Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Михеев Михаил Александрович - Страница 807

Гиреев рывком выхватил из кобуры лучемет, но выстрелить не успел. Короткий, резкий свист, запястье пронзила боль, и оружие, выбитое из руки капитана, улетело куда-то в темноту. Он резко обернулся — прямо перед ним, метрах в трех, стояла темная фигура, и в руке у нее был кнут. Самый обычный кнут, неплохое оружие в умелых руках. Вот только когда-то, еще в Академии, Гиреева учили владеть и таким оружием, а умеющий владеть должен уметь и обороняться.

Кнут свистнул в воздухе, но теперь капитан был готов — рука, затянутая в десантный комбинезон, взлетела навстречу, наноброня поглотила энергию удара. Тонкий конец кнута со вшитыми тяжелыми, явно свинцовыми шайбами, обернулся вокруг руки в три оборота. Таким кнутом можно сломать хребет волку, да и человеку тоже, но ударивший явно не собирался не только убивать, но и сколь-нибудь заметно калечить — сбить с ног, максимум обездвижить. Не получилось — Гиреев перехватил кнут, рванул на себя. Его противник не ожидал этого, но кнута не выпустил, подлетел от рывка и врезался капитану в грудь. Правда, успел сгруппироваться и даже попытался нанести удар — но тщетно, Гиреев сбил его с ног одним несильным вроде бы ударом и, перешагнув через потерявшего сознание противника, грудь в грудь столкнулся еще с троими. Короткая яростная схватка, и Гиреев прорвался, хотя и получил несколько чувствительных ударов. Рывком уйдя в темноту, он оглянулся и моментально оценил увиденное: у костра лежал часовой, судя по всему, его спеленали, как мумию. Чуть в стороне группа человек в семь или восемь, в пляшущем свете костра было не понять, деловито заканчивала упаковывать второго десантника и особиста, так и не сумевших выпутаться из сетей. Без оружия помочь им не стоило и пытаться, и вот тут Гиреев совершил ошибку. Вместо того чтобы скрыться в темноте, он поступил невероятно предсказуемо — побежал к драккару. Непростительно для профессионала — там его уже ждали.

Первых двоих он просто снес, остальные шарахнулись в стороны, и между ним и трапом остался лишь один противник — неожиданно высокий, очень спокойный, об этом можно было сказать, даже не видя его лица. Видимо, он был здесь за главного — повинуясь его жесту, остальные разошлись чуть в стороны, образуя правильный круг. Гиреев чуть слышно зарычал — похоже, что самонадеянный враг не понял еще, с кем имеет дело.

Однако на сей раз ему достался серьезный соперник. Преимущества в физической силе у капитана вдруг не оказалось — его противник был едва ли не сильнее, да и двигался даже быстрее, чем капитан. И, как с удивлением отметил Гиреев, дрался он не хуже. Чуть иначе, конечно, но не хуже. Больше всего это было похоже как раз на комплекс рукопашного боя, которому учили в Академии и которым, пусть не в совершенстве, но очень недурно владел и сам Гиреев. Только в исполнении этого непонятного противника стиль был чуть другим, с небольшой поправкой на другого инструктора и, возможно, на местный колорит. Ну да последнее уже явно благоприобретенное. И еще чувствовалось, что в рукопашной у него куда больше опыта. Все это он понял очень быстро — схватка профессионалов долгой бывает редко. Вот и сейчас она продолжалась едва ли больше тридцати секунд.

— Ты… кто? — хрипло спросил Гиреев, когда, пропустив удар по ребрам и подсечку, упал на влажную от росы траву. Противник не ответил.

Гиреев поднялся. Его противник спокойно стоял и ждал. Народу вокруг явно прибавилось, у многих в руках были факелы. Теперь, в их неярком свете, Гиреев хорошо видел лицо своего противника — молодое, но уже в сеточке морщин, с небольшим свежим шрамом на щеке. И еще Гиреев видел, что тот одет в такой же, как у него, десантный комбинезон. Ну не совсем такой, чуть другого покроя — старого образца, но такие носили многие, новые начали вводить чуть больше года назад, и на всех пока не хватало, а свойства ничуть не менялись. На голове — форменный берет, он чуть сбился, и теперь наружу выбиваются кроткие светлые волосы, на плечах… На плечах — лейтенантские погоны, а на поясе — самый настоящий лучемет! И у других, собравшихся здесь, кроме мечей на поясах тоже лучеметы, у одних — русские, у других — американские. Различить, кстати, очень просто — совершенно разная конструкция при схожих характеристиках. У американских одна большая батарея, у русских — обойма на несколько маленьких, число зависит от модели. У американцев батареи хватает на определенное число выстрелов, после чего ее нужно выбрасывать, у русских одна батарея — один выстрел, после чего батарея автоматически вылетает, как стреляная гильза. В каждой конструкции свои плюсы и свои минусы, и внешний вид получается разный.

Но разобраться до конца Гирееву не дали. Непонятный лейтенант двинулся на него, Гиреев попытался защититься, но на сей раз с ним никто не пытался драться — его просто огрели по затылку чем-то тяжелым, и капитан потерял сознание.

Глава 16

Капитан первого ранга Кошкин глазам своим не поверил, когда вместо Гиреева с его драккара на него вышел пропавший без вести лейтенант Михайлов. Кошкин хорошо помнил молодого и в меру перспективного офицера, но увидеть его сейчас совершенно не ожидал. Изображение на мониторе планетарной связи было посредственным, к драккару приближался грозовой фронт, и помехи от него уже ощущались, однако ошибки быть не могло — перед Кошкиным был именно член экипажа пропавшего «Орла» и, будем говорить честно, его собственный ученик.

— Здравствуйте, Василий Петрович, — совершенно не по-уставному поприветствовал Кошкина лейтенант.

— Привет-привет, — так же не по-уставному ответил Кошкин и задумчиво посмотрел на экран, будто надеясь, что сейчас изображение мигнет, и окажется, что все это чья-то злая шутка, сон или вовсе глюк, вызванный недосыпанием. Лейтенант на изображении был вполне реален и исчезать не собирался.

— Василь Петрович, — как-то вдруг очень по-старому сказал лейтенант. — Спускайтесь. Нам есть о чем поговорить.

— А сюда подняться ты не хочешь?

— Хотел бы — давно бы поднялся.

Губы лейтенанта вытянулись в тонкую линию, а лицо исказилось выражением крайнего упрямства. Кошкин полагал, что неплохо его знает, однако ТАКОГО Михайлова ему прежде видеть не доводилось. Похоже, действительно стоило спуститься и разобраться во всем самому, на месте. Да и, по чести говоря, сидение на орбите каперангу тоже порядком надоело.

— Где Гиреев? — спросил он для проформы.

— Здесь, где ж ему еще быть? Пришлось ему по лицу настучать малость, — честно ответил лейтенант. — Но не смертельно, просто надо было узнать кое-что. Сейчас сидит, отдыхает, только развязывать его, вы уж извините, не буду — уж больно нервный. А мне бы с вами тет-а-тет побеседовать. Так как, спуститесь?

— Хорошо, — кивнул Кошкин, — жди. Координаты?

— Идите по пеленгу, связь будет работать. Только, пожалуйста, немного подождите — скоро гроза.

— Не учи ученого, сопляк, — усмехнулся Кошкин. — Жди.

Драккар командующего эскадрой покинул флагманский крейсер через пять часов после разговора — Кошкин действительно переждал. Риск он не слишком любил, тем более глупый риск, и к совету Михайлова, равно как и к мнению своего флаг-штурмана, отвечающего, в числе прочего, и за безопасность полетов. Метеоусловия действительно оставляли желать лучшего, поэтому Кошкин переждал, разумно решив, что несколько часов уже все равно ничего не решают.

Полет занял не более получаса — можно было бы, конечно, и быстрее, но куда торопиться? Михайлов не соврал — рацию он не выключил, и по пеленгу прошли, как по ниточке, хотя, по чести говоря, вполне можно было бы обойтись и без него, потому что драккар Гиреева стоял там же, где и приземлился, на живописном берегу речушки. Только костер потух — ну да, гроза была с коротким, но сильным дождем, а потом никто не потрудился развести снова — зачем?