «Северус», где на обложке красуется мужчина за тридцать. Решаю, что это нанятая для оформления модель, но перемещаю взгляд и читаю подпись: «Глава компании «Северус» – Мартов Михаил Артемьевич». Едва не прожигаю взглядом бумагу, снова и снова вчитываясь в имя и рассматривая мужчину, который по всем признакам и является тем самым Мартовым номер три, из-за которого я и лечу в Питер. На следующей странице краткая биография, где указана дата рождения Мартова, совпадающая с той, что значится в свидетельстве о браке.

– Это шутка? – трясу буклетом перед Прохоровым.

– Ты о чём? – Леонид Олегович действительно не понимает, о чём речь.

– Знаете, как зовут моего мужа? Мартов Михаил Артемьевич. Оказывается, всегда есть люди, у которых идентичные имена и даты рождения. В моём списке таких оказалось трое, и он, – поворачиваю картинку к Прохорову, – третий.

Босс отбирает буклет, долго смотрит картинки, возвращаясь к фото главы «Северуса», а затем поднимается и вновь прилипает к окну.

– Ты с ним знакома? – понимаю, что он имеет ввиду Мартова.

– Нет. Пять минут назад впервые увидела.

– Как поступило предложение стать его женой?

– Друг у меня был… Однокурсник, точнее. Именно он и пришёл с предложением стать женой одного знакомого за приличную сумму. Я находилась в безвыходном положении, поэтому согласилась. К тому же Тихон пояснил, что никаких контактов с мужем не требуется. Приехала в ЗАГС, поставила подпись, получила деньги. Всё.

– Можно расспросить этого Тихона, где он с Мартовым пересёкся?

– Нет. Умер. От передозировки несколько лет назад. Я к его матери на днях ездила.

– Не вовремя умер… – произносит Прохоров почти шёпотом, но звенящая тишина, на удивление не прерываемая никем из сотрудников, позволяет услышать.

– Что-то не так? Вы знаете Мартова?

– Я? Нет, конечно. С чего ты взяла? – недовольно прыскает, отводя взгляд. Не хочет босс делиться догадками или же на самом деле знает больше, чем говорит. – Но советую тебе развестись с ним как можно скорее. Можно, конечно, пойти в суд, подать заявление… Но ты сама знаешь, что всё может затянуться: пока подашь, пока назначат заседание, пока его искать будут. Лучше сама: быстро и мирно. По факту вас ничего не связывает. Главное, сразу объясни, что на его собственность не претендуешь. В твоём случае ему и претендовать не на что.

Так Леонид Олегович тактично намекает, что за последние пять лет я не смогла приобрести квартиру и машину, передвигаясь на метро и красном «жуке» Нади, которая всегда с радостью сопровождает меня.

– Я могу идти?

– Иди, Марта. Это возьми, – протягивает буклет.

Остаток дня занимаюсь скопившимися делами, периодически поглядывая на симпатичного мужчину на картинке. В принципе, Мартов вполне в моём вкусе, и при других обстоятельствах мы могли быть гармоничной парой. Вот только узнай он мою подноготную, вряд ли бы визжал от восторга: мать-алкоголичка и прочерк в графе «отец». Не слишком положительная биография для жены состоятельного человека. Хотя Прохорова это не останавливает, наоборот, иногда мне кажется, что он подобным фактам рад. Причина мне вряд ли станет известна.

Набираю несколько раз Вадика, который скидывает звонок. Не знаю, обижен ли он за ситуацию в ЗАГСе, но последние два дня отказывается разговаривать. Это не впервые, поэтому не считаю нужным переживать об эмоциональном состоянии будущего мужа. Сам придёт и сделает вид, что ничего не произошло. Любого рода ссоры энергозатратны для того, кто всегда говорит монотонно и мало. В какой-то момент Вадим у меня начал ассоциироваться с предметом мебели, который редко издаёт звуки. И если бы я испытывала к нему хоть какие-нибудь чувства, непременно приложила бы усилия, чтобы растормошить и вовлечь в нормальные отношения, но в общем и целом сложившаяся картинка меня устраивает.

Приезжаю в съёмную квартиру, которая, к моей радости, скоро перестанет быть местом проживания, потому что Леонид Олегович настоял, чтобы мы с Вадиком переехали в их загородный дом. Вероятно, отчим именно таким образом желает контролировать нашу семью, или же данный момент необходим, чтобы босс подталкивал пасынка в нужном направлении. В любом случае смена жилищных условий на более комфортные меня устраивает в полной мере, и в графе «расходы» можно вычеркнуть пункт «аренда квартиры».

Настойчивая трель оповещает о гостях, поэтому плетусь к двери, предполагая увидеть Вадима, но за ней нетерпеливо топчется подруга.

– Ну что? Отпустил Прохоров в Питер?

– Конечно, – жду, когда она небрежно скинет сапоги, разбросав по прихожей. Поднимаю обувь, пристраивая на полку, и иду на кухню, где Надя уже колдует над кофе. – Кстати, смотри.

Выкладываю буклет, Надя с интересом его рассматривает, листая плотные странички и читая по диагонали.

– Это что?

– Читай, – указываю пальцем на подпись под фото Мартова.

По мере того как подруга исследует глазами буквы и до неё доходит смысл, удивление явственно читается на лице.

– Это он, что ли? Твой муж?

– Он самый.

– Ну, знаешь, а он симпатичный. – Надя отодвигает и вновь приближает буклет, теперь уже дотошно исследуя моего «мужа». – Я бы даже сказала, красивый. Правильные черты лица, чувственные, в меру полные губы, а глаза, – разворачивает картинку, которую я сегодня, кажется, изучила вдоль и поперёк, – пронзительный взгляд, приправленный загадочностью. Только причёска: стрижка простая, короткая, ему бы что-то более модное, удлинённое, иначе лицо кажется слишком круглым.

– Обязательно передам ему твои замечания, – подтруниваю над подругой, которая разбирает мужчину по молекулам. – В пятницу. Прямо с порога и скажу: «Товарищ муж, моя подруга недовольна вашей стрижкой. Не соблаговолите ли вы исправить сей момент?»

– И аккуратная короткая борода, – добавляет Надя, всё ещё сверля взглядом картинку.

– Ещё пожелания будут, мадам?

– Пока что мисс, – поправляет, – но уже скоро я это исправлю.

– Это как?

– Обычно. Лёшка вчера пришёл, я ему и сказала, что согласна выйти замуж. Сегодня подали заявление. Свадьба первого июня.

– Ты рада? – задаю вопрос с опаской, потому как подруга слишком спокойна для такой грандиозной новости.

– Очень, – лыбится, как сумасшедшая, – но ещё больше радовались Лёша и мои родители. Мама уже обзвонила всех родственников.

– Поздравляю, – сжимаю её в объятиях, пока она не начинает пищать. – Вот у тебя действительно по любви. Как полагается.

– И у тебя может быть, – машет буклетом. – Красивый мужик, Март.

– Уверена, последние пять лет этот красивый мужик жил полноценной жизнью, не отказывая себе в удовольствиях. И твоя теория, что он «не такой», с треском рухнула, потому как невооружённым взглядом видно, что он натурал. У него должны быть веские причины, чтобы не задуматься о разводе и не искать меня долгих пять лет. Но уже в пятницу я постараюсь выяснить, что с моим «мужем» не так.

– Ты уверена, что он проживает по тому адресу, что Лёша написал?

– Нет. Но это не важно, потому что в пятницу я должна посетить презентацию нового проекта его компании. На этом настоял Прохоров, он же дал буклет, на котором изображён мой муж. Приду на мероприятие, посмотрю на него со стороны, оценю, как лучше подойти обговорить развод, а потом перейдём к конкретике.

– Думаешь, всё будет просто?

– Наоборот. Что-то мне подсказывает, что проблем не избежать. Не знаю, насколько они будут масштабными, но придётся справляться. В противном случае Прохоров подыщет Вадику другую невесту, и я останусь за бортом.