"Фантастика 2023-173". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Останин Виталий Сергеевич - Страница 649

– Ты правда не знаешь кто ты?

– Да как тебе сказать… – буркнул я в ответ, с трудом сдержав рвущийся наружу ответ в стиле Тони Старка: “Попаданец, маг и пророк!” – Большую часть времени знаю. Но когда мне вот так ставят вопросы, начинаю сомневаться в этом знании.

Лучше бы молчал! Только что обиженно дрожащая губа презрительно изогнулась, а взгляд облил ненавистью. Хорошо хоть рука за ножом не потянулась.

– Послушай… – Господи, как беспомощно-то прозвучало! – Я пленник, как и ты. Паписты похитили меня, когда я возвращался домой. Напали на моих друзей, положили кучу народа, только чтобы меня заполучить. Тот мрачный тип, который ходит за мной тенью, он умеет глушить дар. Привезли сюда… Я не в кандалах и не в подземелье только потому, что пророческий дар нельзя подчинить силой. Вот они и стараются со мной договориться. А не смогут – убьют. Потому что для них лучше мёртвый пророк, чем не подконтрольный им.

– Ты пророк?

– Я уже говорил.

– Но я же чувствую кровь Инту в тебе! Ты Ткач, я не могла ошибиться!

– Кто такой Ткач?

Инка пожала плечами, мол, ну очевидно же!

– Правитель. Провидец.

– Пророк.

– Нет! Пророки у врага!

Я чуть не расхохотался, настолько по-детски прозвучал её ответ. Вечный спор про “наших разведчиков” и “ихних шпионов”. Но не стал, конечно же. Что я, совсем уж дурак, рушить только возникшее настороженное?… Ну пусть не доверие, но ведь и не враждебность уже!

– Чем отличаются пророки от Ткачей?

Девчонка задумалась. Надолго, надо сказать, видимо, сложным вопрос оказался. Причём, тут к бабке не ходи, самое непростое, что она сейчас решает, это говорить мне правду или нет. Решив, видимо, что католикам и так всё хорошо известно, ответила:

– Пророк видит будущее. Вероятности, стремящиеся к воплощению. Ткач создает вероятности.

– Взаимодействует с информационным полем? – уточнил я после недолгого молчания. – В смысле, воздействует на него?

Куава кивнула. И совершенно не по-жречески шмыгнула носом.

– Интересно… – протянул я. Но к этому мы ещё вернёмся. Кинул взгляд на часы, не обнаружил их, чертыхнулся. – Слушай, а тут как время идёт? Я к тому, что видят сейчас наши надзиратели.

Психология, ребята, она в мелочах. “Мы”, “нам” и так далее. Привязываешь себя к другому человеку на понятийном уровне – заставляешь его принять мысль, что в данной ситуации нет “я” и “он”, но есть “мы”. Товарищи по несчастью. Люди, которые просто обязаны объединиться перед лицом общего врага.

– Тут быстрее. Мы просто сидим и держим в руках кипу. Не знаю сколько точно, минуты две.

Это хорошо! Значит Тень ещё не успел насторожится и бахнуть своим “постановщиком помех”. Интересно, кстати, а эта его способность влияет на это место?

– Славно! А где мы находимся?

Не то чтобы это было важно, я бы даже сказал, совершенно не принципиально, но вопросы – они же как сложное плетение. Одна петля взаимодействует с другой. Ответь на один вопрос, и на следующий промолчать куда сложнее.

– В храме Инту.

А, ну конечно! Где же ещё!

– И ты можешь сюда в любое время попасть?

– Одна – нет. С учеником или с Ткачом, – в этом месте девушка встрепенулась, словно из транса вышла, и взглянула на меня с интересом. – Или с подношением Инту.

И сжала пальцы на рукояти тесака.

– Стоп-стоп-стоп! Куава! – я вскинул руки. – Давай не будем пляски вокруг жертвенника устраивать! Я уже не связан, к тому же твой бог уже выразился по моему поводу. Вполне определенно!

Пальцы расслабились и взгляд инки потух. М-да, ничего себе у неё настроение скачет! Жизнь в одиночестве никому на пользу не идёт.

– Я не жертва, с этим мы вроде определились. Кто там остается? Ткач или ученик? Ничего не скажу про Ткача, но учеником я вполне могу быть!

– Зачем мне учить слугу врага? – тускло поинтересовалась девушка.

– Я не служу папистам! Я пытаюсь от них сбежать, попутно серьёзно наказав за своё похищение. Будь ты капельку умнее, поняла бы, что открытое противостояние врагу хорошо только в сказках. Особенно, если у того преимущество в силе. В реальности такой стиль поведения заканчивается кандалами или перерезанной глоткой.

Инка тряхнула головой:

– Ты можешь так говорить, чтобы выведать тайны моего народа.

Ну, логичное предположение, что тут скажешь! Есть всё-таки у девчонки мозги.

– Которые ты должна передать своей дочери? Которую хочешь назвать Ахчок?

Глаза Куавы расширились от удивления, а губы, против воли хозяйки, сами сложились в слово “как?”

– Я пророк, помнишь? Я могу просмотреть твою жизнь от рождения до смерти, – больше блефа, Антошин! – Мне нет необходимости втираться к тебе в доверие, чтобы получить знания. Я могу просто увидеть их. И я бы так и поступил, если бы служил папистам. Но я им не служу. Мне они такие же враги, как и тебе. Я просто предлагаю объединиться и вместе бороться с ними!

Кажется девчонка мне всё-таки поверила. По крайней мере, хотела поверить. Трудно быть одной просто так, но куда сложнее в одиночку бороться. Ей нужен был союзник. Не меньше чем мне. И она об этом задумалась. Теперь ей просто нужно время, чтобы принять необходимость союза со мной.

– Ты пока ничего не говори. Не отвечай. Потом решишь и скажешь. Я придумаю для отца Доминика что-нибудь. Какую-то убедительную причину, почему ты будешь со мной откровенна. А там… Можно будет скормить папистам какие-нибудь не важные сведения, чтобы они поверили.

– Какие? – тут же взвилась инка. Она не планировала отдавать врагу и крошки знаний.

Стратегическое мышление явно не её конек. Хотя что взять с девушки, большую часть времени прожившей в горах в одиночестве? Которая смыслом своего существования считает передачу знаний мёртвого рода своей нерожденной ещё дочери? Ладно, для этого в нашем новообразованном тандеме есть я.

– Понятия не имею, Куава. Что-то, что они и сами могут знать. Что-то, что не способно навредить тебе или мне. Ещё раз прошу – не отвечай сейчас. Подумай. Пока от тебя мне нужно только принципиальное согласие работать вместе. Хорошо?

С некоторой задержкой, очень неуверенно, но инка всё-таки кивнула.

– Отлично! Тогда вытаскивай нас отсюда. Как бы наш надсмотрщик не начал беспокоится.

Глава 8. Магомет идет к горе

Перед тем как бежать и радовать доброго дедушку Доминика, мы с Куавой разыграли маленькую сценку, которую пару раз отрепетировали на вершине пирамиды. Специально для Тени – он ведь должен был что-то рассказать своему хозяину. А то просидели, промолчали – подозрительно же! Незачем было нашим тюремщикам знать о возможности беседовать в “складке пространства”. Так что я поугрожал инке, она покричала на меня в ответ, и все остались довольны. По завершении постановки школьного театрального кружка я отправился на доклад, оставив девушку в слезах.

Я не слишком раздумывал о природе того места, в котором инка вскрыла мне грудную клетку и игралась с сердцем. Определил его для себя как “складку пространства” и на том успокоился. Какого пространства? Что за складка? Частностями голову я не забивал. Психика укрепилась, не иначе – всё, что не имело объяснения прямо сейчас, получало инвентарный номер и убиралось на полочку подальше. До лучших времен. Я как решил: если над каждой странностью морщить мозг, то вскорости он просто взорвётся. А так – одним антинаучным объяснением больше, одним меньше…

Хотя, если быть совсем честным, то возможное наличие в этом самой “складке” некой сущности, которую Куава считала божеством – творцом всего сущего и главой инкского пантеона по имени Инту – несколько напрягало. Конечно, девчонка могла просто верить, что он незримо присутствовал и отвечал на её вопросы, а на самом деле никого там не было. Но я-то тоже видел птицу, ставшую зрачком солнца! И тучку, принятую Куавой, да и мной тоже, за знак заканчивать уже с этими играми в наказание предателей. Что это было? Гипноз?

Впрочем, бог с ним, с Инту. Хватало проблем и без него. Тот же Доминик, например.