"Фантастика 2023-164". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Артемьев Роман Г. - Страница 623

— Не извольте беспокоится, барин, сей же миг скачу на Демоне! — отрапортовал его охранник.

— Да возле кареты шуми побольше, — лукаво улыбнулась невеста хозяина, — а то они не услышат, слишком заняты собой. Медовый месяц все же!

Леонтий вначале обескуражено посмотрел на Настю — Гаврила никогда не был тугова на уши. Или он в городе ослаб на здоровье? Но потом, особенно после последних слов девушки, заметно осклабился, строго кивнул и пошел выполнять приказ помещика.

Но дороге он еще в начале лестнице встретился с Анютой. Служанка пришла помочь господам помочь раздеться перед сном да и мало ли чего. Хотя как раз ей тут было не место, судя по потяжелевшему взгляду Насти. Невеста помещика в миг взревновала.

— Я и поесть могу и горшок принести — унести, — не смущаясь, произнесла заботливая, или даже наглая служанка, — на кухне, я слышала, есть еще господская пищи.

В помещичьем доме было несколько кухонь, в том числе и господская, в которой готовили только для господина Макурина, это, видимо, и имела в виду Анюта.

Она бойко вбежала по лестнице в спальню помещика, при этом так ловко проведя по лицу Леонтия, что даже ничего не знающего человеку было понятно — между ними уже был интим, или, по крайней мере, поцелуи.

Леонтий с красным от смущения лицом ушел на первый этаж, а Анюта показалась, наконец, вся перед господам — бойкая, говорливая, готовая на все для любимых барина и барыне. Вот ведь оторва!

— Это твой… — замолчала Настя, не зная, как сказать. Решилась и спросила прямо: — парень?

— Да, — стрельнула она глазами сердито в Макурина, — мы думаем о будущем вдвоем! Впрочем, как господин укажет.

— И как господин укажет? — повернулась Настя к своему жениху. Взгляд был такой веселый еще насмешливый, что Андрей Георгиевич насупился. По-моему, две этих юных мегеры изволят шутить? Вот я вас!

— Я укажу тебя нещадно бить на конюшне, если ты не образумишься, — зловеще проговорил Макурин, — а с тобой, Настя, мы еще поговорим. И судьба твоя будет незавидна и плоха!

Представительницы прекрасного пола растеряно переглянулись. Такого они своего мужчину — строгого и жестокого — еще не видели. Потом Анюта под предлогом визита на кухню, а Настя села в виде скромной, но весьма прелестной пай-девочки и смирено посмотрела на «своего господина».

Такое поведение, впрочем, Андрея Георгиевича особо не впечатлило. Те еще особы. Дай им только возможность, сразу на шею сядут, и ножками будут болтать!

— Анюта! — строго он дал указание в спину служанке, — много еды гостье не давай, не заслужила еще, да мне какой-нибудь пирожок принеси, что б не подавится и побыстрей, пока я окончательно не обозлился!

— Да, барин! — ответила служанка так беспечно, что попаданец только вздохнул. Беда с этими бабами! Сказал строго невесте:

— А ты думай вначале перед тем, как злить мужчину вечером перед сном в общей кровати!

Настя после бойкой и почти бесбашенной Анюты как-то утихла и посмотрела почти испуганно:

— Почему в одной, у тебя разве нет еще постели?

— Не-а, — нагло ответил гадский жених, ухмыляясь так нехорошо.

— А твои гостиные номера? Я еще там ночевала, — напомнила Настя. Вот сволочь, мог бы и пожалеть слабую девушку!

= Мои гостиные покои предназначены для благородных гостей, а не такой грызнули, как ты.

— Я благородная дворянка Анастасия Татищева! — гордо заявила девушка.

— Ты на себя в зеркало смотрела? — обломил ее безжалостный хозяин, — тоже мне дворянка! О а вот и Анюта с едой. Поешь, и быстренько спать ляжем.

А ты, — показал суровый перст помещика на Анюту, — должна понимать, что можно дворянке, то совершенно нельзя простолюдинке. Ясно?

— Ага, — испуганно кивнула служанка и, кажется, была готова заплакать. Андрей Георгиевич был всякий с девушками — щедрый, ласковый, добрый — но никогда таким сердитым и злым. Что это он, может, из-за невесты?

— И чтобы не забывалась, сходишь завтра с утра на конюшню. Там тебя будет ждать Леонтий с розгами. Высечет, как сидорову козу, чтобы неделю сидеть не могла!

— Барин! — все-таки испугалась Анюта своего благородного любовника.

— Андрей Георгиевич, нельзя же так, — вторила Настя, тоже изрядно испуганная поведением жениха.

— Все девушки! — прекратил бесполезный женский гомон Макурин, — Анюта, сегодня ты свободна. Завтра, если не будешь высечена, сам поведу и будешь высечена вдвое. И скажи там Гавриле с женой, чтобы спали в покоях гостей, барыню пусть не ждут. Настя, ешь давай скорее, я уже в нетерпении от нашей ночи!

Сделал вил, что не увидел умоляющие взгляды, что одной, что другой. Разумеется, он не собирался бить одну и заставлять заниматься сексом другую. Но они об этом не должны были знать. Иначе женская часть точно обнаглеет.

Взял вкусный пирожок. Гадская Анюта вместо одного, как он просил, взяла целую миску. И ведь не оторвешься! Так он совсем разъестся!

А Настя ест совсем немного, будто в укор. Что за мир!

Уже совсем обозленный и в первую очередь в себя, съел все пирожки и, не дожидаясь невесту, строго скомандовал:

— Спать, ничего не знаю!

И уже не очень-то и слушая, потушил свечи и кинул Настю на кровать.

Та рухнула безмолвно, словно не та, которая каждое его движение непрерывно комментировала.

Немного обеспокоенный ее покорностью, торопливо раздался, лег рядом с ней.

Та сразу обняла его за шею теплыми руками, нашла губы, неумело поцеловала.

— Так и не училась целоваться, — сообщил он ей, — как замуж пойдешь?

— Ха, — сообщила наглая невеста, — я не пойду, так меня муж под венец затащит. Так ведь? — вдруг ласково и нежно спросила она.

— Конечно, — согласился он с Настей, — такая красивая и желанная, куда я без тебя?

— Вот! — удовлетворенно воскликнула девушка, — можешь ведь, когда хочешь, милый мой, дорогой! Ой!

Это последнее восклицание у него вышло помимо воли, после того, как Макурин рывком поднял ее на себя и прижал.

— Но мы же не женаты, — жалобно напомнила Настя, — а как же Господь наш Вседержитель?

Однако второй раз на эту ловушку Андрей Георгиевич не поймался. Он подумал и решил, что не такая уж эта греховность, заниматься плотскою любовью до венца. Куда больший грех не заниматься ее вообще и не иметь детей.

— Мой грех, — сообщил он, — я буду отвечать перед Господом Нашим. А ты тут не при чем, моя красавица!

— Да как же не причем, — почти заплакала она, чувствуя, как он норовисто (когда успел научится?) снимает с нее платье и женское нижнее белье, которое она специально одела на этот случай.

— Я тебя заставил, а ты сопротивлялась, — решил он, — значит, ты не виновата. Лежи спокойно!

— Да как же лежи спокойно! — отдышавшись и ответив на его поцелуй, ответила Настя, ты ведь… Ай!

— Все! — решил попаданец, — эти женщины всегда будут болтать, что в XIX, что в XXI веке. А я, значит, значит, должен страдать… Вот тебе!

И начал решительно атаковать, навалившись на свое пока еще невесту, но уже почти жену.

А она, вначале отбиваясь, не потому что против, а потому что так не положено, чем дальше, тем все более этого хотела. И, наконец, сама прильнулась к нему.

Потом они уснули, крепко обнявшись, как настоящие муж и жена. Еще одна семья, наконец, появилась на этом свете. Гип-гип ура!

Утром Андрей Георгиевич проснулся от какой-то радикальной и радостной новизны. Словно он снова появился в XIX веке и перед ним будет целый и желанный мир. Полежал немного, греясь в этом чарующем чувстве. Потом понял, что рядом кто-то есть, вспомнил: Настя! Допрыгалась-таки, плутовка. И ты допрыгался, негодный мальчишка!

— Дорогая моя, пора вставать! — нежно и ласково почти пропел он, — уже утро, петухи вон стараются, нас будят.

— Ах, милый, с тобой так хорошо спать! — зевнула она лениво. Потом почувствовала, что как-то все по-другому, попеняла: — эх ты, греховодник, склонил-таки меня к греху! Я же еще невенчанная, а уже в постели с мужчиной.