"Фантастика 2023-173". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Останин Виталий Сергеевич - Страница 618

Ах ты черт! Больно-то как! Модумная пуля пробила мой щит и взрезала бороздку на предплечье левой руки, когда я замахивался очередным пульсаром. Все мои командирские мысли выдуло из головы болью и гневом. Твари! Вот вы как? Ну ладно!

Пригнувшись за машиной, я сосредоточился и сформировал аспект, который мне давался особенно тяжело, — стену огня. В магических драчках он, считай, не использовался, так как активировался долго, жрал массу энергии и был, как все огненные техники, медленным. Но вот против ординаров, особенно против плотного их скопления, был идеальным оружием. Прежде чем пустить на подсолнухи пал, я предупредил:

«Пускаю стену огня! Дан, прикрой Линь!»

«Готово!»

И пошла жара! Иной раз задумаешься, какая во мне мощь дремлет, — самому страшно становится! Ревущая стена пламени двинулась на стрелков, сжигая в пепел тех, кто вырвался из-под защиты своего мага, и одновременно просаживая его сферу. Ну и подсолнухи выжигая — не без этого. Как бы мне потом минсельхоз империи счет не выставил, ха!

Линь, в защиту которой брат влил массу энергии, подпрыгнула и перескочила через огненную стену. Пальба по нас тут же прекратилась, сменившись криками ужаса и боли. Маги поддержки противника, видимо, истощили все свои запасы сил, о чем сообщили три эфирных кинжала Глеба, беспрепятственно встретившись с тремя черно-зелеными, которых не тронуло пламя. Но и мне аспект дался нелегко! Будто вагон с углем разгрузил — был у меня в студенчестве такой опыт! Хоть кровь носом не шла, и на том спасибо.

Хотя о чем я вообще! Получилось же! Одной только стеной, пусть она и ополовинила мои запасы энергии, я решил практически все наши проблемы! Кто молодец? Боярин Антошин молодец!

«Около десяти человек выжили, — сообщил Тедань. — Маги еще — мы их не видели. Отлично придумал со стеной, Игорь!»

«Вижу щитоносца!» — рыкнула Линь и рванула вглубь зарослей, игнорируя стрелков, которыми уже занялся Глеб. Тедань, видимо, чтобы сестра слишком далеко не отрывалась от него, сбежал с дороги на пепелище.

Я бросил взгляд на левую обочину дороги — никого пока. Замер на миг, решая, где я сейчас больше нужен. Обои, как мне кажется, справятся без меня, плюс их еще и Самойлов прикрывает. Я же там только мешать буду, да и колонну без присмотра оставлять не следует. И если уж совсем быть честным с собой, я эффективен только как тяжелая артиллерия, а вот в контакте…

Додумать эту мысль я не успел, поскольку живот вновь скрутило. Повинуясь сигналу дара, я безо всякого изящества упал на землю, пропуская над собой пульсар, прилетевший с левой стороны дороги. Поднимаясь, выставил щит на ту сторону и снова покатился по земле, опрокинутый тугим импульсом толчка. Вот и засадный полк подоспел, блин!

«Атакован слева!» — сообщил своим, перекатываясь по земле и видя, как в то место, где я лежал миг назад, вгрызается черная молния.

«Сколько?» — спросил Тедань.

«Один. Воевода».

Только один человек заявился по мою душу, но зато какой! Тот, кто уже убил меня в видениях, а теперь пришел сделать это в реальности.

Он тоже был в черно-зеленом камуфляже, как и бойцы с правой стороны. Но без оружия, да и зачем бы оно ему — бывшему первому по силе боевому магу княжества. Не произнося ни слова — о, как бы мне сейчас пригодились длительные монологи главного злодея! — он вновь швырнул в меня пламя.

Как ни странно, его появление меня успокоило. Словно сошлись все нити на этом участке ковра и я увидел узор. Часть узора, сообщившего мне, что будущее не предопределено. Может, он и сильнее меня, и опытнее, этот предатель, но ведь и у меня есть крапленые карты.

«Не мешать!» — сообщил я своим. Помочь они просто не успеют, а вот внести неучтенные изменения в едва прорисованный мною план боя могут.

Я успел подняться на ноги и встретить связку экс-воеводы. Он не стал меня разочаровывать и выдал тот самый сет из видения: молния, пульсар, щит, толчок. Первый аспект я пропустил над головой, пульсар принял на щит, ударил эфирным мечом по его защите и едва устоял на ногах после энергетического толчка. И тут же ушел в глухую оборону, принимая на доспех огненные кулаки Арцебашева.

Блин, если бы у меня был интерфейс, как в какой-нибудь игре, я бы прямо увидел, как проседает моя полоска с маной. Но его не было, и я попросту почувствовал, что значительно ослаб от первой же атаки воеводы.

Но надо было его убедить в том, что я держу навязанный им темп и рисунок боя. Поэтому на второй и третьей связках я ничего менять не стал. Держал щиты и молился, чтобы моих запасов энергии хватило на их подпитку. Эх, каким я себя ощущал ослом, слив половину сил в стену огня.

На четвертой связке, которую тот начал, уйдя с близкой на среднюю дистанцию, воевода ускорился. Рубил наработанными шаблонами почти на границе моего восприятия, из чего я сделал вывод, что пятый сет, может, и выдержу, а вот на шестом все закончится как в видении: пробитой защитой, «монолитом» на грудь и бесславным концом. Значит, пришло время действовать. Прервать его контратакой.

Скорость — штука хорошая, но неидеальная. Вкладывая энергию в нее, мой противник просто не успел среагировать на изменение рисунка боя. Когда он бросил молнию, я принял ее, как обычно, на защиту, а вот дальше метнул перенаполненный энергией щит прямо сквозь летящий в меня пульсар. Огонь лизнул доспех и стек, а вот воевода отшатнулся от неожиданности. И тут же схлопотал в лицо огненное дыхание, которое я тоже сформировал с избыточной силой. И когда его щит просел, я обрушил сверху «монолит». Так, как мне запрещал делать дядя Ваня, — с полным отсутствием контроля текущей в него энергии.

Мой противник был просто невероятно силен! Я как бы знал, что он крут, но… Он держал мой долбаный «монолит» на плечах! Согнувшись почти вдвое, но держал. Как какой-нибудь тяжелоатлет, идущий на рекорд.

Одно хорошо — с таким «весом» у него не было сил и возможности атаковать меня. Правда, работало это в обе стороны! Ослабь я контроль над «монолитом» хотя бы на секунду — Арцебашев отбросит его и тут же покончит со мной. Или так и так покончит, поскольку в черный пресс я влил все, что имел. Еще бы чуть-чуть побольше, и он бы сломал защиту противника, но откуда этому «чуть-чуть» взяться?

Батарейка! Господи милосердный, батарейка! Крученый шнур на моем запястье, столь пренебрежительно охарактеризованный Евсеевым! На сколько, он там говорил, ее хватит? На моем уровне около минуты? Рискнем? А будто выбор есть!

С огромным трудом я передвинул левую руку и накрыл ею запястье правой, которое и обхватывала плетенка. Слегка сжал и почувствовал бурлящее озеро бесцветной энергии под пальцами. Позвал, и заемная сила, как послушный пес, вошла в мое выжигающее остатки дара тело.

Боже, только бы на такое не подсесть с дури! Это же чистая наркота! Волна эйфории прокатилась от солнечного сплетения к макушке и оттуда ушла отливом в ноги. «Монолит», начавший к тому времени из черного прямоугольника превращаться в полупрозрачный, вновь обрел непроницаемую глубину тьмы, и Арцебашев, крякнув, согнулся еще ниже.

Да сдохни уже, скотина! Мало тебе? На еще, у меня на тебя хватит!

Со злобной радостью я смотрел, как мой противник, уже воющий от натуги в голос, опускается на одно колено, затем на другое. И когда это произошло, пустил росток распада ему в бедро. Тьма разорвала мышцы и сухожилия, здоровяк вскрикнул от боли. Медленно, все еще пытаясь сопротивляться, он стал заваливаться на бок и наконец рухнул.

А я, чуть ослабив давление, материализовал голубоватый кинжал, опустился на колени и без затей вогнал лезвие в глаз магу. По самую рукоятку — к черту случайности! У меня просто не хватит сил с ними разобраться. Второй кинжал я вонзил уже в горло мертвеца. Постоял секундочку и решил прилечь рядом с ним. Пусть бы это и выглядело со стороны странно.

«Я жив… — сообщил я своим. — Арцебашев мертв. У вас как дела?»