Переплет 13 (ЛП) - Уолш Хлоя - Страница 125

— Ну и дерьмо, парень, — задумчиво произнес Гибси, задумчиво почесывая челюсть. — Я бы никогда не подумал, что она сделает первый шаг. Повернувшись, чтобы посмотреть на меня, он спросил: —Что ты сделал?

— Застыл, — признался я с болезненным выдохом. — Я совершенно ахуел, парень. А потом она запаниковала и заперлась в ванной. Это была катастрофа. Мне потребовалась целая вечность, чтобы уговорить ее, и даже тогда она не сказала мне больше трех слов по дороге к ней домой.

— Это… — Гибси покачал головой, — это катастрофа.

— Высшего порядка, — мрачно согласился я. — Я пытался поговорить с ней об этом, но она не соглашалась, парень. Она не хотела слышать ни слова из того, что я должен был сказать.

— Что ты пытался ей сказать?

— Правду? — Устало предложил я. — Что я ухожу через пару месяцев и не могу посвятить себя ей.

— Ты немного глуповат для гения, не так ли? — Гибси задумался.

Я повернулся, чтобы посмотреть на него. — Прошу прощения?

— Ты несколько раз отвозишь ее домой, водишь в паб, в кино, приводишь ее к себе домой — дважды, — а потом она тебя целует, а ты ее отвергаешь, — парировал он. — Чего ты ожидал от нее? Сидеть и слушать это?

— Я, блядь, не отвергал ее, — выплюнул я. — Я бы никогда не отверг ее!

— О, хорошо, — хихикнул Гибси. — Конечно, ты этого не делал.

— И ты тот, кто сказал мне быть ее другом, — обвинил я.

— Ну, я был неправ, — сказал он. — Ты не можешь этого сделать. Это никогда не сработает. Сдавайся сейчас.

— Да, так и будет, — прошипел я. — Так должно быть.

— Почему это должно сработать? — он спросил.

— Потому что она мне нужна. — Я покачал головой и испустил еще один разочарованный вздох. — Потому что я хочу сохранить ее в своей жизни.

— Ты хочешь оставить ее, точка, — возразил Гибси. — Потому что ты по уши влюблен в эту девушку.

— Прекрати, — предупредил я.

— Отлично. Он вскинул руки вверх. — Я больше ничего не скажу об этом.

Мы долго сидели в тишине, пока Гибси курила очередную сигарету, прежде чем я, наконец, нарушил ее, сказав: — Ты знаешь, что она безумно хороша в PlayStation? Нравится, блядь, хороший геймер?

Гибси посмотрел на меня с удивлением. — Ни хрена?

Я кивнул. — Она надрала мне задницу, парень. Я никогда не видел, чтобы кто-то выполнял задания так быстро, как она.

Он выдохнул еще одно облако дыма и выбросил сигарету в окно. — У нее была с собой шпаргалка?

— Ей это было не нужно, — пробормотал я, нажимая кнопку и поднимая окна. — Она запомнила каждый чертов код.

— О боже, — простонал Гибси. — Это так чертовски сексуально.

Я указал на пассажирскую дверь. — Убирайся из моей машины.

— Я не думаю о ней так, — засмеялся он, открывая дверцу и выходя.

Да, он, блядь, думал.

Глава 50.Парень-герой

Шэннон

Когда я проснулась во вторник утром, мне потребовалось смехотворное количество времени, чтобы вытащить себя из постели.

Мне было так больно, что все, что я хотела сделать, это спрятать голову под одеяло и остаться там.

Знание того, что не ходить в школу дома означало проводить весь день в одном доме с моим отцом, было достаточно большим стимулом, чтобы пойти в школу.

Но мысль о том, что придется снова встретиться с Джонни, означала, что он был на волосок.

Я чувствовала себя не в своей тарелке.

Мой разум кружился, а тело билось в агонии.

К тому времени, как я вышла из автобуса в Томмен, мое тело чувствовало, что оно пытается разорвать себя изнутри, и это началось с моего желудка.

Я выстирала, высушила и упаковала куртку Джонни в пластиковый пакет для переноски в переднем кармане моей школьной сумки, готовая вернуть ему, как мы с Клэр обсуждали.

Я намеревалась вернуть его ему и сбежать.

А еще лучше, если бы я увидела Гибси, я могла бы отдать это ему и покончить с этим.

Все утро я высматривала его в коридорах, но наши пути так и не пересеклись.

Миллион и одна нелепая мысль и беспокойство заполнили мой разум.

Он был ранен?

Я уже знала, что он ранен.

Но было ли хуже?

Он был в больнице?

Он был болен?

Боже, я была жалкой.

Я бы еще больше зациклилась на его отсутствии, если бы не ужасная боль в животе, требующая всего моего внимания.

У меня свело живот, каждая мышца живота мучительно сокращалась, словно атака лезвий, разрезающих меня изнутри.

Это не было вызвано тревогой.

Нет, это было определенно что-то другое.

Боль была такой сильной, что я едва могла сосредоточиться на школьной работе, и у меня не было девочек, чтобы отвлечь меня от этого, потому что Клэр была на выездной игре с женской хоккейной командой, а Лиззи сегодня не пришла в школу.

Зная мою удачу, Лиззи заболела рвотой, и меня ждало то же самое.

Проходя через движения, я ходила на все свои занятия, сидела одна, пыталась слиться с обоями и молилась, чтобы не упасть в обморок.

К тому времени, когда наступила большая перемена, я была сыта по горло школой на один день и была готова совершить несколько сомнительных с моральной точки зрения поступков за пару таблеток парацетамола и стакан воды.

Однако мой день резко изменился к худшему, когда девочка с шестого класса отвела меня в сторону в коридоре и произнесла слова, которые каждая девочка-подросток на планете боялась услышать в школе. — Извини меня, но я думаю, что ты протекла.

Поскольку я была собой, моему мозгу потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что она говорит, и еще несколько, прежде чем я поняла ее смысл.

В ту минуту, когда я поняла, я хотела, чтобы земля разверзлась и поглотила меня целиком.

Я хотела вспыхнуть и раствориться в воздухе, потому что то, что шестиклассница указала на тот факт, что ты протекла посреди школьного коридора, произвело такой эффект на девушку.

Оскорбленная, я бросилась в туалет для девочек, чтобы разобраться.

К счастью, ванная была пуста, когда я ворвалась внутрь.

Бросив свою школьную сумку на пол, я встала спиной к зеркалу и повернула голову.

— О боже, нет! — Я всхлипнула / ахнула, когда мой взгляд упал на пятно крови сзади.

Итак, это было оно.

Сегодня был день, когда мать-природа решила нанести мне визит.

Через девять дней после моего шестнадцатилетия.

Лучше поздно, чем никогда.

В середине учебного года.

О, дорогой Иисус.

Что ж, по крайней мере, мучительные спазмы в животе теперь обрели смысл.

В свою защиту, откуда, черт возьми, я должна была знать?

Никогда в жизни я не сталкивалась с таким выворачивающим живот ударом ножом в область таза.

Потому что это были первые настоящие месячные.

Схватив свою школьную сумку и горсть бумажных полотенец, я юркнула в одну из кабинок и заперла за собой дверь.

Выпутавшись из юбки, я стянула с себя колготки и трусики и заплакала, когда кровь испачкала мои ноги.

О, боже.

Не паникуй, Шэннон.

Не психуй.

Сделав успокаивающий вдох, я быстро принялась за приведение себя в порядок с единственной мыслью в голове.

Убегай.

Как только я стала выглядеть достаточно респектабельно, я сразу же отправилась домой, чтобы спрятать голову под одеялом и спокойно умереть от стыда.

Достав свой телефон, я отправила Джоуи бесплатный звонок, потому что, как обычно, у меня не было ни одного чертова кредита, а также, как обычно, мне нужно было, чтобы он пришел и спас меня.

Он не ответил.

Копаясь в своей сумке, я искала тампон, который, как я знала, не найду, потому что, черт возьми, зачем мне его искать?

Как будто мать-природа решила наградить меня трехлетними менструальными болями и стыдом в этот самый момент.

Бог.

Тяжело вздохнув, я схватилась за живот и замерла, надеясь, что найду какое-то облегчение.

Его не было.