"Фантастика 2023-172". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Демиров Леонид - Страница 871

— Ну, до этих ворот еще надо добраться! — возразил старый мастер, предпочитавший заниматься первоочередными проблемами и не любивший забивать себе голову тем, что могло произойти только завтра. — Вам всегда сопутствует удача. Я даже знаю, почему это так — ваше беспредельное мужество, презрение к смерти и неукротимое желание выполнить свое предназначение не могут не привлекать к вам удачу!

— Эта капризная богиня слишком изменчива, как и всякая женщина! — Танаев бросил взгляд в сторону Карин, словно хотел привести ее в пример, но вовремя остановился. Однако Бартону оказалось достаточно и этого намека.

— Если вы имеете в виду Карин, то вы не правы! Ее погибший жених никогда не был ей близок! И, мне кажется, она искренне привязалась к вам!

— В этом мире человеческие привязанности быстротечны... Но оставим это, Карин не имеет отношения к моему настроению. Во всем виновата эта проклятая птица... Кстати, вы успели ее увидеть, прежде чем насланный ею сон лишил вас всех сознания?

— Нет... Только странный шум, похожий на хлопанье огромных крыльев, а потом резкий звук в ушах усилился, и я потерял сознание. Но мне до сих пор трудно поверить, что вам в самом деле удалось поговорить с этой легендарной птицей! Если это так, то она должна была предсказать вашу судьбу!

— Она не стала предсказывать мою судьбу, лишь сообщила, что ее у меня нет. Или она оказалась не в состоянии ее разглядеть, что-то вроде этого. А потом она улетела, заявив, что не желает находиться рядом с человеком, у которого нет судьбы!

— Если бы мне пришлось предсказывать вашу судьбу, я бы, наверное, тоже не знал, что сказать, на месте этой птицы.

— Что ты имеешь в виду?

— То, что ваша личность раздвоена и в одной вашей голове сосредоточено слишком много знаний. Я не знал бы, какому Танаеву предсказывать судьбу, тому, что на Элане отдал свой мозг в рабство чужой машине, или...

— Это было не рабство!

— Или тому, кто через бездну лет вернулся на родную планету и не узнал ее... А потом, ведь был и еще один Танаев, который рискнул пройти через огненный портал, чтобы добыть мощь, способную противостоять самому Аристарху...

— Иногда мне кажется, Бартон, что ты знаешь обо мне больше, чем я сам. Но наше знакомство слишком коротко для таких заключений.

— Некоторые знакомства длятся дольше, чем мы об этом знаем!

— Теперь ты начинаешь говорить загадками. Но с меня вполне хватает Амок! Поэтому поясни, пожалуйста, откуда тебе известно название планеты, на которой располагалась защитная станция Антов. Я не помню, чтобы упоминал о ней. Больше того, я почти уверен в том, что не рассказывал тебе о ней!

— Вы действительно не рассказывали. Но еще до того, как я попал в нижний мир, у меня был один знакомый кот, который хорошо вас знал и очень любил распространяться на тему того, какого человека я вскоре встречу. Необычный это был кот, скажу я вам, и вообще, все, что с вами связано, навигатор Танаев, весьма необычно.

«Знакомый кот!» Эта мысль мелькнула, как вспышка, высветив воспоминания, связанные с его долгой дорогой домой, с кораблем Хорста и с появившимся из ниоткуда говорящим котом Чеширской породы. К тому же этот кот, являвшийся далеко не каждому, прямо назвал себя соглядатаем Темного князя, хотя и выполнял свои обязанности не слишком рьяно, а впоследствии даже подружился с Танаевым...

— Ты ведь не Бартон? То есть я хочу сказать, ты не простой оружейник из племени шатунов! Так кто же ты?

— В этом мире далеко не каждый выглядит так, как он выглядел в верхнем мире. И хватит об этом, я все равно не смогу открыть вам свой секрет, пока не придет для этого время.

Больше он не проронил ни слова, несмотря на все попытки заинтригованного Танаева разговорить этого странного старика.

Переулок, заваленный обломками обрушившихся зданий, неожиданно закончился. Прямо перед ними лежала большая открытая площадь. До ее противоположного конца было не меньше полукилометра.

Повинуясь знаку Танаева, отряд остановился у самой границы развалин.

— Нам нельзя выходить на открытое место. Оно слишком большое, и, пока мы его пересечем, арбалетчики настигнут нас и перещелкают, словно куропаток.

— Что будем делать? — спросил Фавен, предпочитавший не принимать самостоятельных решений.

— Здесь устроим засаду. Сколько у нас арбалетов?

— Два, — ответила Карин, вынимая из своей заплечной сумки приобретенное на ярмарке у проводников оружие.

— Этого недостаточно. Кто-нибудь из вас умеет метать ножи?

— Я предпочитаю топор, — сообщил Фавен, — и могу поразить им противника на расстоянии полета арбалетной стрелы!

Это предложение вызвало у Танаева какое-то смутное сомнение, хотя в ловкости Фавена он не сомневался.

— А ты, Бартон?

— Я предпочитаю делать оружие, а не пользоваться им!

— В таком случае отойди на вторую линию вместе с Карин.

— Я умею метать ножи не хуже любого мужчины! — возразила Карин, упрямо задрав подбородок. Это должно было означать, что спорить с ней сейчас совершенно бесполезно.

— Хорошо, тогда займи позицию за тем камнем и не высовывайся, пока все не закончится!

Бартон, возьми один из арбалетов, Фавен объяснит тебе, как им пользоваться, и отойди, как я уже сказал, подальше, вон за то здание, с его крыши ты сможешь стрелять, и, даже если ни в кого не попадешь, это заставит нервничать наших противников. Они не сразу поймут, откуда по ним ведется стрельба. Возможно, если нам удастся ликвидировать их передовой отряд, значительно оторвавшийся от основной группы, у нас появится время, чтобы пересечь эту проклятую площадь! Отсюда до храма остается не больше полукилометра. Если мы благополучно пересечем площадь, они нас уже не догонят!

Всё. Разошлись по местам и сидим тихо до тех пор, пока я не произведу первый выстрел. Затем сразу же начинайте атаку и производите как можно больше шума, стараясь не обнаружить при этом свое местонахождение.

— Довольно противоречивая задача! И для чего тебе это нужно? Для чего тебе нужен шум? — поинтересовался Бартон.

— Я хочу использовать фактор внезапности и сбить их с толку. Если они растеряются в первые минуты нашей атаки, это даст нам дополнительный шанс.

Удовлетворившись этим объяснением, Бартон кивнул и уверенно взвел тетиву арбалета, исчезая в указанных Танаевым развалинах.

— По-моему, он не нуждается в моих уроках! — сказал Фавен, доставая свой небольшой боевой топор. Танаев знал, что в руках этого человека любое оружие становится смертельно опасным, а с его метательным топором он успел познакомиться во время тренировок в лагере следопытов. С арбалетной стрелой такое оружие вряд ли могло сравниться, но с расстояния в пятьдесят метров Фавен уверенно вгонял его лезвие в пень с такой силой, что извлечение топора требовало усилия двух человек.

И все же какое-то неприятное сомнение относительно метательного топора Фавена у Танаева осталось, и он никак не мог понять, в чем же тут дело.

Притаившись за остатками стен, они ждали минут пятнадцать, прежде чем в дальнем конце заваленной обломками улицы, по которой они недавно пробирались, показался отряд арбалетчиков.

Их было всего шестеро, и это показалось Танаеву подозрительным. Слишком мало людей послали монахи в свой передовой отряд для выполнения ответственного задания! Что-то здесь было не так, и его шестое чувство опасности вовсю забило тревогу.

Однако менять что-либо на виду у противника Танаев уже не мог, он рассредоточил своих людей, чтобы они не могли все сразу попасть под массированный обстрел арбалетчиков, и теперь оставалось только ждать, пока захлопнется подготовленная для его отряда ловушка. В том, что это ловушка, он уже не сомневался...

Впрочем, один шанс у него все-таки оставался, он мог не начинать атаку, и если у его друзей хватит дисциплины и выдержки в точности выполнить его приказ и не начинать бой до его первого выстрела, арбалетчики монахов могут решить, что беглецы пересекают площадь, стараясь оторваться от преследователей, как это делали до сих пор.