Переплет 13 (ЛП) - Уолш Хлоя - Страница 6

С опущенной головой и яростно бьющимся о грудную клетку сердцем я поспешила через пустые поля, заколебавшись только тогда, когда добралась до самого большого из тренировочных полей — того, которое было заполнено парнями.

Огромные парни.

Грязные парни.

Злые на вид парни.

Которые смотрели на меня. Вот дерьмо.

— Что ты делаешь?

— Убирайся с гребаного поля!

— Иисус Христос!

— Чертовы девочки.

— Пошевеливайся, будь добра!

В панике я проигнорировала крики и насмешки, когда поспешила мимо них, явно мешая тренировке. Унижение просочилось сквозь мое тело, когда, ускорив шаг, перешла на неуклюжую трусцу. Земля была мокрой и грязной от дождя, поэтому не получалось двигаться так быстро, как мне — или тем парням — хотелось бы.

Добравшись до края поля, мне захотелось плакать от облегчения, ведь я уже ковыляла вверх по крутому склону. Однако мое успокоение было лишь кратковременным, мимолетным чувством, которое быстро сменилось жгучей болью, в момент прилета чего-то очень твердого и тяжелого в затылок, выбивая воздух из легких и ноги из-под меня.

Мгновение спустя я падала в свободном падении назад, кувыркаясь по илистому берегу, боль рикошетом пронзила мою голову, не давая мне ясно мыслить или предотвратить собственное падение. Последней связной мыслью перед тем, как я с глухим стуком упала на землю, и меня окутало густое облако тьмы, было следующее: ничего не меняется.

Но я был неправа.

Все изменилось после того дня.

Все.

Глава 3. Летающие шары

Чудо — мальчик покорил тренерский штаб Академи.

Юный Джонни Кавана, 17 лет, уроженец Блэкрока, Дублин, в настоящее время проживающий в округе Баллилаггин, Корк, прошел медицинское обследование, чтобы получить место в престижной академии регби в Корке. С начала прошлого сезона юноша лечился от хронической травмы паха, и врачи команды дали ему полное разрешение на тренировки. Ученик средней школы колледжа Томмен собирается выиграть свой пятнадцатый матч за Академию в эти выходные, будучи названным стартовым 13 номером для уважаемой молодежной команды. Естественный центр привлекает внимание тренеров международного уровня, в том числе клубов в США. Главный тренер Ирландии U20 (лига до 20 лет) Лиам Делани, когда его попросили прокоментировать стремительный взлет школьника по карьерной лестнице, произнес следующее:

— Мы в восторге от уровня подготовки подающих надежды игроков по всей стране. Будущее ирландского регби выглядит блестящим.

Конкретно о школьнике из Корка были такие слова:

— Мы знали о Каване с его игровых дней в Дублине и вели тесные переговоры с его тренерами и тренерами в течение последних восемнадцати месяцев. Тренеры U18 (лига до 18 лет) впечатлены. Мы внимательно следим за его прогрессом и впечатлены уровнем интеллекта и зрелости, которые он естественным образом излучает на поле. Он, безусловно, тот, кого нужно остерегаться, когда он достигнет совершеннолетия.

***

Джонни

Я был измотан.

Серьезно, я так устал, что мне было трудно держать глаза открытыми и сосредоточиваться на главном. Мой день из ада превращался в адскую неделю, и это был особенный подвиг, учитывая, что был понедельник. Возвращение к учебе, не говоря уже о тренировках и спортзале шесть вечеров в неделю, сделало свое дело.

Честно говоря, я бегал с пустыми руками с прошлого лета, вернувшись из международной кампании с U18, где я играл вместе с лучшими игроками Европы, только для того, чтобы отправиться прямо в интенсивный шестинедельный тренировочный лагерь в Дублине. После этого у меня был десятидневный перерыв, прежде чем я вернулся в школу и возобновил свои обязательства перед моим клубом и академией.

Я также был голоден, что не сулило ничего хорошего моему характеру. Справлялся с большими интервалами между приемами пищи не очень хорошо. Мой образ жизни и интенсивный режим тренировок требовали, чтобы я ел регулярно, в отведенное время. Каждые два часа были идеальными для моего тела, когда я потреблял 4500 калорий в день. Заставляя мой желудок ждать дольше четырех часов, и я становился капризной, раздражительной сукой.

Не то чтобы я особо предвкушал гору рыбы и тушеных овощей, ожидающих меня в ланч-боксе, но, черт возьми, у меня была рутина. Нарушение режима питания было верным способом разбудить голодного зверя внутри.

Мы были на поле меньше получаса, а я уже вывел из строя троих своих товарищей по команде и в процессе получил взбучку от нашего тренера. В свою защиту могу сказать, что каждый мой подкат на них был совершенно законным, если не сказать немного безжалостным.

Но это была моя точка зрения, черт возьми.

Я был слишком раздражен, чтобы отыграться на мальчиках, которые и близко не подходили к моему уровню игры.

Мальчики были подходящим словом в данном случае. Они ими и являлись.

Я играл с мужчинами. Также часто задавался вопросом, какой смысл играть в школьной команде. Мне это ни хрена не помогало.

Уровень клуба был достаточно базовым, но регби для школьников было чертовски пустой тратой моего времени. Особенно в этой школе.

Сегодня был первый день возвращения после рождественских каникул, но школьная команда тренировалась с сентября.

Четыре месяца.

Четыре гребаных месяца, и мы выглядели более дезорганизованными, чем когда-либо.

В миллионный раз за последние шесть лет я обнаружил, что возмущен поступком моих родителей. Если бы мы остались в Дублине, я бы играл в качественной команде с надежными игроками и добился бы, черт возьми, реального прогресса. Но нет, вместо этого я был здесь, посреди дерьмовой глуши, пользуясь слабостью не слишком опытного тренера и надрываясь изо всех сил, чтобы удержать нашу команду вполе зрения на отборочных матчах.

В прошлом году мы выиграли Кубок лиги, потому что у нас была крепкая команда, способная играть в приличное гребаное регби. Из-за отсутствия нескольких игроков из прошлогодней команды, которые теперь ушли в колледж, мое волнение и беспокойство за наши шансы в этом году росли с каждой минутой.

Я был совсем не единственным, кто чувствовал себя так. У нас осталось шесть или семь исключительных игроков, которые были достаточно хороши для дивизиона, в котором мы играли, и в этом была проблема. Нам нужна была скамейка из двадцати трех достойных игроков, чтобы преуспеть в этой лиге. Не полдюжины.

Мой лучший друг Джерард Гибсон, или сокращенно Гибси, был ярким примером исключительности. Он был, без тени сомнения, лучшим фланговым игроком, с которым я играл или против которого выступал на этом уровне регби, и мог легко продвинуться по карьерной лестнице, приложив немного усилий.

Однако, в отличие от меня, регби не было жизнью Гибси. Отказ от вечеринок и подружек на несколько лет был небольшой ценой за профессиональную карьеру в спорте. Если бы он отказался от выпивки и сигарет, стал бы феноменальным. Однако Гибс не был так уверен, решив провести качественное тренировочное время, с удовольствием трахаясь со всем женским населением Баллилаггина, и пил до тех пор, пока его печень и поджелудочная железа не начинали кричать в знак протеста. По моему мнению это было ужасным расточительством.

Очередной неудачный пас от Патрика Фели, нашего нового 12-го номера и моего партнера по полузащите, заставил меня потерять свою всегдашнюю любовь к дерьму прямо там, в середине поля.

Выдернув свою каппу, я швырнул ее в него, ударив прямо в челюсть.

— Видишь это? — я зарычал. — Это называется попасть в гребаную цель.

— Извини, Кэп, я сделаю лучше, — пробормотал покрасневший центровой, обращаясь ко мне по прозвищу на поле, которое я получил с тех пор, как стал капитаном школьной команды на четвертом курсе и в том же году заработал свой первый международный титул.