Переплет 13 (ЛП) - Уолш Хлоя - Страница 32

— Какого хрена, Джонни! — Белла завизжала, глядя на меня со своего места. — В чем твоя проблема?

— Когда я говорю тебе «нет», — прорычал я, вытирая рот тыльной стороной ладони и глядя на нее сверху вниз. — Я, блядь, имею в виду, нет!

— Я просто хотела, чтобы ты меня поцеловал, — закричала она. — Это слишком многого?

— Я, блядь, не хочу тебя целовать! — зарычал в ответ, теряя контроль над своим характером. — Я не хочу, чтобы твой рот был на моем. Я не хочу, чтобы твои руки касались моего тела. Потому что я, блядь, не хочу тебя!

Я тут же пожалел о своих словах. Но было слишком поздно.

Белла расплакалась, и, конечно же, я был тем ублюдком, который заставил ее плакать. Грязные взгляды от полудюжины девушек за столом были направлены на меня, и я закончил эту ночь.

Издав низкое рычание, я провел рукой по волосам и, пошатываясь, отошел с пути барменши, когда она протиснулась мимо меня с совком и щеткой.

Выйдя на улицу, я вытащил телефон из кармана джинсов и вызвал такси, испытав адское облегчение, когда голос на другом конце сказал «пять минут».

Мне нужно было убраться отсюда и подальше от моих плохих решений.

Самая бедная из них — та опасная чертова девчонка, с которой я связался.

В этот момент я был рад, что мое тело было сломлено.

Я был рад, что у меня не было возможности заняться сексом с Хэллоуина.

Может быть, это была судьба?

Без того, чтобы мой член ослеплял мою способность делать правильный выбор вместо киски, я смог видеть сквозь фасад Беллы.

И это было некрасиво. Знание того, что я скорее содеру с себя кожу, чем прикоснусь к ней снова, дало мне некоторое подобие комфорта.

Больше никогда, Джонни.

Никогда больше не трахайся, парень.

Прислонившись к стене паба, я позволил своим мыслям вернуться к этим одиноким глазам.

Я хотел увидеть эти глаза.

И девушку, которой они принадлежали.

Алкоголь, бегущий по моим венам, поставил блок на моей совести, облегчая мою одержимость Шэннон Линч, при этом не чувствуя себя куском дерьма.

Завтра, когда я проснусь с ясной головой, я, без сомнения, почувствую каждую унцию последствий своих своенравных мыслей, но сейчас, пока я был временно лишен морального компаса, я представил себе все ужасные фантазии в мельчайших, красочных деталях.

Это было здорово.

О ней было приятно думать.

Она была чертовски красива.

Ее голос.

Ее волосы.

Ее запах.

То, как она говорила.

Каждая ее частичка.

Я был глубоко погружен в свои мысли, размышляя о том, насколько все было бы по-другому, если бы Шэннон поцеловала меня, когда звук такси отвлек от размышлений.

— Джонни, чувак, — радостным тоном позвал таксист, чье имя я, похоже, так и не смог запомнить. — Как дела? — Честно говоря, в тех редких случаях, когда наши пути пересекались, я был пьян в стельку. — Твоего приятеля нет с тобой сегодня вечером?

Под приятелем он имел в виду Гибси. Потому что обычно Гибси оказывал влияние на принятие ужасных решений, подобных тому, которое я принял сегодня вечером.

— Он все еще внутри, — объяснил я, используя каждую унцию концентрации, чтобы не пошатнуться, когда оттолкнулся от стены. — Спасибо, что пришел так быстро, чувак.

— Как будто я оставлю тебя здесь, — усмехнулся он. — Не забывай своего старого друга Пэдди, когда будешь в большом дыму с большими мальчиками.

Я не мог вспомнить своего старого друга Пэдди сейчас, но не собирался говорить ему об этом.

— Джонни, подожди, парень! — позвал Хьюи Биггс, когда он, спотыкаясь, и выходя из паба ко мне. Схватив меня за руку, он остановил. — Тебе придется взять нас с собой.

— Кто это мы? — я ответил медленно. — Если ты говоришь об этой сумасшедшей гребаной девчонке, то забудь об этом, Хьюи. Я за нее не отвечаю, и я скорее отрежу себе член, чем вернусь в дом и буду иметь с ней дело.

— Кто — Белла? — Хьюи нахмурился и покачал головой. — Нет, чувак. Пусть идет на хуй. Она уже вернулась к Кормаку. Он прятался в гостиной всю ночь, трус. Не выходил, пока ты не ушел. — Он подтащил меня к окну и указал внутрь. — Ты не можешь оставить их здесь.

Мой взгляд метнулся от Хьюи к Гибси, который в настоящее время лежал лицом вниз на столе и храпел, откинув голову назад, потом переметился на Патрика Фели, к которому приставала одна из подруг Беллы, к Белле, которая трахалась с Кормаком Райаном, а затем снова к Хьюи.

— Почему я? — я застонал.

— Потому что мы твои дети, — объявил Хьюи, наваливаясь на меня всем своим весом.

— Мои дети? — Я невнятно произнес. — Какого черта вы трое чьи-то дети?

— Ты наш капитан, — невнятно произнес Хьюи. — Мы вроде как на твоей ответственности.

— На поле, идиот.

— Давай, Кэп, это у тебя пустой дом. Ты знаешь, что мать Фели сойдет с ума, если он пойдет домой в таком состоянии, а моя мама не пропустит нас через переднюю. И Гибс… — он указал большим пальцем на окно. — Он ведь тебе, как брат, парень.

Все печальные истины.

— Вы кучка обычных идиотов, вот вы кто, — проворчал я, прежде чем смягчиться. — Отлично, — я провел рукой по волосам и вздохнул. — Возьми их. Мы уходим сейчас.

— Ты абсолютная легенда, Кавана, — похвалил Хьюи, возвращаясь в паб, чтобы забрать парней.

В любом другом случае я бы предложил ему помощь. Гибс был невыносим после выпивки, но я скорее пройдусь по раскаленным углям, чем вернусь внутрь и столкнусь с Беллой.

— Извини за это, Пэдди, — пробормотал я, подходя к такси, чтобы прислониться к нему, пока ждал трех гребаных марионеток, выходящих из бара. — Я думал, что буду один.

— Не волнуйся, чувак, — ответил пухлый человечек. — Любой друг Джонни Кавана — мой друг.

— Да? Ну, мои друзья — придурки, — признался я, пожав плечами.

И неравнодушны к блевотине.

В такси…

— Пэдди… — Почесав затылок, я повернулся, чтобы посмотреть на него, мой разум был настроен на потенциальный ущерб. — Напомни мне оставить тебе пару билетов на одну из наших домашних игр летом, если тебе интересно.

— Господи, Джонни, ты серьезно? — Глаза таксиста загорелись. — Я был бы рад, парень. Потрясен до глубины души. Я смотрю все ваши матчи. Я даже заставляю свою дочь транслировать в прямом эфире те, которые не транслировались по телевизору. Я всегда говорю своей жене, что юный Кавана — лучший, кого я когда-либо видел в Зеленом под номером 13.

Я отмахнулся от его слов, зная, что в семнадцать лет должен быть потрясен, услышав, как мужчина, более чем в три раза старше меня, так высоко хвалит меня, но я слышал точь-в-точь такие же слова так много раз, что комплимент бесследно исчезал из мыслей.

— Ценю поддержку, чувак, — ответил я. — У тебя есть мой номер в списке звонков. Просто пришли мне сообщение, чтобы напомнить, потому что я сейчас чертовски пьян и утром не вспомню ни слова из этого.

— Будет сделано, — ответил Пэдди. — И не хочу переступать черту, но ты хорошо избавился от этой девушки.

Я нахмурился, глядя на него, мысленно ломая голову над тем временем в истории, когда я был достаточно глуп, чтобы забрать ее с собой домой. Это единственный способ, которым таксист мог узнать.

В затуманенном сознании я смутно припоминал прошлогоднюю вечеринку во время каникул на Хэллоуин, когда Белла устроила грандиозную истерику возле паба, потому что я отказался отвезти ее домой на такси.

Это был один из последних раз, когда я был с ней.

— Тот, о котором говорил твой приятель, — объяснил он. — Она плохая новость для такого парня, как ты. — Постучав себя по виску, он добавил:

— Доверься старине Пэдди, парень. Такие девочки, как эта, любят только брать.

Он имел на это право.

Черт возьми.

Хьюи и Фели, пошатываясь, вышли из бара, таща за собой Гибси, который во всю глотку пел свою собственную версию песни The Blizzard «Поверь мне, я доктор».