Семья волшебников. Том 3 (СИ) - Рудазов Александр - Страница 161

Он поднялся в кабинет и достал из сейфа большую чашу с красными камешками. Поставив ее на стол, папа налил туда воды и сказал:

— Вот. Вместо того, чтобы бегать по шарлатанам, надо было сразу сказать мне. У нас есть фамильная Чаша Возможностей, это куда надежней любых оракулов.

— Серьезно, у тебя есть такая штука⁈ — изумилась мама. — А почему я узнаю об этом только на десятом году брака⁈

— Потому что не обо всем в этом доме тебе положено знать… демоница.

После того, как мама с папой немного попихались и пощипали друг друга, папа рассказал, что эту Чашу Возможностей сделала их пра-пра-пра… короче, Гердиола Дегатти, та строгая бабушка, которую Вероника видела, когда призывала предков. Она была профессором Пеканиума, знала толк в артефактах, но вот эта чаша — лучшее из ее творений.

— Она предсказывает будущее, но не точно, — сказал папа. — Просто показывает наиболее возможную вероятность. Показывает некий яркий эпизод. И воспользоваться ей можно только один раз в жизни.

— Слабовато, — покритиковала мама.

— Эй, это гораздо больше, чем может большинство оракулов. Пророчества — это самая трудная и неточная часть магии, действенные пророческие артефакты — большая редкость.

— А сам ты что там видел? — спросила мама. — Ты же туда заглядывал?

— Нет, никогда. Не хочу я ничего знать про будущее.

— Да ладно!.. Ты просто боишься.

— Узнавать свою судьбу — ошибка, — назидательно сказал папа.

— Ты же только что сказал, что это полная ерунда! Просто одна из возможностей!

— Если это будет дурная возможность, и я о ней узнаю, я буду о ней думать! Буду ненароком делать вещи, которые приблизят меня к ней, и таким образом сам определю свою судьбу! Я никогда не одобрял применение Оракула на экзаменах! Это полная ерунда, она не относится ни к образовательной подготовке, ни к измерению дара!

Вероника не слушала перепалку родителей. Она уже вскарабкалась на стул и вглядывалась в чашу. Там… вода темнела, сгущалась… в ней проступали фигуры…

…Там была женщина. Невысокая, худая, с длинным носом… кажется, это взрослая Вероника. На ней был балахон, а на лице лежала печать усталости. Она смотрела на некий предмет в руке и, кажется, думала о чем-то трудном…

…И там были еще другие люди. Взрослая Вероника подняла голову и что-то сказала другому человеку, в темном одеянии. Тот учтиво и раболепно кивал в такт каждому слову…

…Внезапно двери распахнулись!.. В зал вбежали новые люди!.. другие маги!.. и, кажется, антимаги!.. У одного при виде взрослой Вероники вскинулись брови, он резко взмахнул рукой… и вокруг сгустились тени. Все заволокло туманом, вода в чаше стала красной, как кровь… а потом все исчезло.

Больше чаша ничего не показала.

— Хм, доча, ты слишком худая, — заметила мама, тоже пристально смотревшая в воду. — Надо будет получше тебя кормить.

— Ничего не предопределено, — повторил папа. — Это просто Чаша Возможностей. Она показывает самый вероятный вариант на данный момент. Но не обязательный. Будущее вообще нигде не написано.

Вероника закусила губу. Ну вот она что-то и увидела. Что-то… совсем непонятное. Нет, ну видно, что она окружена людьми, которые, кажется, ее уважают… и у нее есть враги… и она решала какую-то трудную задачу… но тут даже непонятно, кто есть кто, и кто там хороший!

На Веронику напали злодеи⁈ Или это она — злодей⁈

Своими сомнениями она поделилась с мамой.

— Нет никаких злодеев, — заявила мама. — За редким исключением. Большинство людей, особенно если их объединяют какие-то общие дела, в той или иной степени стремятся к благу. Смотря что они под ним понимают. Они могут ошибаться с той или иной точки зрения, но даже демоны не злы, а просто… ну… иначе устроены…

—…А вот у меня все кудесно! — возопила Астрид, уже тоже заглянувшая в Чашу Возможностей. — Смотри, мам!

Все снова наклонились над столом, как раз успев увидеть, как взрослая Астрид в рваной одежде мутузит целую толпу гулей. В одной руке у нее было странное оружие, а из другой бил Луч Солары.

Он стал мощнее! Он явно стал мощнее! Он просто испепелял все вокруг! У Астрид вся рука скрылась в огненном ореоле, и даже вокруг головы что-то светилось, так что и лица-то не разобрать толком!..

Но она не успела налюбоваться как следует — предсказание оказалось таким же коротким, как и у ежевичины.

— Зря ты это увидела, — заметила мама. — Теперь возгордишься, и кир тебе, а не просветление.

— Не возгоржусь! — воскликнула Астрид. — Гордятся те, кто хуже, чем их представление о себе! А у меня оно адекватное по высоте!

— Ну все, окончательно зазвездилась, — покачала головой мама. — Майно, точно не хочешь посмотреть?

— Нет. Я в этом не участвую.

— Тогда я посмотрю… хм… давай!.. что я буду делать через триста лет?

Вода потемнела, а потом снова посветлела. Лахджа увидела себя на пустынном морском берегу. Она абсолютно не изменилась за триста лет… если это через триста лет. Чаша Возможностей вроде как не принимает заказы.

Она была одна. Заходило солнце, Лахджа смотрела вдаль. Потом она наклонилась и опрокинула в воду какой-то контейнер. Странный на вид, как будто сделанный из кожи и костей. Что-то вроде огромного хитинового яйца. В его боках раскрылось что-то вроде сфинктеров, и вода стала мутной.

А потом… потом Лахджа поднялась в небо и превратилась в дракона. Огромную многоголовую драконицу. Кажется, крупнее ее нынешнего предела… при мысли об этом у Лахджи сладко защемило сердце.

— Да, детка, — довольно ухмыльнулась она. — Я буду большой девочкой.

И она вприпрыжку пошла готовить грушевый пирог. В дом как раз наперегонки вбежали Мамико с Эммертрароком, Убертой и соседскими гоблинами — они дочиста обобрали малинник и спешили к обеду.

На столе появились тефтели чаттбуллар, огромное блюдо вареной картошки, помидорный салат, печеная кукуруза и целая куча крохотных вафелек с сахарной пудрой. Уминая все это, Вероника забыла думать о каких-то глупых предсказаниях, потому что какая разница, что там бормочут все эти ворожеи и оракулы, это все ерунда какая-то, они либо врут, либо сами не понимают, что видят.

Что будет, то и будет, и нечего этим забивать себе голову.

И больше Вероника к этой мысли не возвращалась. Она послушалась совета Астрид и принялась изо всех сил отдыхать, дожидаясь учебного года. Копченый с Зубрилой по-прежнему гостили у темных эльфов, но в усадьбе было полно других детей, да и родня с друзьями то и дело наезжали, а еще мама обещала на целую луну привезти финских бабушку с дедушкой. Они все купались на реке и на море, гуляли в лесу и часто бегали прямиком в Валестру, потому что теперь это стало самым простым делом.

Астрид с нетерпением ждала своего дня рождения, а Вероника — дня, когда отправится в Клеверный Ансамбль. При мысли об этом у нее замирало сердце, потому что она расстанется с мамой и папой… но она одновременно и предвкушала начало чего-то совсем нового и удивительного.

Но до этого еще полторы луны. Еще целых сорок дней лета, игр и веселья. А мама и папа все равно никуда не денутся, и Астрид с Лурией тоже, и все фамиллиары, и дядя Жробис с тетей Маврозией, и Мамико с тетей Сидзукой и дядей Вератором, и… да всех и не перечислишь, но они все никуда не денутся, потому что оракул Экольген сказал, что семья поддержит в трудную минуту, а оракулы хоть и городят ерунду, но вот конкретно это — точная правда.

Вероника ни секунды в этом не сомневалась.

Глава 38

Четырнадцать раз в год, по Медным дням, ученый совет Мистерии собирается на заседание в Гексагоне. Однако в остальные триста пятьдесят два дня Гексагон вовсе не стоит безмолвен и пуст. Это административный центр Мистерии и тут полно клерков, которые занимаются теми повседневными делами, что не требуют участия великих волшебников.

А иногда, в исключительных случаях, члены ученого совета сходятся на неофициальное заседание. Обычно в неполном составе и никому не сообщая, потому что это как раз такие случаи, когда обсуждению лучше остаться за закрытыми дверями.