Заставь меня (ЛП) - О' - Страница 5

Здесь есть зона ожидания с красными кожаными скамейками, куда хостес направляет меня. Я сажусь, чувствуя себя не на своем месте. Не то чтобы здесь все были одеты по дресс-коду, но они выглядят как люди, которые моют фрукты, как только приходят домой из магазина, и покупают туалетную бумагу с запасом. Короче говоря, похожи на людей, у которых жизнь налажена.

И это точно не про меня.

Я подняла с пола вещи и выбрала их только потому, что они прошли проверку на нюх. Приняла душ, но не удосужилась помыть волосы, поэтому они уложены в небрежный пучок — и не самый шикарный. На мне сланцы с носками, и я все больше думаю, что это ошибка.

Почему водитель не мог отвезти меня в забегаловку с жирной пиццей и крылышками?

Я уже встала и собираюсь уходить, когда к хостес подходит мужчина в черном костюме. Он наклоняется, чтобы прошептать ей что-то на ухо, и при этом кладет руку ей на бицепс.

Как только я вижу его, меня словно сбивает автобус. Я настолько потрясена, что отшатываюсь назад на несколько шагов, как будто получаю физический удар.

Вижу черно-белую татуировку лисы, которая смотрит на меня, а змея все так же мертво свисает из ее пасти. Я умоляю свои ноги двигаться, но чувствую себя такой же парализованной, как и в первый раз, когда увидела эту татуировку.

Застыла на месте.

Хостес смеется над тем, что сказал он — убийца Бет, — и это выводит меня из транса. С каждым нервом в моем теле, бьющимся от адреналина, я бодро выхожу на улицу. Пытаюсь сохранить спокойствие, пока не дойду до угла квартала, но мне это не удается. Я бегу по тротуару. За углом прижимаюсь спиной к ближайшему зданию. Задыхаясь, смотрю на голубое небо, пока мои легкие пытаются восстановить дыхание.

Только на мгновение. Затем я роюсь в сумке в поисках визитной карточки, которую дал мне детектив Саксон.

Черт. Дерьмо. Дерьмо. Что за бездна в этой сумке!

Я судорожно обшариваю ее рукой, прежде чем решаю выбросить все на тротуар. Перебираю скомканные квитанции, ручки, тампоны и разный хлам, пока не нахожу визитку. Все еще стою на коленях на тротуаре, окруженная содержимым своей сумки, когда звоню Лео.

Идут гудки, и я грызу внутреннюю сторону щеки. Возьми трубку, возьми трубку, возьми трубку.

— Саксон, — раздается его голос, и моя грудь раздувается в большом, облегченном вздохе.

— Это он. Я его видела.

***

Я держу дверь открытой для полицейского, сопровождающего закованного в наручники мужчину, от которого волнами исходит запах алкоголя. Я следую за ними, в вестибюле участка, где явно меньше народу, чем когда я была здесь в последний раз. Однако флуоресцентные лампы и запах лизола остались прежними.

— Харлоу Харгрейв к детективу Саксону, — говорю я женщине-полицейскому, очевидно, дежурившей в приемной за стеклянной перегородкой. Она чавкает жвачкой и берет трубку, нажимая пару кнопок.

Я нетерпеливо постукиваю ногой. Кто-то отвечает. Я их не слышу, но она бормочет «м-м-м», прежде чем повесить трубку.

— Он сейчас выйдет, — говорит она с выражением чистой скуки на лице. Я едва не вылезаю из кожи от нервов, а она тасует бумаги так, словно мечтает быть где-нибудь в другом месте. Если бы она знала, зачем я здесь, то была бы больше воодушевлена.

Я, блять, нашла его.

Это он. Я знаю, что это он. Татуировка впечаталась в память, преследует меня каждую ночь, и она принадлежит человеку в черном костюме. «Заткнись», — шиплю я на испорченную часть своего мозга, которая указывает на что-то отдаленно сексуальное в этой ситуации.

— Лео, — я встаю и машу рукой. Он улыбается, когда видит меня.

— Мисс Харгрейв, прошу вас пройти за мной.

— Если мне можно называть тебя Лео, то и ты называй меня Харлоу, — я бросаю на него взгляд и ухмыляюсь.

— Хорошо, — уголок его рта поднимается, и в его взгляде появляется почти коварный блеск, отчего у меня в желудке творятся непонятные вещи. — Харлоу.

Я слегка отстаю от него, пока он ведет меня через камеры временного содержания, разглядываю худые, но все еще мускулистые плечи. Я смотрю на других детективов. Одни с любопытством смотрят на меня, другие уткнулись носами в толстые папки. В воздухе витает какое-то волнение

Он проводит меня в комнату для допросов и закрывает дверь. Эта комната отличается от той, где я была раньше. Для начала, здесь есть окна, выходящие на улицу, и еще одно, выходящее на камеры. Должно быть, он заметил мой взгляд, потому что говорит:

— Могу опустить жалюзи, если будет комфортнее.

— Нет, все в порядке, — он жестом показывает на маленький круглый стол в центре комнаты, и мы оба достаем стулья и садимся. Еще одним отличием является ковровое покрытие. Наши стулья бесшумно скользят по ковру с низким ворсом, а не скрежещут, как металл по бетону.

Он достает из кармана диктофон, а также небольшой блокнот и ручку. Ставит диктофон в центр стола и щелкает по нему.

— Не возражаешь, если буду записывать? — я качаю головой, внезапно ощущая скорее нервозность, чем волнение. Все это кажется таким зловещим, как дежавю, когда он говорит: — Хорошо, расскажи, что произошло. Начни с самого начала.

Я рассказываю ему все с того момента, как проснулась. Опускаю часть о жизни на мусорной свалке. Детектив Саксон производит впечатление человека, который содержит дом в чистоте. Сомневаюсь, что найду у него хоть пылинку. Он ошалеет, если узнает, как я живу сейчас. И по какой-то причине меня волнует его мнение.

— …и тогда я позвонила, — заканчиваю я.

— Он тебя видел? — Лео щелкает ручкой, а я шаркаю по ковровому покрытию, покачивая ногами.

— Не думаю.

Он кивает головой и потирает нижнюю губу — мой взгляд фиксируется на этом движении — но он ничего не говорит. Просто кивает и снова щелкает ручкой с задумчивым видом.

— Ну…? Его арестуют или как? — нарушаю я молчание.

Он упирается предплечьями в стол и наклоняется вперед. Говорит тем же тоном, что и в прошлый раз, когда разговаривал со мной, как с пойманным кроликом.

— Дело вот в чем, Харлоу. Человек, которого ты видела, — Кэш Фокс. Он владеет «Персиком», «Лисьим логовом» и разными другими заведениями в городе, — от этих слов у меня кожа покрывается мурашками. Зная, что серийный убийца без зазрения совести живет своей жизнью на публике, управляя бизнесом. Ради всего святого, он был боссом Бет.

— Разве это не здорово? У него есть связь с Бет и местом преступления, — мои ладони начинают потеть, когда Лео прикусывает губу, словно тщательно обдумывая, что он собирается сказать дальше.

— Это все косвенные улики. Да, связь есть. Именно поэтому мы уже рассматривали его алиби, когда ты вспомнила о татуировке. Но мы все еще застряли на том же месте, где были раньше.

— И что это за место? — мое горло сжимается, и я умоляю себя не плакать. Этот разговор идет совсем не так, как я думала.

— Ты всего лишь свидетельница, которая что-то видела, но его алиби доказывает, что это невозможно, — я будто падаю с огромной высоты. Все нервы, адреналин, волнение, предвкушение и эйфория сегодняшнего дня внезапно исчезают, оставляя меня в свободном падении.

— Что? Нет, мы должны что-то сделать. Я видела его, Лео. Я, блять, видела его.

Это я лежала на тротуаре, когда мою лучшую подругу резали, не в силах ничего сделать.

Ничего. Я ничего не сделала.

Только запомнила каждую линию этой проклятой татуировки.

— Что это за алиби? Оно не правдивое. Это он, должен быть он, — мне не нравится, как отчаянно я говорю, но еще больше не нравится то, что Лео говорит дальше.

— Я не имею права обсуждать эти детали.

Мое тело вибрирует от ярости.

— Ты издеваешься надо мной? — я огрызаюсь. — Я пережила худшую ночь в своей жизни, а ты «не имеешь права обсуждать» что-либо со мной? — я встаю, готовая к штурму, если этот придурок скажет еще одну идиотскую вещь.

— Я уже рассказал тебе больше, чем следовало, Харлоу, — напряжение немного рассеивается, когда он извиняющимся тоном произносит мое имя. — Ты не должна знать, что Фокс является подозреваемым, не говоря уже о деталях его алиби.