Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ) - Измайлова Кира Алиевна - Страница 196

– Пойдем да переоденемся, – довольно сказала Роуз. – А то ведь еще и ужин подавать! А ну, живо!

Раздался смех и топоток, повеяло ветерком – это разбежались девушки, переговариваясь на ходу, а за ними и мужчины разошлись.

– Спасибо, госпожа, – негромко произнес Хаммонд у меня над ухом. – Это в самом деле старинный обычай – на праздники хозяева одаривают слуг.

– Какой праздник? – не сразу сообразила я.

– Так ведь зима на весну повернула, – усмехнулся он. – Жаль, заранее весь дом вычистить не успели, ну да ничего, вчера внизу и в господских покоях прибрались. Масло сбили, как полагается, кушаний наготовили заранее – сегодня работать запрещено. Ну а к ночи, если господин не запретит, разожжем костер…

– Пора Огней! – осенило меня.

– Она самая, – серьезно ответил он. – Надо же, еще помнят…

– Просто я недавно читала об этом, – виновато ответила я. – Боюсь, теперь уже мало где празднуют этот день, разве что по глухим деревням.

– Ну так и мы в глуши живем, – сказал Хаммонд. – Прошу прощения, госпожа, пойду – тоже охота принарядиться. Да и хозяин скоро спустится… И вот увидите, – добавил он шепотом, – он, хоть и рычит, что все это чушь, что не верит в колдовские дни, все равно приоденется.

– Раз так, то и я, пожалуй, обновлю платье, – улыбнулась я. – Идем, Хаммонд! И пришлите ко мне Моди, она, помнится, хотела сделать мне прическу.

Задержавшись в дверях, я посмотрела на витражи, украшавшие верхнюю часть сводчатых окон: они изображали Колесо Года, и сегодняшняя его спица, показалось мне, светится как-то особенно в мягком, еще зимнем свете.

Переодеться я могла и без посторонней помощи, что и проделала, дожидаясь Моди, благо ванной озаботилась еще с утра, поняв, что по меньшей мере до вечера Грегори проспит, а стало быть, я могу посвятить время самой себе. Не то чтобы меня утомляло общение с ним – дома жилось куда как суетливее! Однако рядом с хозяином Норвуда я всегда ощущала тревогу и старалась тщательно следить за собой, чтобы не вызвать у него очередную вспышку ярости, и от этого уставала больше, чем от беготни по делам. Тем более мои старания и не помогали вовсе: Манфред говорил, что у меня ядовитый язык, и если я вдруг решу утешить умирающего, тот вскочит и погонится за мною с кочергой, хотя я вроде бы и не говорю ничего злого и обидного… Может, и так, со стороны видней! Потому я и старалась помалкивать…

– Простите, госпожа, что заставила ждать! – выпалила запыхавшаяся девушка, влетев в комнату. – Ох, как вам платье идет! А прическу – это я мигом, это я…

– Моди? – развернулась я. – А тебе тоже идет этот фасон. И я так и думала, что у тебя веснушки!

– Госпожа?.. – Она замерла на пороге. Право, в новом платье с белоснежным накрахмаленным передником Моди выглядела очень нарядно. Видимо, Эрни тоже оценил: волосы ее пребывали в некотором беспорядке, наколка съехала набок, а на щеке алел след поцелуя. – Что вы сказали?

– Я говорю, у тебя очень милые веснушки, – улыбнулась я. – Именно такой я тебя себе и представляла.

– Так вы… – Моди зачем-то посмотрела на свои руки, на меня, снова на себя. – Вы меня… видите? И в зеркале видите?! Правда-правда?!

– Могу описать, – серьезно сказала я, и тут Моди кинулась мне на шею, смеясь и плача одновременно. – Ну будет тебе! Поди лучше, скажи остальным, а прическу сделаешь мне в другой раз.

– Госпожа! Я быстро… – выпалила она, отстраняясь. – Ох, простите… так же нельзя… Но в голове не укладывается! Я бегом туда-обратно!..

– Стой! – окликнула я. – Не показывайтесь пока хозяину. Будет ему сюрприз…

– Он нас точно поубивает! – радостно сказала Моди и ринулась прочь.

Она кометой вылетела из комнаты, а я прислушалась: сперва ее каблуки выбили частую дробь по лестнице, потом внизу хлопнула дверь, а через мгновение с кухни раздался приглушенный восторженный визг…

«Надеюсь, они не явятся ко мне всей толпою», – подумала я, расчесывая волосы.

Значит, колдовской день? Да в доме, пропитанном волшбой… Уверена, эти хитрюги нарочно затянули с шитьем, чтобы поспеть точно к празднику! Интересно, кто их надоумил попытаться снять заклятье вот этак? Хаммонд? Или это какие-то старые поверья?

«Нужно будет расспросить», – решила я. Так или иначе, это сработало, и мне уже не терпелось взглянуть на остальную прислугу и узнать, верно ли я представила себе их облик!

Моди и впрямь обернулась живо и взялась за дело, не умолкая ни на секунду.

– Госпожа, как вас благодарить, и не знаем, – трещала она, завивая мне локоны. – Роуз – та плачет навзрыд, девушки тоже сами не свои, даже Хаммонд, кажется, слезу пустил… Ой, но что скажет хозяин, как узнает?

– Выругается, – вздохнула я.

– Как бы не проклял второй раз, – шмыгнула носом Моди, устраивая у меня на голове что-то несусветное. – Нет, вам так не идет… Вот! Точно так, просто и красиво очень, правда?

– Да, пожалуй, – согласилась я. – У тебя талант, Моди!

– Ну уж скажете, госпожа, – засмущалась она. – Тут делать-то нечего, а так вот насмотришься на портреты да давай прикидывать на себе и остальных, кому какая прическа к лицу… Эту вот я на совсем-совсем старой картине видела, она от времени уж темная совсем, едва разглядишь… Правда, там платье совсем другое, старинное, но то вам было бы не к лицу!

Я посмотрела в зеркало – оттуда на меня взглянула придворная дама, не иначе! «Пожалуй, под стать тому человеку из волшебного зеркала», – подумала я и невольно поежилась.

– Идемте, госпожа, – позвала Моди, которая, кажется, вовсе не могла оставаться без движения. – Скоро хозяин спустится, а все сперва подглядывать будут. Очень уж хочется посмотреть, как он вас увидит в этаком наряде!

– Идем, – сказала я весело, – только смотрите, не шумите! У него слух сами знаете какой, а нюх и того лучше!

– Мы привычные, – хихикнула Моди, проводив меня в гостиную.

Сама она тут же скрылась из виду, и только из углов и с галереи слышались шорохи. Ну да не мне учить здешних слуг прятаться в знакомом им до последнего уголка доме… Я имею в виду доступные им уголки, конечно!

Ожидать Грегори пришлось довольно долго, а когда он все-таки соизволил явиться, я не удержалась от улыбки: Моди оказалась права, одет хозяин оказался, скажу прямо, роскошно, пусть и старомодно. Любопытно, но к его звериному облику шла и белоснежная рубашка с пышным кружевным жабо, и черный бархатный камзол, расшитый крохотными бриллиантами, и тяжелая драгоценная цепь, лежащая на могучих плечах.

– Неужто ты наконец решила сменить свои унылые тряпки на что-то приличное? – сделал он мне комплимент, когда я встала ему навстречу.

– Только ради праздника, сударь, – смиренно ответила я.

– Какого еще праздника? – нахмурился он, занимая свое место.

– Сударь, не притворяйтесь, будто вы о нем забыли или вовсе не знали. Иначе по какой же причине вы этак нарядились? – поинтересовалась я.

– Захотелось тряхнуть стариной, – мрачно ответил Грегори. Видно было, что он недоволен. – А вот откуда ты знаешь об этом дне, хотел бы я знать?

– Моя племянница обожает старинные легенды и волшебные сказки, вот оттуда.

– Если ты еще раз упомянешь при мне сказки и легенды, я заставлю тебя переписывать книгу преданий о странствиях Создателя, – угрожающе произнес Грегори. – И учти, написана она на старинном языке, так что тебе придется потрудиться, чтобы перетолмачить тексты!

– Но вы его разбираете? Прекрасно, я стану спрашивать вас, если не пойму какого-либо оборота, – не осталась я в долгу.

Отвлекаясь от рассказа, замечу, что книгу эту я позже все-таки разыскала в библиотеке. Это в самом деле оказался чудовищной толщины фолиант, украшенный дивными миниатюрами и замысловатыми буквицами. И, должна сказать, многие из этих историй, порой весьма захватывающих, а временами даже фривольных, я никогда прежде не слышала.

«Так и должно быть, – сказал Грегори в ответ на мой вопрос. – Не то люди, чего доброго, возомнят себя равными Создателю, который, как видишь, не был чужд ничему земному. Еще, поди, вздумают сами толковать его поступки! Грамотных нынче куда больше, чем в прежние времена, так вот начитаются крамолы и примутся пересказывать ее направо и налево… – Он помолчал и добавил: – Боюсь, это единственная сохранившаяся Книга Странствий».