Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Михеев Михаил Александрович - Страница 926

В целом легко отделались. Поле выдержало, а людям досталось не то чтоб очень. Кобра просто от усталости выглядела, словно выжатый лимон, Док в машинном, во время маневра, потерял равновесие и несильно обжег руку о трубу теплоносителя. Пострадала и Дана, которая не была пристегнута, а рефлексов опытных космонавтов не имела. Сейчас она щеголяла с лейкопластырем на лбу – приложилась о край стола. Единственным, кому происшествие обошлось «всего-то» в сгоревшие нервные клетки, был сам командир, но вообще могло быть и хуже. Пробоина вот только оказалась достаточно крупной. Разумеется, можно было добраться до первой попавшейся населенной планеты и отремонтироваться, но Серов не исключал, что в скором времени им придется драться. Так что первое, чем занялся экипаж в его лице, стал ремонт внешней обшивки.

Ох и нудная это работа – срезать искореженные куски обшивки, радуясь, что не поврежден силовой каркас, ставить на место пробоины кусок броневой плиты, приваривать, заполировывать… А главное, все это делать в одиночку – Доку с его рукой в космос выходить было противопоказано.

Впрочем, механик тоже без дела не сидел. Пока командир восстанавливал наружную обшивку, он, исколов руку обезболивающим, готовился к восстановительным работам внутри отсека. И, как только Серов спустя шесть часов вернулся на корабль, Док приступил к ремонту. Ну, здесь ему помогали все, кто мог, и уже через пару часов корабль можно было считать условно исправным. Условно потому, что такой ремонт все равно не сравнится с работами, проведенными в специализированном доке, но теперь хотя бы можно было не опасаться, что заплатка из затвердевшей пены от сотрясения вырвется из пробоины и улетит в космос по своим делам.

А тем временем Кобра занималась сканированием пространства, пытаясь разработать безопасный маршрут для разгона. Получалось не очень. Разумеется, метеорных потоков было не так уж много, однако и без них мусора в космосе хватало. Но упорство вознаграждается, и рассчитать курс Кобра хоть и с трудом, но смогла. И как только работы были закончены, фрегат начал разгон.

Вообще, это оказался достаточно сложный маршрут, проходящий вблизи одного их газовых гигантов, того, что с разорванным кольцом. И даже он не гарантировал полной безопасности – Кобре то и дело приходилось вручную корректировать полет, чтобы избежать встречи с излишне крупными метеорами. Однако дальнейшее показало, что это – наименьшая из их проблем.

Сигнал замерцал на пульте неприятным рубиновым светом. Через секунду раздался удивленный голос Кобры:

– Командир, нас вызывают по всем каналам!

– Вижу, – буркнул Серов, переводя аппаратуру в режим громкой связи.

– …вой партии. Неизвестный корабль! Приказываю заглушить двигатели и лечь в дрейф для приема досмотровой партии. Неизвестный корабль! Приказываю…

Голос был механическим и таким звенящим, что резало уши. Язык – английский, что, в общем-то, ни о чем не говорило. По старинной традиции английский все еще считался языком межнационального общения. Сообщение явно крутилось по кругу, и, прослушав его раза четыре, Серов выключил звук.

– Идем прежним курсом. Перевожу главный локатор в режим эвристического поиска. Кобра. Энергию на накопители. Поле держать на десяти процентах, увеличение напряженности по необходимости. Орудия к бою. Док, реактор подготовить к форсированному режиму хода.

– Есть!

– Реактор у меня всегда готов, – буркнул из своих владений механик и чем-то лязгнул. Серов едва удержался от того, чтобы высказать ему все, что думает. С момента взлета с Квебека Док пребывал в раздраженном состоянии, да и Кобра выглядела странновато. Поцапались, что ли? Из-за местных девок, небось. Однако заострять вопрос не было времени.

– Вижу цель, – Кобра, как всегда, была лаконична. И через секунду: – Цель групповая, малоразмерная. Скорость семь… восемь… продолжает ускоряться… Цель классифицирована. Четыре ракеты типа «Команч». Скорость восемь с половиной, ускорение завершено. Время контакта три с половиной минуты.

– Задействую систему подавления. Маневр уклонения по готовности, – Серов лихорадочно крутил в голове информацию. «Команч». Старье жуткое, хотя и мощное. Производилось Альянсом, экспортировалось. С вооружения самого Альянса последние образцы сняты еще сорок лет назад, но кое-где все еще используются. Восемь с половиной – это модель не новее G, а их и вовсе уже нигде нет. Что за черт!

Уклоняться не потребовалось. «Команчи» прошли в полутысяче километров от них, даже не пытаясь скорректировать курс – видать, головки наведения после знакомства с системой подавления фрегата были мертвыми. Барахло…

– Вроде все…

– Засекла точку старта?

– Да. Смотри.

На голографическом изображении системы, упрощенном и неполном, замерцал фиолетовый треугольник. От желтой линии, обозначающей их курс, совсем недалеко. Очень интересно. Но обдумать это Серов не успел.

– Вижу цель. Групповая, малоразмерная. Скорость восемь с половиной, постоянная. Опять «Команчи», теперь восемь… Цель номер два. Групповая, малоразмерная. Скорость восемь и три. Цель классифицирована. Ракеты типа «Делавэр», восемь штук. Цель номер три. Групповая, малоразмерная. Скорость восемь и семь. Цель классифицирована. Ракеты типа «Ирокез», четыре штуки. Пока все. Расчетное время контакта – минута.

– Схема прежняя. Работаем, девочка.

– Сам… щегол, – хихикнула из-за пульта Кобра. – Дана, ты пристегнуться не забыла?

– Пристегнулась, – искаженный динамиком голос юнги звучал неестественно.

– Ну и молодец. Сейчас начнется. Ах, ты ж черт!

Следующие четверть минуты свелись к череде кульбитов, для более крупного корабля попросту невозможных. Кто бы ни произвел обстрел, сработал он грамотно, все ракеты добрались до цели практически одновременно, и крутиться пришлось, как ужам на сковородке. Система подавления сработала штатно, но она оказалась не всесильна. Если «Команчи» и более легкие «Ирокезы» она смогла нейтрализовать, то с тяжелыми «Делавэрами» дело обстояло не так просто. Предназначенные для борьбы с ударными кораблями – крейсерами, линкорами, авианосцами – эти ракеты должны были преодолевать многоуровневую систему обороны. И уничтожить их старые, но хорошо защищенные блоки управления у аппаратуры фрегата банально не хватило мощности.

Однако Кобра доказала, что не зря была лучшей в выпуске. Фрегат швыряло из стороны в сторону так, что корпус скрипел, а Серов, согласно боевому расписанию работавший на батареях ближнего боя, играл с конфигурациями залпов. В результате три ракеты прошли мимо цели и были расстреляны зенитками вслед, еще три Серову удалось сбить на подлете. Еще одна, то ли получившая, наконец, свое от системы подавления, то ли просто неисправная, потеряла цель и сверкнула вспышкой, угодив в очередной метеоритный поток, и лишь восьмая, преодолев зенитный огонь, вышла лоб в лоб с фрегатом.

Серову показалось, что корабль встал на дыбы, бешеной перегрузкой его вдавило в кресло, и лишь через десяток секунд командир «Фаэтона» понял, что они все еще живы. То, что сделала Кобра, было больше, чем высший пилотаж. На полном ходу она смогла развернуть корабль на сто восемьдесят градусов, и ракета исчезла, сгорела, как свеча, в бешеном пламени работающих на форсаже двигателей. Но эта информация стала ему известна намного позже, а пока Серова куда больше волновали бешеное сотрясение корпуса, наступившая вдруг невесомость и отчаянно ругающийся Док, которого в машинном приложило-таки об стену. Ремень, удерживающий механика, выдержал, но крепление самого кресла вырвало, и как Дока не убило, когда он пролетел несколько метров с тяжеленной бандурой за спиной, только Великий Космос ведает. Впрочем, может статься, его спасли навернувшиеся в момент разворота гравитационные стабилизаторы, от чего и вырубилось искусственное тяготение на «Фаэтоне», но это все были несущественные нюансы. Главное, они остались живы.

– Двигатели стоп. Энергопотребление – на минимум. Включить маскировочную сеть.