"Фантастика 2023-162", Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Молитвин Павел Вячеславович - Страница 351

– Все равно плохо понимаю, как нам могут помочь машины, – заметил пан Озимек, но в его глазах мелькнула искорка заинтересованности. – Машина против демона? Не смешно.

– Не смешно, зато вполне возможно, – парировал я. – Вообразите себе механизмы, которые способны выискивать и уничтожать только и исключительно существ демонических? Никаких людских потерь, никакой крови. Пан Барт свидетель – с помощью такого устройства я уничтожил сильнейшего монстра на Бондарной улице, перед самым рассветом.

Десятник молча кивнул, подтверждая.

Я снял с запястья браслет, положил на стол. Приказал псевдоразуму:

– Покажи глобус Меркуриума.

Вспыхнул ярко-голубой конус, распадающийся на многоцветье тысяч тончайших лучиков, под потолком кабинета возникло объемное изображение планеты.

– Это не магия, это техника, – сказал я. – Очень сложная машина, обладающая возможностью мыслить почти как человек. За пределами Меркуриума такие широко распространены.

– К чему вы ведете? – перебил меня Озимек.

– Человек, о котором я говорю, может нам помочь. Военной силой. Не ущемляя суверенитета его светлости князя и короля, над принадлежащими им землями – как союзник.

– Сколько придется заплатить? – Меркурианцы не верили в бескорыстность, этот вопрос был вполне предсказуем. Отвечать придется соответственно.

– Вам дороже золото или человеческие жизни? Моему другу плевать на Совет Первых и Гвардию Небес, они для него ничего не значат. Другой вопрос: согласятся ли князь и высшие дворяне на появление чужаков и учтут ли возможный гнев Совета, который падет на тех, кто осмелится нарушить тысячелетние устои?

– Эти «устои» давно обесценились, – вздохнул пан Озимек. – Дольни-Краловице – университетский город, инопланетные ваганты знают, какова жизнь в других мирах и какова здесь. Частенько они смеются над нами, донесения ложатся мне на стол регулярно. Я умею делать выводы и наблюдать, Меркуриум отстал от цивилизаций других людей на многие столетия. Рассказывайте подробно. Перед тем как пойти к князю, я хочу знать все и желательно получить доказательства.

– Вы их получите, – убежденно сказал я.

Я попытался активировать линию Планка, но псевдоразум браслета сообщил, что сверхдальняя связь действует постоянно. Следовательно, Удав ведет непрерывное наблюдение за событиями. Голограмма глобуса Меркуриума сменилась эмблемой Лация: золотой ликторской связкой с раскинувшим крылья орлом.

Полтора часа спустя пан Озимек смотрел на меня почти восторженно.

– Отправляйтесь в замок, – сказал он. – Я переоденусь в парадный костюм, нельзя же являться к его светлости в затрапезном… Только бы в городе ничего не произошло до нашей беседы с князем!

– Доволен? – спросил я у фон Барта, едва мы вышли на крыльцо. Конфиденты тайной службы ненавязчиво взяли нас «в коробочку»: охрана – дело святое.

– Выглядит как сказка, – откровенно сказал десятник, покачав головой. – Не верится!

– Ничего, уверуешь. Прибавим шагу, скоро два пополудни будут бить, а тебе вроде к четырем?

Очередной сюрприз ожидал меня у ворот замка – Вильрих фон Зоттау ожесточенно препирался с гвардейцами, категорически не желавшими пропускать в резиденцию светлейшего посторонних. Отсылки на то, что Вильрих прекрасно знаком с алхимиком паном Николаем, да и сам является особой королевских кровей, не помогали: у нас приказ! А будете возмущаться, господин хороший, придется отправить вас куда следует – для выяснения. Ступайте сударь, ступайте.

– Объявились наконец? – невежливо сказал я, тронув остийца за плечо. – Где вас носило, принц?

Вильрих обернулся и шепнул под нос заковыристое словечко, сделавшее бы честь любому запойному мусорщику из неблагополучного квартала Малоградец, что за Овощным рынком. Даром что племянник короля Остмарка, хоть и непутевый.

– Скажите этим олухам… – начал было Вильрих, но я жестом попросил его замолчать.

– Приказ есть приказ. Подождите меня здесь, я сбегаю к сотнику гвардии, попрошу его сделать исключение: сами понимаете, в городе события…

– Еще какие, – проворчал Вильрих.

Пан Стеклы дал разрешение, моего высокородного приятеля проводили в Башню Алхимиков. Гинек организовал горячий обед – гусь в подливе и вареные клубни с зеленью.

– Присоединяйтесь без стеснения. – Я указал Вильриху на лавку возле накрытого стола. – Не ел больше суток, голоден как волк.

– Потрясен вашей беспечностью, нашли время…

– Что же, с голоду умирать? Выпейте вина. Предстоит серьезнейший разговор, выше высочество. Только дайте слово дворянина, что не будете перебивать, а потом ответите на мои вопросы с предельной честностью.

– Как угодно, – пожал плечами остиец. – Вы наконец-то решились на откровенность?

– В виду недавних событий – да. Когда вернулись из Ополья?

– Второй день.

– Про Эльзбет знаете?

– Наслышан. – Вильрих посмурнел. – Кажется, я знаю, чьих рук это дело.

– Потом расскажете, мы еще вернемся к убийству пани Лоденицкой, тем более что дело близко касается нас обоих… Вы были правы, всё рушится, мы балансируем на самой грани.

– Рад, что наконец-то заметили.

– Злая ирония сейчас неуместна. Без вашего деятельного участия, принц, из неприятностей не выбраться. Грядут большие события. Значит, я могу вам полностью довериться?

– Я привык отвечать взаимностью друзьям. Если вы действительно считаете меня своим другом.

– Скорее, товарищем по несчастью. Держитесь крепче за что-нибудь, вот вам новость номер один: герцог Визмар вернулся на Меркуриум.

– Как?.. Что вы сказали? – У остийца глаза на лоб полезли. – Откуда это известно? Риттер фон Визмар?

– Нет, не сам герцог. Наследник. Несколько недель назад я виделся с ним и даже сопровождал в Морской замок. Вы и ваши сообщники входите в число приверженцев Визмара, я правильно догадался? Участвовали в давнем мятеже или косвенно его поддерживали?

– В общих чертах вы правы, – нейтрально сказал принц. – В самых общих. Расскажите в подробностях, в свою очередь обещаю ничего не скрывать.

На всякий случай я умолчал о некоторых деталях путешествия в Готию – например, о том, что наш незадачливый Степа не принадлежит к расе homo novus, такие секреты лучше придержать до поры до времени. В остальном я постарался держаться истины, обратив особое внимание на обнаруженные в замке Визмаров документы – карты Гельвеции в блокнотике с черной обложкой. Если Вильрих связан с мятежниками, он наверняка слышал об интересе старого герцога к побережью Анконы и странностях южного материка.

Принц слушал, затаив дыхание, не переспрашивая и ничего не уточняя. Изредка кивал, будто подтверждая мои слова.

– Описание замка точное, – заключил он. – Я бывал там, очень давно. Значит, вы оставили наследника в Готии?

– Вряд ли его станут искать в таком захолустье. Пока я не выясню, каковы намерения и планы у людей, держащих сторону Визмаров, о вашей встрече с ним и речи идти не может. Считайте меня доверенным лицом наследника. Ваша очередь говорить, принц. Итак?

– Не боитесь? Есть секреты, за которые платят жизнью. В случае, если события начнут развиваться по наихудшему сценарию, не пощадят и алхимика-граульфианца, не посмотрят на заступничество гильдии и влияние, которым вы пользуетесь…

– Очень страшно, – фыркнул я. – Те самые люди, которые убили Эльзбет из Лоденице, стреляли и в меня. Спасибо пану Озимеку, уберег. Вы очень вовремя скрылись из столицы, уехав в Градец Опольский, вас тоже поджидали – тайная служба князя потянула за ниточку, и ведет она в Остмарк. Покушения связаны с вашей деятельностью? Они убирают всех, с кем вы близко контактировали? Чьи интересы задеты? Совета?

– И Совета тоже. В последние десятилетия идет крупное столкновение нескольких групп меркурианской элиты. Первого Поколения, наиболее знатных и влиятельных дворянских семей, представителей крупнейших торговых домов, а также четвертую силу: весьма многочисленную, но небогатую прослойку поместных дворян, владеющих крошечными фьефами – последние молоды, далеко не каждый получает возможность проявить себя на государственной службе, большинство должностей заняты… Некогда крупные землевладения с появлением детей-наследников дробятся на более мелкие – каждому следует выделить участок. Людей все больше, естественная убыль населения отсутствует, подступает кризис: лет через триста свободными останутся только тундра да болота. Понимаете?