Где начинается радуга? Часть 3 (СИ) - Леухина Ирина - Страница 49

— Нет, я хотела забрать тебя у отца. Мой знакомый действует через связи в опеке. Но он бы предупредил меня об этом.

Лев всхлипнул громче, но всё же не ревел. Я ходила из угла в угол, пытаясь придумать решение, которому не хватало условий.

— Так, Лев, слушай меня внимательно. Ты мой номер наизусть помнишь?

— Да….

— Отлично, возвращайся к директору и запиши мой номер. Дай его директору и сотруднику опеке. Скажи им, что это номер твоей биологической матери. Они знают как ты появился на свет?

— Директор точно, — тяжело вздохнул Лев. — Мама Лидия с ним хорошо общалась.

— То есть он друг семьи? — С радостью отметила я.

— Друг мамы Лидии, — поправили меня.

— Тогда попроси директора позвонить мне. Скажи им, что ты хочешь вернуться к биологической матери, которую нашел. Я уже связалась с тем центром, где проходила операция по твоему рождению. У меня есть документы на наше родство. Пусть опека сообщит адрес приюта, чтобы к тебе мог приехать человек. Он возьмет твой ДНК для анализа. Запомнил?

— Вроде бы, — просипел мальчик. — Вы правда собираетесь забрать меня к себе?

— Я ведь тебе пообещала, — с жаром проговорила я. — Так что даже не думай об этом. Ты главное держись, потому что я не знаю, что будет дальше и как скоро у меня получиться забрать тебя.

— Хорошо….

На фоне я услышала стук в дверь и женский голос, который спрашивал как дела у Льва. Видимо из опеки решили проверить сбежал он или нет.

— Мне пора, Ксения, — пробормотал Лев и сильно втянул носом воздух.

— Не забудь дать им мой номер и сказать, что вернулась биологическая мать, — повторила я, неожиданно замечая как сама верила в это.

Телефон затих в руках, а я с удивлением отметила в себе живое желание стать матерью для этого мальчика. Нет, я ещё сомневалась, что безусловно полюблю его. Но что-то во мне затеплилось, словно проснулись дремлющие и ждущие своего часа материнские инстинкты.

Зайдя в контакты, я скроллила вниз до имени Матвея. Но как только я дошла до его номера, как телефон зазвонил, высвечивая на экране безымянного абонента.

— Алло, — настороженно проговорила я, прижимая трубку к уху.

«Я не люблю, когда меня считают дурой», — заорала Нинель. — «Я искала твой настоящий номер у других. Ты не хотела со мной общаться, Ксения? Но как…. Мы ведь теперь партнеры».

— Партнеры получают выгоду от деятельности друг друга, — заметила я, впиваясь ногтями в мягкую спинку дивана.

«А ты разве не получаешь эту самую выгоду» — зловеще поинтересовалась она. — «Твои любимые в безопасности из-за нашего сотрудничества. В этом твоя выгода, дрянь! Если ты, конечно, не играешь в две игры. Кстати об этом… успокой своего финансиста», — рявкнула вдруг она.

— Ты о чём? — Искренне не поняла я.

«Сегодня твоего сына заберет опека», — сообщила Нинель, заставив этой новостью окаменеть моё тело. — «Потому что твой финансист интересуется не теми вещами. Ясно?!»

— Я не знала, — захрипела я, шагая из стороны в сторону. — Я попрошу прекратить его.

«Только твой сын всё же окажется в приюте. Но я ведь добрая тётя», — торжественно проговорила Нинель. — «Пока его будут оберегать. Но если ты не успокоишь своего работника, то я спущу всех собак на несчастного пацана».

Выкрикнула шантажистка и сбросила звонок. Я отрешенно уставилась в окно, держась одной рукой за спинку дивана. Мысли метались. Душа беспокоилась за Льва. Но тусклый свет появился в темноте мрачного тоннеля.

Никита нашёл его. Он справился. Значит нужно ускоряться, чтобы Лев не пострадал.

Кивнув своему решению, я набрала номер финансиста, и он моментально ответил, без приветствия заговорив:

«Мне некогда, Ксюша. Я почти нашёл его».

— Пожалуйста, остановись.

«Что?» — я будто увидела наяву, как он замер от моих слов. — «Ты хочешь всё бросить?»

— Нет, Никита. Ты действительно на очень правильном пути. Но если ты продолжишь, может пострадать мой сын. Пожалуйста, чуть-чуть притормози. Ты уже знаешь имя?

«Да-а», — он задумчиво промычал что-то невразумительное, но затем четче добавил. — «Я знаю имя, но хотел кое-что проверить».

— Видимо они заметили твою проверку, — поняла я и упала на диван, потому что ноги перестали держать. — Пока ничего не делай. Ладно? Я думаю, ты уже достаточно сделал. Ты ведь дома? — В ответ глухо прозвучало Никитино «Угу». — Все твои бумаги с доказательствами положи в сейф, хорошо? Если хочешь, можешь сделать копию. Я сообщу кое-кому, чтобы с тобой связались и встретились.

«Ксюша, я разворошил осиное гнездо», — вдруг на Никиту снизошло понимание реальной ситуации. Он испуганно ойкнул и громко задышал в микрофон. Спустя пару минут он панический зашептал. — «Я в опасности? За мной следят?»

Я услышала, как Никита встал, задернул занавески, затем прошёл к двери и закрылся на все замки. Он снова куда-то присел, а дыхание его стало прерывистым, как у астматика.

— Никита, — громче заговорила я. — Услышь меня. Ты в безопасности, но сиди пока дома. К тебе скоро приедут. Его зовут Валентин Яковлевич, и он начальник безопасности. Ему можно верить. Он тебе позвонит, прежде чем постучит в дверь. Услышал меня?

Чуть требовательней закончила я, чтобы перебить начинающуюся панику финансиста. Никита глубже вдохнул и спокойнее прошептал:

«Угу, я понял. Ксюша, я буду ждать».

Сбросив звонок, я тут же набрала Матвея. Он не сразу ответил. Я досчитала до двадцати, когда наконец в трубке прозвучал серьезный (без капли привычной дурашливости) голос друга.

«Ксюха, мне или кажется, или сгущаются тучи».

— Они уже сгустились и скоро пойдет дождь, — в том же манере ответила я и добавила. — У меня срочное дело. Во-первых, сегодня опека приехала в школу ко Льву и забрала его. К ним отправили донос на плохую обстановку в доме и семейное насилие.

«Это не я, Ксю», — напрягся Матвей и зашуршал бумагами. — Мы планировали сделать акцент на твоем родстве с мальчиком и твою благотворительность. И то, если всё дойдет до суда. Изначально планировал съездить с юристом к отцу мальчишки и поговорить.

— Знаю, но сейчас надо ускориться. Я вчера связалась с центром, где проводили изъятие яйцеклетки и где потом родился Лев. Они передали мне документы. Оказывается Лидия к ним приходила, когда узнала про проблемы с сердцем. Она подписала разрешение на копию документов мною. Там же я договорилась о проведение теста ДНК-а, чтобы иметь на руках доказательства материнства.

«Что от меня требуется?»

Смартфон издал сигнал о приходе нового сообщения от неизвестного номера. Я нажала громкую связь с Матвеем и нажала на уведомление.

«Это директор школы Лугина Святослава. Это адрес приюта, куда временно определят Льва. У меня также есть заверенное нотариусом письмо Лидии о желании в случае чего передать права опеки над сыном его биологической матери. Вы ведь Ксения Малахова? Я права?»

— Марков, — прошептала я.

«Что такое, Ксю?»

— Мне написала директор школы Льва. Она была подругой Лидии Бойм. Кажется у нас есть шанс быстро решить эту проблему. Ты сможешь организовать забор биоматериала у Льва?

«Мне заняться этим? А ты?», — удивленно уточнил Матвей.

Его голос звучал таким шокированным, словно он стал свидетелем божественного деяния. Он молчал, чтобы я сама поверила в то, что сказала, или в то, что сделала. Потому что я впервые просила его не о банальности, а о чём-то действительно важном. Это даже не признание того, что он мне тоже дорог. Это мой шаг искреннего доверия к нему.

Я просила спасти сына, а недавно согласилась на его помощь с выкупом у Анатолия агентства. Раньше я бы свалила все эти задачи на себя одну и не позволила даже друзьям облегчить мою неподъемную ношу. Так было всегда, до этого дня.

— Матвей, мне нужно кое-что решить. Это очень важно. А ещё ты можешь передать своему начбезу, что я буду ждать его в том же самом кафе, где мы впервые встретились. Мне нужно кое-что ему рассказать.

«Хорошо, Ксю. Ты мне действительно доверяешь?»