Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Михеев Михаил Александрович - Страница 833

Начать хотя бы с того, что корабли собирались по совершенно непонятному принципу. Классический ударный флот — это ударные авианосцы под прикрытием линкоров или линейных крейсеров в соотношении, желательно, один к одному. Это не блажь, просто авианосцы, несмотря на собственное не самое слабое вооружение, представляют собой огромные и тяжелые, маломаневренные бандуры, лакомую добычу практически для любого, кто к ним прорвется. Линкор у этого любого желание выпендриться отбивает махом, хотя сам весьма уязвим для массированных атак драккаров и кораблей-торпедоносцев. Вокруг этого артиллерийско-авианосного ядра — боевое охранение из крейсеров всех классов. Крейсера-разведчики и линейные крейсера осуществляют патрулирование. Ничего сложного, но корабли должны иметь примерно сходные ходовые качества, а тут…

Нет, американский флот был, конечно, составлен вполне грамотно, а вот союзнички… Мать их так и разэтак! Такого барахла О'Салливан не видел давно. Удивительно, как некоторые корабли вообще еще летали. Несколько крейсеров даже пришлось загнать в американские доки, чтобы (за счет американских налогоплательщиков!!!) привести их в относительный порядок. А когда стали снаряжать эскадру! Да такого воровства, как при этом, О'Салливан вообще не видел.

Воровали все — и в открытую, и тишком, и по документам. Поставляли запчасти, топливо и вооружение по утроенной цене, и еще везло, если новые, а не двадцать раз списанные по старости и износу. Внаглую потрошили электронные счета. Вывозили с армейских складов все подряд. Американцы, немцы и англичане еще поддерживали какое-то подобие порядка, а все остальные, казалось, просто поставили себе целью украсть у самих себя как можно больше. А главное — все это прикрывалось с самого верха. Похоже, не один высокопоставленный козел в мундире или без оного намерен был нагреть себе руки на этом походе. Типа «война все спишет». Когда однажды со склада пропали в неизвестном направлении сразу пять драккаров, озверел уже не только О'Салливан, но и командующий эскадрой адмирал Крогсон. Мужик Крогсон, кстати, был очень неплохой, и хотя карьеру делал в основном при штабе, успел и послужить, и повоевать, так что был вполне вменяем, в отличие от начальника штаба контр-адмирала Граве.

Так вот, обычно нордически невозмутимый Крогсон, двухметровый техасец с норвежскими корнями, все-таки вспылил и устроил большой шмон. Положение это кардинально не исправило, но хоть что-то удалось наладить и вывести, наконец, эскадру в этот злосчастный поход.

Вот тут-то и выяснилось, что на Земле были, как говорят русские, еще цветочки — ягодки начались сразу после старта. Для начала румынский крейсер протаранил британский авианосец еще до того, как тот снялся с орбиты. Нет, что румыны — вояки хреновые, знали все, но чтобы настолько… Древнее барахло, единственный корабль из этой страны, был как раз одним из тех кораблей, которые в спешном порядке восстановили сами же американцы. Ну и оказался экипаж под стать кораблю. В результате от крейсера осталось немногое, но жаль было не его, а авианосец, который восстановлению, похоже, не подлежал. Более того, его чудом смогли удержать на орбите и не дать этой громоздкой туше рухнуть на поверхность планеты — вот тогда мало бы не показалось никому, особенно рухни он на какой-нибудь город. Да и просто в океан — с работающими реакторами.

Потом оказалось, что больше, чем по одному прыжку за раз, сделать не удастся — часть кораблей, в основном турецкие, были настолько устаревшими, что их ходовые качества вызвали бы смех, если бы вначале не вызвали жалости. Потом выяснилось, что часть транспортов с топливом и войсками имеют настолько паршивые динамические характеристики, что разгон будет длиться и вовсе уж несусветное время. Потом… Да этих «потом» было столько, что вешаться хотелось. Пожалуй, О'Салливан, да и Крогсон, предпочли бы завернуть связывающих их по рукам и ногам союзничков и силами полноценных эскадр двинуться самостоятельно. Более того, даже бюрократ и перестраховщик Граве высказал как-то эту крамольную мысль, но… Приказ есть приказ, его не обсуждают, а инструкции для командования эскадры были составлены предельно четко. Поэтому поход продолжался черепашьим темпом, и запертые в глухих железных коробках люди тихо зверели.

Впрочем, нет худа без добра. Медленно ползущая эскадра успела «слетаться», ее командиры научились совместно маневрировать, а экипажи (а у некоторых союзничков экипажи, как оказалось, иногда не ходили в дальние походы годами) — управляться с кораблями. Слабое утешение, но хоть что-то.

О'Салливан сердито сморщился, обходя техников, которые почему-то прямо здесь, в коридоре, а не в ангаре, копались в потрохах боевого робота. Ходовой манипулятор этого «холодильника», как презрительно называли его десантники, бессильно откинулся, перегородив почти весь коридор. Контр-адмиралу очень хотелось «спустить на них Полкана», как выражался его знакомый из Российского флота, сгинувший несколько лет назад в той самой мясорубке с переворотом, однако он сдержался — так или иначе, люди заняты делом, хотя использование боевых роботов, на взгляд О'Салливана, было пустым переводом денег. Роботы все равно были довольно медлительными, очень предсказуемыми, да вдобавок еще и часто путали своих с чужими. Единственным их преимуществом было мощное вооружение и то, что робот — не человек, в бою его не так жалко. На взгляд О'Салливана, да и не только на его взгляд, русские поступили умнее — создали боевой скафандр с тяжелой броней, мощными сервоприводами и целым арсеналом вооружения. И дешевле, и эффективнее, вот только высокие чины в штабах этого никак понять не хотели и продолжали выделять деньги на разработку и производство металлопластиковых уродцев. Впрочем, время покажет, кто прав.

О'Салливан вошел в свою роскошную каюту, бухнулся на диван и устало потер лоб. Потом встал, взял из бара бутылку виски, плеснул себе в стакан и, не разбавляя, залпом выпил. Поморщился, плеснул еще и снова, со стаканом в руке, бухнулся на диван. Внимательно глядя на чуть желтоватую, прозрачную жидкость, он задумался. В принципе не в первый раз, и каждый раз эти думы приводили к одному результату.

Их флот шел слишком медленно, и наверняка на пиратской базе о них уже знали. Русские неповоротливы, как медведи, но они не дураки, наверняка им уже известно и число вымпелов, и боевые возможности кораблей коалиции. Да, впрочем, что себя обманывать — наверняка им было все известно еще до того, как флот стартовал с орбиты Земли. Их планы наверняка учитывают все, и почти наверняка русские постараются нанести атакующему флоту максимум потерь, чтобы на их фоне попытаться выторговать себе приличные условия. Конечно, условия ставятся на переговорах, но, завалив десяток-другой кораблей, русские могут рассчитывать, что Америка, устрашившись потерь, на переговоры пойдет. Союзный флот будет тащиться до цели не меньше месяца, и это еще в лучшем случае, если ничего не произойдет. А каждый день, потерянный их флотом, — это время, которое русские, без сомнения, потратят на укрепление обороны. И, опять же, в перспективе это — потери, потери и еще раз потери.

На месте русских О'Салливан атаковал бы флот коалиции, не дожидаясь, пока он выйдет на орбиту, а на пределе дальности своих кораблей, пространствах в трех от базы. Нанес бы кучу точечных ударов, запугал, замедлил передвижение, а уже потом, отталкиваясь от ситуации…

Додумать ему не дал мощный взрыв, разорвавший авианосец пополам.

Глава 10

Нельзя сказать, что мысли Виктора так уж отличались от мыслей американского адмирала. Разве что подход у него был, как это часто свойственно русским людям, несколько более творческим. В принципе народное творчество — это было все, что он мог реально противопоставить противнику, в разы превосходившему его и по численности, и по мощи огня. Ну и еще куда лучшую слетанность экипажей, выучку, огромный боевой опыт, что вполне логично для служащих на форпостах. И еще — резерв времени. Полгода коалиция собирала флот, а время — великая ценность, если, конечно, грамотно уметь его использовать.