Время для жизни (СИ) - "taramans" - Страница 295

Хотя… это еще и безобидно! А вот почему очень многие девушки и молодые женщины так любят… х-м-м-м… ну – откровенно говоря – прыщики на теле близкого мужского пола выдавливать? Тут уже – точно, что-то нездоровое!

Вот и сейчас… Кирочка улеглась перпендикулярно ему на бонах и принялась скрупулезно… обновлять его шкурку. Это было… наверное, это атавизм какой-то… еще от бибизян! Но почему же так… приятно самому обдираемому? Прямо… нирвана какая-то наступает! Плывешь себе по волнам блаженства, а близкий, прямоходящий примат пыхтит и сопит тебе в ухо. И так уютно и хорошо!

Девушка чуть слышно засмеялась:

- Ты знаешь… мы когда еще в Средней Азии жили… в военном городке. Нам не разрешали никуда отлучаться. Ну там… обстановка была такая. А через военный городок арык проходил. Вот ребятишки и проводили возле него все время. А наш Витька… он – как ты, блондинистый всегда был. За лето раза четыре обгорал! Вот я, маленькая, так же… над ним пыхтела! И так… уютно вспоминается это… почему-то. А потом, когда в Астрахань папу перевели… он тоже… частенько сгоревший был. И мне разрешалось его вот так… обдирать. И знаешь… вот ведь странно как! Вот чужого же человека – даже мысли не придет так… даже неприятно подумать. А когда близкий…

- Кир! А я… близкий? – чуть слышно прошептал Косов.

- Дурак! – она ощутимо пихнула его кулачком в бок, - Ну а какой ты? Вот будешь глупости говорить, я тебя… укушу!

- Укуси! – засмеялся Иван, - Я даже хочу этого!

- Что – правда? – удивилась она, - Ты какой-то… неправильный! Ну… держись тогда!

И Кира, демонстративно осмотрев его руку и выбрав место, впилась в его плечо. Хорошо так впилась! Больше губами, конечно, но и зубки там присутствовали. И все это время выжидающе смотрела ему в глаза. А в глазах ее – бесята резвятся!

- М-м-м… знаешь, как приятно! – улыбнулся Косов, - Только… это больше на «засос» похоже, чем на укус!

- Д-а-а? Странно, я вроде бы кусала! – девушка оторвалась от его плеча и осмотрела место укуса, - Ой! И правда… больше «засос» какой-то получился. Как-то даже… неудобно… и немного стыдно! И что… тебе не было больно? Вот – вообще-вообще?

- Вообще-вообще! Это было… восхитительно приятно! – глядя на нее, улыбался Иван.

- Да? Вот я и говорю… ты какой-то… неправильный! Тебя даже укусами не проймешь! Кусаю его, грызу… а он – «приятно»! Ну… если так… можешь меня тоже укусить! Чтобы… квиты быть!

- Знаешь, красавица… я бы с удовольствием тебя укусил… но куда-нибудь в другое место! – засмеялся Косов.

— Вот же… пошляк! – девушка притворно насупилась, а щечки-то румянцем окатило!

Немного помолчала:

- А… а куда бы ты меня укусил? – приподнялась и откинула волосы с лица.

«А вот этот жест… с волосами, они тренируют, что ли?».

Косов тоже приподнялся, нарочито серьезно и тщательно осмотрел ее тело, еще больше вгоняя Киру в румянец, вздохнул:

- Я бы тебя… так укусил, так укусил! У-у-х-х… как! За попу! Очень уж она мне… покоя не дает!

Она удивленно приподняла бровь, хмыкнула:

— Вот я и говорю… неправильный ты! Другой бы сказал… ну… плечо там. Или вот – за шею. Хотя… от этого некрасивые засосы получаются… А Косов – укусил бы за попу! Так! Тогда вались назад, продолжу тебе… спину обдирать!

«Ну какой же кайф валяться вот так на горячих досках настила, и такая девушка рядом!».

- Вань! А чем тебе… моя попа нравится? А остальное, что же… не нравится? – еле слышно пробурчала Кира.

- Мне в тебе… все нравится! Ты очень красивая… вся! Но некоторые части твоего тела… они не поддаются описанию! О них можно только… стонать!

- Да? А о чем еще на мне можно стонать?

- Х-м-м… ну… обо всем! О твоих губах, таких… полных и красиво очерченных… то смеющихся, то… зовущих… Твоя шея… изгиб спины. Красивые длинные ножки…

Она тихо засмеялась:

- А… о попе ничего не сказал… Ну и… про груди забыл упомянуть!

- Так я же сказал… о некоторых местах – только стонать!

- Да? Понятно… Что ничего не понятно! Только вот попу кусать я тебе все-таки не позволю. Просто полагаю, что сейчас вон с той вышки на нас в бинокль пялится Антоша… есть тут такой… мой воздыхатель. Не стоит здесь меня за попу кусать, а то еще Антон с вышки брякнется… Производственный травматизм! И мне еще этому балбесу и первую помощь потом оказывай.

- Ну… давай… говори мне еще… что тебе нравится! – Кира продолжила чуть слышно посапывать ему в правое ухо.

И это почти детское посапывание, этот еле слышный поток воздуха от ее дыхания так будоражил Косова, что он чуть слышно застонал.

- Вань… ты чего?

Косов приподнял и повернул голову, потянулся к ней и глубоко вздохнул:

- От тебя так пахнет… так пахнет, что… я даже не знаю, что мне сейчас ближе… Схватить тебя, обнять и целовать-целовать и целовать… И плевать мне на всяких Антошек! Или просто… умереть от такого блаженства… когда ты вот так… рядом.

- Ваня… не надо так говорить… прошу… а то у меня и у самой… дыхание перехватывает.

- Да?

- Угу…

- Тогда… Тогда – заплыв!

И Косов, чтобы скрыть отчаянно оттопыривавшиеся трусы, перекатом сиганул в воду, откуда уже плеснул пригоршню на девушку.

- Ах так?! Тогда… беги, несчастный, а то догоню и утоплю!

Иван, как не старался, так и не смог оторваться от девушки. Они плыли к далекой стенке стадиона рядом, и он, периодически, видел ее смеющиеся глаза возле себя. У самой стенки Кира вырвалась немного вперед и легко подтянулась на руках, мелькнув перед ним областью желаемого им укуса. А потом… снова опустилась в воду, повернулась к нему.

- Косов! Ты почему меня не поцеловал? – прошептала.

- Так… Антоша же… - выдохнул он.

- Насрать на Антошу! А ты… дурак! – и теперь уже с силой вышла из воды.

Он попытался также вылезти… Не вышло! Она стояла над ним на стенке и странно, и пристально смотрела на него. Потом вздохнула, присела и протянула руку.

«Говорю же – стыдно! А что делать?».

- Все на сегодня! Мне еще работать надо! – девушка направилась по настилу в сторону медпункта. Ивану оставалось лишь вприпрыжку припустить за ней.

- Кир! Ты чего? – попытался окликнуть он ее.

- Ничего! Ты… в душевую пойдешь?

Душевых на стадионе было две. Собственно – мужская и женская, сколоченные из досок, темноватые внутри сараи, беленые известью.

- Ну да… надо!

- Тогда пошли! – и девушка решительно направилась к душевым.

- Да подожди ты… Сама же говоришь… я – странный! Вот… могу я чего-то не понять!

Между душевыми был небольшой закуток… Именно здесь Иван все же догнал Киру, и придержав за руку, развернул к себе.

- Кира! Подожди… ну что за перепады настроения, а?

- Косов! Ты… дурак! – решительно, сквозь зубы, прошипела девушка.

- Ну-у-у… да. Ты уже не раз об этом говорила. И что?

- Ну что же ты за дурак, а? – она наклонила голову.

- Так… Иди-ка сюда, красавица! – Иван с силой затолкал ее в этот темный и невидимый со стороны угол.

- Ты чего это…, - продолжение ее вопроса Иван прервал поцелуем.

В первый миг она как будто решила оттолкнуть его, но… сама обняла. Целовались они страстно, как пишут в романах – неистово!

- Погоди, погоди… не так! – оторвался от девушки Косов.

- Что… что не так? – глаза ее были шалыми.

- Дай я тебя поцелую… вот так… нежно… губами…

Потом в ход у него пошел и язык. Было заметно, что для нее это было… внове. Несмело и нерешительно… но она стала отвечать ему. Потом – все больше и больше входя во вкус.

- М-м-м… как же ты… целуешься… здорово! Еще! Еще целуй! – Кира то закрывала глаза, то открывала их, и Иван видел в глазах девушки… если не безумие, то где-то рядом.

А его руки то наглаживали, то мяли ее крепкое тело, все то, что он недавно перечислял в качестве своего фетиша.

- А-а-а-х-х… я сейчас упаду… держи меня, Ванечка!

Это получилось… не специально. Но в какой-то момент его рука скользнула между ее ног и приподняла левую ножку, которая сразу же… уже сама поднялась выше и обхватила его за пояс.