Безумные сказки Андрея Ангелова (СИ) - Ангелов Андрей - Страница 117

— Што ли да, — нагло передразнил доктор.

— Нравишься ты мне, — наигранно вздохнул чёрт, — так и быть, дам две тысячи.

— Слушай, отвали, — совсем распоясался Бутербродов. – Я сказал цену, а ты услышал.

— У меня в кошельке только крупняк, — сообщил дедок. – А разменять негде.

Если доверяешь человеку на 100%, то он обманет тебя на 200%. С нечистой силой пропорции примерно те же… с поправкой на то, что демонам вообще не надо доверять. Андрюха непроницаемо молчал, катая хмурые желваки. Сработало.

— Неразменный рубль у меня дома, — нехотя признался золотозубый хрен. – Если сбегаю, подождёшь?

— Без проблем, — усмехнулся продавец.

— Уж больно товарец добрый, — плотоядно облизнулся старичок. – Пока дойду… уведёт кто-нить.

Чёрт залез в ноздрю, достал соплю и растёр её о плащ. Немного подумал. Потом щёлкнул пальцами.

— Смотри!

Тут же, по щелчку, на небе проявилась большая фотография. Её героем был человек с генеральскими погонами и лицом Бутербродова.

— А так?

Фотка мигнула и на месте генерала возник космонавт Бутербродов. Он пафосно улыбался на фоне космического корабля, стоя посреди красных песков.

— Ещё!

 Самая знаменитая в мире аллея. Именная звезда с набитым именем: «Andrew Buterbrodov». За правым звездным лучом культовая надпись: «Holliwood».

— Ну-к, а так?

Мигание явило новую картинку. Шестирукий гуманоид с лицом доктора. На плоской голове 2 половых члена. Две ноги и две задницы.

— А ещё вот так?

Лицо Бутербродова как приложение к нежному телу брюнетки. Можно чуть увеличить грудь и исключить из интерфейса щетину, а так вполне годная поделка дьявольского производства…

— И, наконец! – зазывающе подытожил старик.

Строгий костюм. Узнаваемая прическа. Президентский штандарт. Рука на Конституции. Серьёзное лицо Андрюхи, осознающее свою государственную миссию.

— Выбирай, кем хочешь быть, — развязным тоном предложил купец.

Живые закрывают глаза мёртвым, а мёртвые открывают глаза живым. Иногда бывает наоборот, но только иногда… К чёрту эту драную софистику, игра по-крупному не терпит теории. Доктор насмешливо сказал:

— Это всё, что ты можешь предложить?

— Ну-к, хочешь, сделаю тебя миллионером? – подыграл дед, не замечая иронии. – Учти, долларовым миллионером! Накупишь яхт и дворцов. Заведёшь кучу девочек…

— Чего же мелочишься, старый? Предлагал бы сразу миллиард.

Глаза демона торжествующе мерцнули. Он даже потер ладошки от удовольствия:

— Точняк, ты прав, Андрюха! Даю миллиард! Ну-к, по рукам?

— Где ты его принёс, в карманах? – заухмылялся Бутербродов.

Старый хмырь не смутился. Часто-часто покивал:

— Понимаю, всё не то… Ладно, есть у меня кое-что в запасе, для тебя и припас...

Вновь щелчок пальцами. И…

…Как в объективе камеры, увидел себя врач в дивном дворце. Халат, чалма, мягкие тапочки. Андрюха почесал яйцо и хлопнул в ладоши:

— Ко мне, гарем!

Пятнадцать девушек, абсолютно голых, тотчас же возникли перед султаном. Призывно улыбаясь своему господину, и только ему… готовые по первому зову сделать всё.

Бутербродов сделал движение сладострастными пальцами. Девушки развернулись и нагнулись, прогнув ягодицы… расставили пошире ножки… А потом —

16. Неразменный рубль (один)

…Дворец растворился в утреннем полумраке крестовой. Адские глаза горели мрачной  иронией. Старый пердун потирал ладошки и кудахтал:

— Какие девочки! Подумай, сул-та-ном будешь! Это тебе не хухры-мухры! Такая власть! Деньги! Сила! Удовлетворишь все свои низменные желания, воплотишь в жизнь самые грязные эротические фантазии! – ноздри старой лисы раздулись, губы дрогнули в дьявольской ухмылке.

Гарем попал Андрюхе в самое чувствительное место. Армия мелких похотливых бесов наполнила мозговые клетки сомнением. Броня решимости распадалась. Доктор открыл рот, чтобы сказать «Да», но… взгляд уцепился за губы покупателя. С омерзением увидел два ряда гнилых резцов, а за ними плотоядно шевелился острый язык. Подступила тошнота, а то что просится наружу, в себя принимать уж точно нельзя.

— Нет, нет и нет! – грубо рыкнул врач. – Короче, ты меня задрал, страшилище! Либо подгоняешь мне неразменный рубль, либо я пошёл! Продам гуся кому-нибудь другому.

— Да не вопрос! – легко согласился демон. – Держи, Андрюха!

В ладонь доктора шлёпнулась хрустящая бумажка, размером со сторублевку. Кипельно белый фон, на нём рукописные буквы, причём, далеко не эталон каллиграфичности… проще говоря, было написано как курица лапой: «НЕРАЗМЕННЫЙ РУБЛЬ (ОДИН)». На обратной стороне также коряво нарисован гусь.

— Вот, блин… — Бутербродов оторвался от (так сказать) банкноты. Огляделся. Старика рядом уже не было. Как и клетчатой сумки в руках.

— Ну… блин, — слова исчезли из лексикона доктора всем своим словарём. Он пожал молчаливым плечом, сунул неразменный рубль в карман.

— Эй!.. Пока, в общем, — Андрюха неопределенно помахал рукою, явно прощаясь с невидимым теперь покупателем, и шагнул к югу.

— Ах ты, плут! – вдруг ворвался в уши разъяренный голос барыги. — Продал мне дохлого гуся вместо живого! Ну-к вернись, сукин сын!

Мы не даем своего согласия на смерть. Поэтому её надо обходить, и чем чаще, тем лучше… благо, магический обряд о таком варианте развития событий предупреждал. Бутербродов сжался и споренько поскакал вперед, бурча под нос:

— Только не обернуться, только не обернуться…

Вдруг доктору прямо в нос ткнулось пустое лицо под капюшоном. На месте глаз – зеленые огни, вместо рта — гнилые неровные зубы.

— Подсунул мне дохлятину! – заорал демон в своём истинном обличье. — Неразменный рубль мне сюда, быстро!

— В книге написано, что нужно дать покупателю люлей! – прошептал Бутербродов, превозмогая изо всех сил бздёж. Он сжал кулак и ткнул им в призрак. Рука провалилась в пустоту.

— А-ха-ха! – заржал воин Сатаны на всю крестовую.

Доктор вздернул пальцы в жесте «Fuck», зарычал сквозь истерический смех, и тяжело побежал на юг, к пятиэтажке… Навстречу, из двора, выехала машинка.

— Стоооой!

Иномарка резко встала в метре от доктора.

— Ты придурок! – яростно крикнул невзрачный шофер, выскакивая из салона.

Бутербродов бросился водителю в ноги. Обхватил за бедра, крикнул в томлении:

 — Шеф, довези до Центра, и я тебе отлично заплачу!

* * *

Продавщица Даша дремала, склонив русокосую голову к прилавку. Охранник дрых в паре метров, расположив сухое тело на ящиках с консервами. Шёл седьмой час утра – то время, когда гуляки уже обнимаются с Морфеем, а работяги только-только продрали глаза. Ещё часик можно сладко покемарить, персонал спит – служба идёт, первое правило наёмных работников… особо в мелких провинциальных магазинчиках, коим и являлся мини-ритейлер «Продукты от Зины».

— Эй, дамочка, дайте мне мороженое за сорок рублей! – ворвался в полусон Даши нахальный голос. Бутербродов выплясывал у прилавка: в глазах тревога, по телу нервный колотун, а в руках неразменный рубль.

Если ум не убавляется, то не прибавляется точно. Впрочем, нарушители спокойствия продавцов живут по своим законам дебилов. Даша, зевая, подала пломбир.

— Сорок рублей.

Взяла неразменный рубль… нахмурилась… повертела в мозолистых ручках.

— Что за хрень, — бросила бумажку назад. Бутербродов чуть не расплакался, больше от обиды, чем от страха.

— Доллары не принимаем, — далее заявила Даша. — Здесь не обменник, если что.

Отсутствие доказательств виновности – еще не доказательство невиновности. Андрюха мучительно соображал, что делать. Так и не сообразил.

– Эй, парень, если хочешь поменять, то обмен за углом, – вмешался в разговор охранник, поднимаясь с ночного ложа. Подковылял к прилавку, взял в руки неразменный рубль. Рассмотрел: